С Кощеем жить – злодейкой быть - Марина Бастрикова

я поняла, насколько сильнее становится фраза, если говорится что-то невероятное не только по звуку, но и по смыслу.

Когда я открывала дверь, мурашки все еще оставались, но внутри стало горячо-горячо. Зашла и замерла, завороженно смотря в снова серые глаза Кощея. Собравшись с мыслями, так и не отрывая взгляд, начала слова благодарности.

– Я хотела сказать спасибо за…

– Не стоит. – Его глаза снова почернели. – Вообще никогда не благодари, если не знаешь мотивов.

– Но мне они не важны. – Почему-то мне хотелось убедить этого всегда такого спокойного, холодного и сдержанного мужчину в искренности и ненаивности своей благодарности. – Гораздо важнее, каковы действия. Знаешь, когда мне было 13, я ждала брата у подъезда, и ко мне пристали три пьяных бугая. По их словам, они хотели меня научить и подарить тот опыт и наслаждение, которое никто и никогда мне не сможет дать с учетом того, какой у меня огромный нос. А потом появился брат. Они его избили, приговаривая, что научат уму-разуму не лезть не в свое дело и не обламывать развлечения других. Понимаешь, мотив – это справедливость, дарение. Они и сами были уверены, что нет никого лучше них, типа, я еще и благодарна должна быть за такое предложение.

В попытке донести свою мысль я приблизилась к сидящему и наклонилась к нему, чтобы мои слова были услышаны. С моим ростом мне даже не пришлось слишком корячиться, чтобы наши глаза – сидящего Кощея и стоящей меня – оказались на одном уровне. Я увидела, как темнеет его взгляд, покрывая чернотой радужку.

– Неверный пример, малышка, – снова он меня так назвал. Еще и рукой провел по моей щеке. Я мгновенно покраснела, и он убрал пальцы, уже почти коснувшиеся моих губ. – Но я тебя понял. Ты права, действия важны. А тебе нужна защита, которую давал тебе брат. Дай руку. – В этот раз он не пытался меня коснуться, только понимающе смотрел на мои разрумяненные щеки. Сразу стало понятно, что он подумал, что я его…

– Нет, ты неправильно подумал, ты же старше моего прадедушки в три раза. Просто я так волнуюсь из-за того, что… и… – Мои собственные оправдания мне показались неуместными. Ведь он вслух ничего не сказал. Поэтому я решительно положила ладонь в его протянутую руку и завершила свою сбивчивую речь.

Глава 14. Давай заведем кое-кого, а?

Лукавство в глазах Кощея пропало. Он закусил губу и перевел взгляд на мою руку. После чего резко обхватил запястье, что вырваться не удалось бы, даже если очень захотелось. Стоять стало сразу неудобно, и я присела на корточки. Кощей проследил за моим изменением позы. Глаза у него настолько потемнели, что мне действительно стало страшно, и я задрожала. Бессмертный отвел взгляд и вернулся к изучению моего запястья. На руке Кощея проявился браслет, так похожий на тот, что я отдала Акеле. Только он светился бирюзовым. От браслета отсоединилось несколько звеньев и поползло в мою сторону. Опять подобие змеи, да что же это такое! Я закрыла глаза, чтобы не видеть, как меня снова укусят, чтобы закрепить на крови. Но единственное, что я чувствовала, это как Кощей гладит мое запястье, успокаивая. Стало горячо от этих ощущений, и я открыла глаза. Ни на его руке, ни на моей никаких браслетов не было. Только вокруг наших сцепленных рук угасало бирюзовое свечение. Когда вместо моего запястья в его руке оказались сжаты мои все еще слегка подрагивающие пальцы, меня затрясло особенно сильно. Не знаю отчего, ведь я уже не боялась. То ли из-за пережитого стресса, то ли из-за отравления, то ли… другие предположения отмела сразу. Забрала руку, ощущая пробежавший по ней холод из-за разрыва прикосновения, и отошла на шаг назад. Это максимальное расстояние, которое могла позволить эта крохотная комната. Сердце громко стучало в области горла, а живот обжигало так, будто бы меня туда уже укусила змея и яд расползается по организму. А когда Кощей заговорил, яд внутри откликнулся еще сильнее.

– Этот артефакт не превышает запретов академии, поэтому, даже если заметят, наказания не будет, не волнуйся. Но определенную защиту даст. Мне жаль, что такая слабенькая девушка, как ты, оказалась в подобной ситуации.

Меня награждали разными эпитетами. И в слезливости обвиняли часто, и в глупости, и в наивности. Но о слабости я слышала только с улыбкой, а не вот с таким похоронным выражением лица. Как будто я тут вообще пустое место и от любого дуновения исчезну.

– Зато мужчинам такие нравятся. – Я специально выделила интонационно слово «мужчины». Мама всегда говорила, что с парнями проще добиться своего не хамством, а лаской. Но я ничего не могла поделать со своим языком в моменты эмоционального потрясения. К счастью, я поняла, что намеки на мужскую несостоятельность и старость точно не приведут к хорошим отношениям. И моих слов не заслуживает человек, который опять решил мне помочь. Но извиняться… это уже предел женской мудрости, мне недоступный. Все, что я смогла сказать:

– Спасибо, что помог.

И ушла, так и не попросив сумку. Что ж, может, занятия уже вообще закончились. Схожу хотя бы узнаю, какой день. С Кощеем и дальше находиться наедине в маленькой комнатушке было уже невыносимо. Пока шла в сторону аудиторий, проводила по своей руке пальцами. Мне хотелось сравнить, чем так отличаются его прикосновения от моих. Из фактов я определила только, что его рука теплее, а пальцы шершавее и… жестче, что ли.

Витая в этих мыслях и не замечая ничего вокруг, оказалась у знакомой двери. Открыла. В привычной для меня аудитории не было никого. Только слышалось жалобное мяуканье. Я зашла и осмотрелась, пытаясь найти плачущего (уже скорее даже орущего испуганным матом) котейку. От следующих завываний я поняла, что вой за окном. Выглянула и увидела кота. Бедняга был измазан какой-то грязью и боялся дернуться, чтобы не свалиться с такого знакомого мне карниза.

Уже почти привычным движением ступила за окно, удерживаясь за раму. И схватила за шкирку скользкого от грязи кота. Но схватиться пришлось максимально крепко, потому что кроме грязи сам кот тоже добавил проблем, завертевшись и заорав еще истошнее. Похоже, решил, что я тут его сбрасываю с карниза, а не спасаю.

– А ну успокоился, а то выскользнешь и станешь блинчиком. – Удивительно, но подействовало. Кот оказался в безопасности. Я прижала к себе дрожащее грязное нечто. Ибо с такими огромными глазами он уже напоминал скорее инопланетянина, в прямом смысле покорившего землю. Последняя