Хроники возрожденного Арканара - Борис Вишневский

«Страшные последствия атеизма» в нашей стране, – о которых патриарх заботливо предупреждает европейцев, призывая «остановиться», – мягко говоря, преувеличение. Страшны последствия правления тоталитарного коммунистического режима – но в очень малой степени связаны с его атеистической составляющей. Доказать это очень просто: никаким известным в истории преступникам против человечности их религиозные убеждения (в том числе, христианские) совершенно не препятствовали в их людоедской деятельности. Гитлер был христианином – заявлявшим «мы начали борьбу против атеистического движения, и она не ограничилась несколькими теоретическими декларациями: мы его искореняли», и нередко «обосновывал» свои действия, в том числе уничтожение евреев, ссылками на то, что таким образом «борется за Дело Божье».

Что же касается традиционных «антизападных» эскапад главы РПЦ (удивительно точно укладывающихся в политическую линию путинского режима), то они просто лукавы.

Упомянутые им ситуации и вправду имели место. Вот только Кирилл «забыл» упомянуть, что в Норвегии запрет на появление в эфире (а не в другое время) с любыми (не только с крестиками!) религиозными или политическими символами содержался в правилах работы частной телекомпании NRK. А в Великобритании администрация больницы потребовала от медсестры Ширли Чаплин снять нательный крестик во время работы из соображений безопасности и гигиены. И правоту работодателей подтвердил Европейский суд по правам человека.

В правомерности решения ЕСПЧ можно сомневаться – но уж точно, оно не является «общим направлением действия элит». Поскольку в другом случае – с бывшей сотрудницей авиакомпании British Airways Надией Эвейда, – уволенной за ношение нательного крестика, ЕСПЧ занял ее сторону, признав нарушение Европейской конвенции по правам человека (права на свободу вероисповедания)…

А вообще, забота патриарха о правах и свободах выглядела бы куда более убедительной, если он беспокоился не столько о праве норвежской телеведущей появляться в эфире с крестиком, сколько о массово нарушаемых правах граждан собственной страны.

О том, что они не могут получить эффективное лечение и качественное образование, если не имеют на это денег. О том, что новая пенсионная реформа грозит снижением пенсий для десятков миллионов граждан. О том, что граждане будут вынуждены оплачивать капремонт домов, которые не успело отремонтировать государство (хотя было обязано это сделать). О пытках и избиениях в полиции. О запретах протестных митингов и задержаниях их участников. О похищениях людей на Северном Кавказе. И о многом другом, о чем РПЦ традиционно молчит, предпочитая видеть соломинку в европейском глазу, а не бревно в российском.

Конечно, бороться за права норвежцев или англичан куда удобнее, чем за права своих сограждан. Ведь от властей Норвегии или Великобритании руководство РПЦ никак не зависит, и на их воздаяние не рассчитывает.

Чего не скажешь о властях отечественных, с которыми РПЦ существует в полной «симфонии». То есть, в созвучии.

В переводе на русский язык – дудят в одну дуду.

Антифашизм на экспорт

На конференции по борьбе с неофашизмом среди иностранных докладчиков был заявлен антисемит, коллега бывшего редактора газеты «Русский порядок»

«Неофашизм в Европе: 70 лет спустя» – международную конференцию под таким названием провели в минувшее воскресенье в Санкт-Петербурге. В качестве главных организаторов были заявлены «Фонд Андрея Первозванного» и «Центр национальной славы» (оба под началом главы ОАО «РЖД» Владимира Якунина), а также Европейский еврейский конгресс.

То, что неофашизм через 70 лет после победы над германским фашизмом существует в Европе, – факт. Но только один из выступавших на помпезном мероприятии вспомнил, что он существует в России. Остальные предпочли «бороться с фашизмом» где угодно, но только не в стране, проводившей конференцию.

«Сегодня мы видим, что клетка, в которую фашизм был заключен по окончании Второй мировой войны, оказалась открыта и фашизм все больше проявляет себя в Европе», – заявил Владимир Якунин.

Затем был совершен переход к главному, ради чего все и затевалось, – к опасности «украинского фашизма». «На западе Украины неофашистские взгляды становятся все популярнее», «в Киеве под знаменами Бандеры проходят шествия», «в Ровно установлен памятник Петлюре», – не жалел фактов Владимир Иванович. К слову, Петлюра был убит в 1926 году и никакого отношения к фашизму не имел. Впрочем, прозвучали в речи главы РЖД и новые нотки: «На Майдане, по сути дела, достаточно демократично и либерально настроенная общественность выступила против коррупции, против тех властей, которые ее не устраивают, но это движение было, по сути дела, похищено крайними националистами и фашистами». Концепция изменилась: раньше было принято считать, что в Украине произошел «неонацистский путч». Теперь оказывается, что сперва на Майдан все-таки вышла «либерально настроенная» общественность, а «фашисты» появились уже потом и попросту украли победу.

Директор Института всеобщей истории РАН Александр Чубарьян напирал на то, что Степан Бандера персонально упомянут в приговоре Нюрнбергского трибунала, а в Европе ничему не учатся, и что в европейских учебниках двумя строчками говорится о Нюрнбергском процессе и Холокосте. Хотя перед ним выступал председатель объединения «Россия—Германия—Новое поколение» Кристоф фон Ольденбург, рассказывавший, что немцы получили «прививку» от нацизма, что все они в школах изучали ужасы, которые нацизм принес в Европу, и что его поколение на этом воспитано. Но, наверное, уважаемый академик не очень внимательно его слушал.

России и проблемах с радикальным национализмом и неонацизмом в нашей стране иностранные участники деликатно не упоминали – видимо, чтобы не огорчать хозяев. Единственным, кто сказал о том, что и для России эти проблемы актуальны, оказался губернатор Петербурга Георгий Полтавченко – по его словам, наш город всегда был многонациональным, но это не значит, что у нас нет экстремизма. А потому профилактика экстремизма и ксенофобии – один из главных приоритетов для городского правительства.

Самым интересным из заявленных участников конференции оказался «директор Европейского центра геополитического анализа» Матеуш Пискорский из Польши. В российских государственных СМИ его не раз представляли как «главу миссии международных наблюдателей на референдуме в Крыму». Действительно, уже много лет господин Пискорский является представителем «Международной организации по наблюдению за выборами CISEMO» на территории СНГ. Организация была создана в 2003 году Алексеем Кочетковым, который возглавлял ее вплоть до 2013 года. Широкой общественности Алексей Кочетков известен как член Центрального совета Русского национального единства (РНЕ), которым руководил Александр Баркашов, и редактор газеты РНЕ «Русский порядок».

Неудивительно, что именно Пискорского Кочетков пригласил в наблюдатели. Как сообщает историк и публицист Владимир Кара-Мурза, Пискорский – «известный польский фашист и антисемит, открытый поклонник национал-социализма, отрицатель Холокоста, автор статей на портале «Белый мир» и в газете «Я – русский», бывший главный редактор журнала польских скинхедов Odala, в ко-тором превозносились «арийская раса» и Адольф Гитлер…»

Согласитесь, самое то для участника «антифашистской конференции».

Устав чужого монастыря

Пожалуйста, не ссылайтесь на Вольтера.

И потому, что о готовности отдать жизнь за то, чтобы… (далее по тексту) он, скорее всего, не говорил: это миф.

И потому, что отдать жизнь за то, чтобы свободно высказывались некоторые мнения я лично не готов (как, думаю, и подавляющее большинство тех, кто любит козырять якобы вольтеровской цитатой). Ибо свобода слова имеет границы.

Вопрос, – еще раз, и трагически поставленный в Париже (Имеется в виду убийство карикатуристов из редакции журнала «Шарли Эбдо». – Б. В.), – звучит так: где эти границы проходят?

Мой ответ прост: там, где начинаются гарантированные законом права и свободы других людей.

Там, где слово используется для оскорбления личности другого человека – унижая его честь, достоинство или репутацию.

Там, где слово используется для разжигания вражды и ненависти – по признаку национальности или расы, религии или пола.

Там, где слово утверждает, что главный враг – инородцы или иноверцы, и где им приписываются вымышленные преступления.

Там, где слово призывает к насилию и дискриминации.

При переходе этих границ слово должно быть наказуемо по закону – и во многих странах мира такие запреты установлены.