Человек, которого не было - Евгений Усович

— Нет, хозяин, — снова поклонился Павл.

— Ты сможешь работать на Эйвел?

— Да, хозяин.

Павл изо всех сил старался не волноваться, но это удавалось ему плохо.

— Хорошо, — кивнул Пламен. — Раз Эйвел хочет и ты не возражаешь, с завтрашнего дня можешь приступать к работе. Эйвел, распорядись, чтобы техники создали ему комнату с выходом в сад, и внеси в список на получение еды. Завтра обязательно зарегистрируй его.

— Да, милый, — проворковала Вела. — Я уже договорилась. Нас ждут.

Пламен сделал рукой движение, словно отгонял муху и углубился в бумаги. У Павла отлегло от сердца. Он облегченно вздохнул.

— Пошли, — Вела дернула его за рукав. — Пошли скорей...

Павл послушно повернулся и двинулся к стене, но голос хозяина остановил его.

— Как ты сказал, тебя зовут?

Павл нерешительно назвался, не зная, чего можно ожидать от такого вопроса.

— Смени ему имя, — сказал Пламен. — Эта кличка не подобает нашей семье.

— Я уже подумала об этом, милый, — захихикала Вела. — Как насчет Фаллий?

Пламен кивнул головой, давая понять, что разговор окончен.

— По-шли! — приказала Вела. — Быстро!

На этот раз Павл поспешил выскочить вслед за ней из кабинета и только теперь вздохнул, наконец, свободно.

— Ну, вот видишь,— защебетала Вела. — Все нормально. Сейчас я покажу тебе твою комнату, потом мы пообедаем, а потом... Ну, не будем загадывать.

Она ущипнула Павла за задницу и многообещающе потерлась о его локоть грудью. 

ГЛАВА 4

Обещанная комната оказалась маленькой каморкой. Окна для прислуги, видимо, не предусматривались. Двери, естественно, тоже. Прямо в стену упиралась пластиковая дорожка, ведущая в сад. Из мебели скромное жилище украшали лишь лежанка и стол. В углу расположилось уже знакомое Павлу кресло. Он оглядел убранство комнаты и взглянул на Велу.

— Тебе не кажется, что это очень напоминает тюремную камеру? Я в каком-то фильме видел.

— Ну нет, ты не прав, — с фальшивой оживленностью возразила она. — Мебели, конечно, маловато, но спать и есть можно. А больше тебе ничего и не нужно.

Она вдруг заговорщицки подмигнула:

— А я тут кое-что придумала. Подойди сюда.

Павл покорно подошел к «подгузнику».

Вела подтолкнула его к стене.

— Иди.

Он сделал шаг вперед и неожиданно очутился в том самом зале с окнами на море, где провел вчерашнюю ночь.

Вела довольно хихикала сзади.

— Ну как? Это я сама придумала. Надо было просто чуть-чуть подправить программу. Теперь ты можешь в любое время приходить ко мне, а я к тебе.

— Здорово, — согласился Павл. — И никто не увидит.

Он уже знал, каким способом нейтрализует Велу к завтрашнему утру.

— Ладно, — сожалением сказала она. — Пора обедать. Кстати, ко мне сегодня придут подруги, я хочу тебя с ними познакомить. Иди к себе в комнату, а я должна подготовиться.

— Скучно сидеть так, без дела, — вздохнул Павл. — У тебя телевизора нет?

— Телевизора? — удивилась Вела. — А что это такое?

— Ну, это такая штука, — Павл помялся, подыскивая слова. — Такая плоская штука, на которой можно смотреть кино, новости. Музыку еще...

— А-а, — засмеялась Вела. — Я поняла. У нас это называется «Лонгер». Если хочешь, я принесу тебе небольшой. Но только ты же ничего не сможешь понять. У простолюдинов лонгеров нет, а нормальные люди пользуются специальным каналом, который тебе недоступен. Конечно, ты можешь посмотреть картинки, но будет ли это интересно? Лучше познакомься с садом. А то ведь ты даже не сможешь показать, где поймал эту гадость.

— Да, ты права, картинки мне ни к чему. Пожалуй, действительно, лучше в сад. А потом, может быть, немного посплю.

Он направился к стене, но вдруг повернулся.

— Кстати, о какой регистрации говорил твой муж?

— Каждый простолюдин должен зарегистрироваться в общей базе данных, — объяснила Вела. — Так положено.

— А зачем? — удивился Павл. — Что, без формальностей нельзя? Скажи ему, что я зарегистрировался, и все. Он же не будет проверять?

Вела хитро посмотрела на него и погрозила пальцем.

— Ты теперь получил свободу, следовательно, можешь отлучаться из дома. Где гарантия, что ты не исчезнешь? При регистрации твой мозг отсканируют, вся информация поступит в базу. Тебе назначат размеры пространства, в котором ты сможешь перемещаться беспрепятственно. Не беспокойся, я договорилась, ты сможешь уходить довольно далеко, даже в город.

— А если я выйду за пределы этого пространства? — ошарашенно спросил Павл.

— Система просто отключит твой мозг и ты будешь ждать на месте, пока не приедут техники.

— Ничего себе, порядочки, — возмутился Павл. — А если мне нужно, например, навестить родственников?

— Да никаких проблем, — пожала плечами Вела. — У нас это совершенно свободно. Нужно просто подать прошение и тебе откроют коридор на время посещения. Потом его закроют. Но ты скажи, откуда у тебя здесь родственники, кроме меня?

Она захохотала.

— Ладно, я пошла. Жди, скоро приду.

— Подожди! — Павл взял ее за руку. — Ты столько делаешь для меня... Я не возражаю, если ты угостишь меня за обедом чем-нибудь «энергетическим».

Он привлек ее к себе и мягко куснул за мочку уха.

— Разрешишь сегодня вечером побыть с тобой подольше?

Вместо ответа Вела прижалась к нему всем телом и вышла из комнаты, одарив его на прощание взглядом василиска в брачный период.

Павл проводил ее взглядом и дернул щекой. Потом снова оглядел комнатку и решил, что лучше все-таки прогуляться по саду.

Пластиковая тропинка затейливо вилась между деревьев, клумб и причудливо подстриженных кустов. Сад, в общем, мало отличался от тех, что Павл привык видеть в своем таунвиле. Такие же стерильные газоны, изысканно подобранные цветы, мягко журчащие фонтанчики. И полное отсутствие живности. Тишину не нарушало ни пение птиц, ни жужжание насекомых. Павл осмотрел траву под деревьями. Изящная, короткая стрижка исключала всякую возможность появления в ней каких бы то ни было мышей и прочих зверюшек.

— Видно, хозяин давно не заглядывал сюда, — усмехнулся Павл.

Сад был довольно большим, но содержался в идеальном порядке. Если за всем этим следила электроника, то можно было позавидовать мастерству техников, составлявших программы.

Он немного постоял у маленького пруда с разноцветными рыбками. Будто лепестки цветов, они лениво кружили по замысловатым, но, как вскоре выяснилось, одним и тем же траекториям. Полюбовался на чудесные клумбы, плавающие в воздухе, на великолепные мраморные статуи, будто перенесенные сюда из музеев. Одну из них Павл даже потрогал. Статуя оказалась голограммой. Он кивнул и, повернувшись, пошел обратно в свою каморку.