Замерзшие (ЛП) - Дженнифер Л. Арментраут

Он пожал плечами, но его рука… его палец не сбивался с ритма. Мягкие, осторожные толчки разжигали во мне пожар. Мои бедра двигались под его рукой, и я слышала его мягкое дыхание, каждый раз он подавался ко мне. Каждая мышца была напряжена, и я собиралась взорваться. Я собиралась…

Громкий треск пронесся по комнате, словно гром, и окно напротив нас взорвалось.

Глава 12

Сидни

Стекло и снег взлетели на воздух, когда я испустила удивленный вскрик. Не такого взрыва я ждала.

Кайлер развернулся, прикрыв меня своим телом, но короткая резкая боль поразила живот и грудь. Я ахнула, когда холодный воздух ворвался в комнату, а ветер забушевал вокруг нас, опрокидывая напольную лампу. Картины на стене задребезжали.

— Твою мать! — прокричал он, опуская нас на пол. — Ты как?

— Жива. — Я аккуратно положила руки на холодный, мокрый пол. — А ты?

— Нормально. — Его руки скользнули по моей голой спине, а затем он накрыл меня свитером, обернув его вокруг плеч. — Оставайся здесь, окей?

Я кивнула, пока натягивала свитер. Подползая на коленках к плетеному дивану, я обернулась. Кайлер задумчиво стоял, сжав руки в кулаки.

— Что не так? — поежившись, спросила я.

Он подошел ближе к разбитому окну. Стекло выбило полностью. Зазубренные куски торчали из деревянной рамы.

— Я никого и ничего не вижу.

— Никого?

— Деревья далеко, чтобы нанести такой урон.

— Но ветер…

— Ветер достаточно сильный, чтобы поднять в воздух упавший сук, но здесь сучьев в принципе нет.

Он повернулся и убрал волосы с лица. Увидев, как я съежилась у дивана, он напрягся.

— Ты точно в порядке?

Я посильнее натянула свитер, игнорируя покалывающие ощущения, когда он задел определенные места. Сейчас есть проблемы поважнее. Например, почему окно взорвалось.

— Все нормально, правда. Как думаешь, что произошло?

Кайлер покачал головой, опускаясь на колени напротив меня.

— Не знаю. Может, окно настолько промерзло, что когда…

Он покраснел?

— Что, когда ты облокотилась на него, оно разбилось? Я не… Что за черт?

Мое сердце пропустило удар.

 — Что?

Он наклонился вправо и поднял с пола какой-то предмет. На его ладони я увидела маленький шарик.

— Урод, — произнес он. — Я, кончено, не заядлый охотник, но это похоже на долбанную охотничью дробь.

— Что? — Должно быть, мой взвизг оглушил его. — Ты серьезно?

Он кивнул.

— На гребанные сто процентов.

Я не могла поверить.

— Ты считаешь, что кто-то целился в нас?

Кайлер ничего не ответил.

— Это безумие, — прошептала я.

А затем добавила, уже громче:

— Думаешь, стоять в данный момент у окна хорошая идея?

— Там никого нет, до этого мы даже не обращали внимания... Кто-то, вероятно, был здесь с самого начала.

— И наблюдал за нами? — Меня бросило и в жар, и в холод. Наши глаза встретились, а затем я отвернулась, пытаясь подавить подступающую тошноту. Я стояла топлесс, а его рука… Кто-то наблюдал за этим?

Кто-то, кто пытается нам навредить?

— Может, это охотник? — в надежде спросила я.

Он нахмурился.

— В такую-то погоду? Там метель.

— Мы в Западной Виржинии. Люди здесь охотятся в любых условиях.

Кайлер взглянул на разрушенную раму.

— Ну, если так, то медведь видимо стоял на нашей крыше.

Я бы лучше поверила в это, чем в существование человека, пытающегося нас пристрелить. Хотя, учитывая парня на снегоходе, я уверена, что произошедшее — не обычная случайность. Но где тут смысл? Не представляю, чтобы кто-то был настолько зол на нас. Страх сковал меня.

Что, если в нас действительно целились?

Кайлер

Кровь закипала от чистого гребанного гнева, заменив тот, что плескался во мне несколько минут назад. Желание смешивалось с неверием и злостью. Сид хотела со мной секса на одну ночь? Я гожусь только на это, и ей бы хватило?

Что. За. Херня.

Но на данный момент это не самая главная проблема. С ней разгребусь потом.

Мой взгляд блуждал по разбитому окну, остановившись на левом углу. В нем была маленькая дырка, стекло начало ломаться отсюда, образуя сеть, которая распространилась до края зазубренных осколков.

Клянусь своей задницей, снаружи еще больше дырок, ближе к карнизу и желобу. Кто-то направил сраное ружье на дом. Они намеревались попасть в нас обоих. Охотничью дробь нельзя контролировать, но большинство людей могли направить ее в желаемую сторону.

Сукин сын.

Кто бы это ни был, но он находится снаружи и следит за нами, Бог знает сколько. Они видели все. Частично голую Сид.

Мои руки сжались в кулаки, а жар опускался вдоль по спине. Я убью их.

— Ничего, если я встану? — спросила Сид.

Я кивнул, а затем обернулся, пока она вставала на ноги. Она выглядела невероятно маленькой, прижимая тяжелый свитер к груди. Злость накрыла меня волной, быстро сменяясь страхом, таким, которого я никогда не испытывал.

Сид могла пострадать, даже хуже. Дважды. Страх и гнев смешивались во мне, формируя ощутимый комок в животе. Я мог потерять ее, и честно, не представляю жизни без нее. Не хочу даже думать об этом.

— Ты точно в порядке? — снова спросил я. — Не пострадала?

Она медленно покачала головой.

— Со мной правда все хорошо. Просто немного напугана.

Я провел рукой по волосам.

— Хочу, чтобы ты держалась подальше от этой комнаты, Сид. К чертям, вообще не подходи к окнам.

— Без проблем. — Она направилась к двери, останавливаясь.

Наши взгляды встретились, и нежный румянец покрыл ее щеки и двинулся ниже, к краю свитера, который она все еще держала. Я хотел подойти к ней, взять на руки и сказать, что все будет хорошо. Но не стал этого делать.

Она первая отвела взгляд, прикусывая нижнюю губу. Я отвернулся к окну, зная, что мне следует что-то сказать — что-то о произошедшем между нами. Несмотря на злость и страх за Сид, желание все еще плескалось во мне, но на данный момент мне нечего сказать… или, по крайней мере, я еще не готов.

Я почувствовал, нежели услышал, как Сид покинула комнату, и напрягся еще больше. Перспектива быть застреленными отлично снижает либидо.

Мне необходимо позвонить — полиции штата — и решить, как следует поступить. Дело вряд ли заведут, но я должен сообщить об этом.

Я сфокусировал взгляд на заснеженной земле под нами. Не хочется об этом думать, но все-таки я реалист. Не уверен, что мы теперь в безопасности, а еще я знал — теперь между мной и Сид все по-другому. И тут ничего не поделать.