Любовница на двоих - Юлия Шилова

— О чем задумалась? — перебила мои мысли Галина.

— Да так.

— Ладно, думать некогда, пора действовать.

На пожарном щитке висела небольшая лопата, которая так и просилась в руки.

— Одна, — грустно покачала я головой.

— А нам одна и нужна.

— Вторая может быть у могилы. Когда я капала и меня увидел Лев, я же бросила ее там.

— Точно! Хреново, если Лев очухался и решил проверить то место, где ты копала. Вдруг он выкопал эту бабу и прошмонал ее карманы!

Небольшой порыв ветра слегка приоткрыл дверь мотеля. Мы испуганно переглянулись.

— Что это? Странно, что дверь не закрыта на щеколду.

Галина ничего не ответила и распахнула дверь пошире. Мы вошли в коридор. Дверь в комнату стукачки тоже была открыта. Галина тихонько вскрикнула и прислонилась к стене. С кровати, где обычно спала стукачка, свисали мужские ноги, одетые в черные, довольно модные ботинки. Я почувствовала, что задыхаюсь. Первой опомнилась Галина. Взяв меня за руку, она вошла в комнату. На кровати с черным отверстием во лбу лежал браток, которого я видела всего один раз, когда он сидел в столовой рядом с Диной, вытирающей окровавленный нос. Все говорило о том, что стреляли в упор. Я поймала себя на мысли о том, что его судьба не вызвала у меня жалости или сочувствия. Он был очень крупным, весил более ста килограммов. Жирное неподвижное лицо напоминало мерзкую дохлую крысу.

— Ты его знаешь? — нарушила молчание Галина.

— Да.

— Кто это?

— Я не знаю его имени. Знаю только, что он довел Дину до смерти. Когда понял, что она умирает, пытался вызвать врача, но уже было поздно.

— Все понятно. Значит, собаке собачья смерть.

— Собаке собачья смерть, — повторила я Галинины слова.

На полу валялся пистолет, который, по всей вероятности, был брошен убийцей. Галина подняла его и проверила обойму.

— Смотри-ка, боевой. Даже патроны в патроннике есть. И какой дурак его выкинул?!

— Брось, он же засвеченный. Из него стреляли, сейчас на нем числится преступление.

— А нам-то что до этого преступления? — возразила Галина. — Мы же не дураки отказываться от оружия. Если эту пушку подберем не мы, то подберут другие. Пушка нынче в цене, да и мало ли, может, и пригодится.

— Ты предлагаешь взять ее с собой?

— Ну понятное дело, не оставлять же ее здесь. Хороший пистолет. 32 калибр.

— Делай как знаешь, — еле слышно пробормотала я.

— С пистолетом нам будет намного спокойнее. А теперь уходим. У нас своих дел по горло.

В это момент снизу, по всей вероятности, из подвала дома, послышались громкие, почти нечеловеческие крики, прерывавшиеся таким страшным стоном, от которого застывала кровь в жилах.

— Что это? — спросила я едва слышно.

— Понятия не имею. Ужас какой-то… Вопль повторился. Я съежилась и потянула Галину к выходу.

— Берем лопату и уходим отсюда к чертовой матери. Я не могу это слышать.

— А вдруг кому-то нужна наша помощь?

— Но мы не можем помочь. Дома нас ждет грудной ребенок. У нас нет времени, — настаивала я.

— А если бы эта помощь потребовалась тебе? — жестко спросила Галина.

— Мы должны думать о ребенке, — повторила я. — То, что происходит здесь, нас не касается.

— А если помощь нужна беременной девушке, которая сюда приехала за тем же, что и ты?!

Эти слова произвели на меня должное впечатление, и я сдалась.

— Ну хорошо. Только помни, у нас мало времени.

— Знаю. — Галина чмокнула меня в щеку и повертела пистолет в руках. — Нам теперь бояться нечего. Мы с оружием.

Обойдя мотель с противоположной стороны, мы подошли к двери в подвал и стали тихонечко спускаться по ступенькам…

— Мы только посмотрим, что там внизу, и все, — шепнула Галина. — Мы быстро.

Лестница заканчивалась еще одной дверью, она была открыта настежь. В просторной подвальной комнате толпились совершенно голые люди в каких-то уродливых масках.

Посреди комнаты лежала девушка, опаздывавшая в ночной клуб, кричала и плакала от боли и страха. Ее руки и ноги были связаны крепкой веревкой. Рядом с ней на коленях стоял человек в маске и держал какой-то сосуд. А у изголовья стояла женщина с кинжалом.

— Это черная месса какой-то секты, — шепнула я Галине на ухо и зажала рот, чтобы не закричать от страха. — Ее сейчас зарежут.

— Мы этого не позволим, — невозмутимо произнесла Галина и бросилась в комнату. — Эй, ты, идиотка, брось кинжал!!! — Она наставила пистолет на женщину в маске, держащую кинжал у самого горла перепуганной девушки.

Женщина в маске, державшая кинжал, будто не слышала голоса Гали. Она опустила кинжал и самым кончиком надавила на горло девушки. Показались капельки крови.

— Ты, дебильная, убери кинжал!!!

— Нэ понимаю, — послышался голос иностранки.

— Вот я тебя пристрелю, сразу все поймешь! — выкрикнула Галина и по-мужицки сплюнула на пол.

Русский свинья! — завизжала женщина в маске. Это стало последней каплей, Галина окончательно вышла из себя и нажала на курок. В маске женщины появился трети!! глаз, из которого потекла кровь, а в двух других померк свет быстро угасающей жизни Женщина выронила кинжал и упала на пол.

Галина обвела свирепым взглядом всю компанию.

— Я вас, козлов, всех перестреляю! Я ваши мессы на дух не переношу!!!

Первой опомнилась женщина в маске коровы. Она громко закричала и бросилась к выходу. Следом за ней остальные. Они громко кричали, махали руками, забыв подобрать с пола свою одежду.

Галина подошла к убитой и сорвала с нее маску. Я чуть было не потеряла сознание. Передо мной лежала новая стукачка, которая заменила старую по рекомендации Льва…

— Ты ее знаешь?

— Это новая стукачка.

— Помогите… — простонала девушка, опаздывавшая в ночной клуб.

Я бросилась к ней и принялась развязывать веревки. Галина пришла мне на помощь. Как только девушка была освобождена, я достала носовой платок и приложила его к ранке. Заметив, что Галина внимательно смотрит на девушку, я ревниво прикрикнула:

— Что ты уставилась, будто никогда не видела голую бабу?! И не стыдно тебе зенки бесстыжие пялить?! Лучше помоги найти ее одежду!!!

— Да я на нее вообще не смотрю! — попыталась оправдаться Галина.

— Еще как смотришь! Пялишься так, что аж тошно становится! Ни стыда ни совести!

Галина покраснела, запыхтела, как паровоз, и покрутила пальцем у виска:

— Дурная ты баба! Нашла, где скандал закатывать!

Девушка удивленно смотрела на нас и растирала затекшие руки и ноги.