И только тихий шёпот звёзд - Владимир Владимирович Юргель

чувствуешь страха или волнения, от того, что мы действительно расстанемся. Просто у тебя такая программа, зашита в пластиковую голову. Тебе насрать на эти цветы, на этот лес, на эту речку. Ты видишь, что мне это нравится, и просто копируешь мой восторг.

– Зая! Не надо, пожалуйста! – Алиска крепко вцепилась в меня и быстро-быстро гладила по спине.

– Да, блядь, ты меня достала! Ты отстанешь от меня наконец? – закричал я и с трудом отцепив ее от себя отшвырнул со всей силы в сторону. Грузно опустился на стул. Налил себе. Выпил одним резким глотком, подождал чутка и прикурил сигарету.

– Вы все. Ты. Мои родители. Франческа. Все, блядь, чего-то от меня хотите. Всегда хотели. Чтобы я был хорошим сыном. Чтобы я тебя не обижал. Чтобы, чтобы, чтобы… Да пошли вы все на хуй! – заорал я опять. – Да пошла ТЫ на хуй! Я тебя вообще в центр замены сдам!

Я обернулся на робота. Алиса лежала без движения уткнувшись лицом в пол. Я поднял глаза чуть выше, и острый угол камина и ее безжизненное тельце мгновенно сложились у меня в единую схему. Я бросился к ней.

– Аля, Аля! – тряс я ее.

– Алька! – закричал я положил ее на спину. Ее правый глаз был закрыт, а левый слегка дергался, тонкими ресничками давая мне надежду, что еще не все потеряно.

– Аля! С тобой все в порядке?

Робот не отвечал. Так. Медленно вдохнем и резко выдохнем. Так. Тихо. Не суетись. Бывали ситуации и посерьезней.

– Техподдержка андроидов. 24/7. Быстро, – сказал я сжимая и разжимая кулаки. На экране замигало: «Поиск абонента. Идет поиск… Идет поиск…». Да, блядь, давай ты уже. Проклятые ебеня! Наконец засветилась реклама: «Самый надежный и быстрый ремонт андроидов в Смоленске. Круглосуточная поддержка. Звонить по…»

– Набор, – сжав зубы прошипел я. Секунды застыли тягучим потоком. Наконец на экране появился заспанный парень.

– Да, здравствуйте, что у вас случилось?

Я подскочил к Алисе и приподнял ее на руки, чтобы технарю через «линзу» было лучше видно.

– Андроид. Модель 35. Эич 108. Партнер. Удар тупым предметом в черепную коробку. Возможно поврежден головной процессор. Реакций не наблюдаю. Левый глаз дает слабую реакцию: «открыть-закрыть». На голос не откликается. Конечности не двигаются.

– Тридцать пятка? – Переспросил парень, – ммм, ну привозите завтра с утра. Хотя ничего не обещаю, если проц пробит, то сами понимаете…

– Сейчас, заберите ее сейчас. Я заплачу. Любые деньги, – в отчаянии затараторил я.

– К сожалению, наш дежурный дрон поломан. Завтра привозите я посмотрю.

– Поймите, для меня это жизненно важно. Я привезу ее сам, только осмотрите ее, пожалуйста. Я заплачу сколько нужно.

– Ну ладно. Будете в городе, меня наберете. Мастерская на Ленина. Мне тут минут десять ходьбы от дома. А пока, в пятке есть небольшое отверстие. Нажмите штырем перезагрузки туда. Пусть полностью деактивируется.

– Хорошо. Я понял. Уже выхожу, – запинаясь сказал я. Технарь выключился. Я бросился к буфету, да, блядь, где этот гребаный штырь?! Есть! Прыжок обратно. Перевернув Алису на живот, я нашел отверстие для перезагрузки, и с силой вогнал туда штырь. Она никак на это не прореагировала.

Такси прилетело минут через двадцать. Мы понеслись в сторону Смоленска. Я гладил Алису по голове, надеясь на чудо. Надеясь, что вот-вот она откроет глаза и скажет: «Зая? А что со мной было?» Но чуда не происходило. В голове оглушающим набатом билась лишь одна мысль: «Как я мог? Как я мог?» Подлетая к городу, я опять набрал технаря. Он переспросил номер модели Альки и пообещал быть на месте в течение десяти – пятнадцати минут. Мы плавно приземлились возле небольшой мастерской, устроенной в торце девятиэтажного дома. Я как пуля выскочил из микрокоптера и бросился к двери, держа Алису на руках. Технаря все еще не было. «Да где этот гондон бродит!» – в сердцах заорал я.

Бережно опустив ее на траву, я обхватил голову руками и сел рядом с ней. «Ну что я за урод? Почему все, буквально все, к чему я прикасаюсь превращается в дерьмо?» Я посмотрел на ночное небо: «Как там тебя? Бог! Если ты есть, пусть она заработает опять. Я не смогу без нее. Бог! Ты же знаешь, она самое последнее, что осталось у меня в жизни. Самое дорогое. Она наполняла мои дни радостью и смехом. Я просто не смогу без нее. Я потерял лучшего друга. Потерял девчонку, в которую по уши влюбился. Я просто не могу потерять еще и ее, человека, да, именно человека, который мне по-настоящему дорог. Клянусь, если она будет работать, я больше никогда ее не обижу и не закричу на нее. Боже! Сделай так, чтобы она заработала опять!»

Рядом кто-то негромко и деликатно кашлянул. Я поднял заплаканные глаза. Передо мной стоял молодой человек с маячившим за его спиной андроидом.

– Здравствуйте, – поздоровался он сдержанно. – Так, что тут у вас?

Я дрожащими руками показал ему Алису. Он достав из комбеза какой-то прибор поднес его к голове робота. Продолговатый цилиндр очень медленно замигал зеленым цветом.

– Ну, не все так плохо. Проц откликается на запрос. Пойдемте, будем смотреть.

Я вошел за ним в мастерскую. Он перехватил Алиску с моих рук, занес ее через герметичный «предбанник» в другую комнату, закрыл двери и начал переодеваться. Раздался гулкий шум.

– Антимикробная продувка, – кивнул на дверь технарь. – Да вы так не волнуйтесь, на вас лица нет. Сейчас посмотрим. Если не сумеем ее восстановить, я вам предложу лучшую цену на запчасти.

Что-то в моем лице его слегка напугало, потому что он тут же отвернулся и тихо бормоча себе под нос начал собирать инструменты, лежащие в парах сероватого дыма.

– Ну все, ждите, – входя в защитном комбинезоне в герметичный «предбанник» слегка грубовато сказал он. – Ничего не обещаю, но сделаю все от меня зависящее. Я обрушился на стул возле стены и закрыл глаза.

…Вот такие дела, Франчи, – опустив голову закончил я свой жалкий рассказ. Девушка молчала, слегка покусывая нижнюю губу. Вдруг она взорвалась:

– Идиот! Ты сейчас, слышишь, прямо сейчас, собираешь свои манатки и летишь ко мне! – она выключилась. Я сидел тупо уставившись в одну точку. «Линза» вспыхнула опять. – Так, я заказала тебе билет на вечерний до Мадрида, через Москву. Поднимай свою жопу, и чтобы вечером был у меня. Я тебя встречу. Придурок проклятый! Я же тебе постоянно говорила, рано или поздно этим все и закончится. Дебил.

Прошипев с ненавистью последнее слово, она выключилась. Я вздохнул. В комнату, чуть припадая на одну ногу вошла