Соседские войны - София Чар

не пришло. То затихающий, то снова начинающийся ливень щедро хлестал по нашим макушкам и прекращаться не собирался.

Уже скоро земля под ногами начала размокать, и несколько раз мне приходилось резко размахивать руками, чтобы удержаться и не рухнуть. Воронову в этом отношении повезло больше. Нахохлившись, он упрямо и удивительно ловко шагал вперед, и уже скоро обогнал меня, взяв на себя должность Сусанина. И, судя по тому, что кончаться лиственный коридор не спешил, взял достаточно основательно. В другой раз я бы даже отпустила шутку на эту тему, но не сегодня. Ноги то и дело скользили по размокшей почве, грозя в любое мгновение сподвигнуть меня на гимнастические подвиги.

И я честно держалась. Так долго, как могла, балансировала, сосредоточенная на этом. Даже слишком сосредоточенная — поэтому, когда Воронов вдруг остановился, я не успела его заметить, я не успела понять даже, что лес кончился. Я просто врезалась в его спину.

— И-и-ить!.. — только и удалось протянуть, бесславно повиснув на мужчине, вцепившись в него.

А вот он не успел ничего. Раскинув было руки в попытке сохранить равновесие, Воронов вместе со мной так и рухнул, проехав вперед в лужу.

— Твою мать, Маша!

От этого яростного рыка захотелось эволюционировать в лягушку. Благо лужа, в которую мы так эпично нырнули, уже позволяла причислиться к амфибиям. Да, Машка, день прошел не зря: довести и завалить мужика выходит не всякий раз.

— Извини… — протянула я, попытавшись хоть сползти с Воронова.

Вышло не очень. В стороны разъехались уже руки и я, успев только булькнуть, так и нырнула в лужу и в панике забарахталась. Руки снова и снова разъезжались и вынырнуть мне не удавалось, пока кто-то бесцеремонно не потянул меня вверх.

— Да что же за проклятье то! У дома известного предпринимателя Архипа Воронова в луже утонула бестолковая девка! — выволакивая меня из лужи, ворчливо возмутился мужчина. — Пресса в восторге — округа в шоке.

И даже если бы могла говорить, а не сплевывать воду, пытаясь отдышаться, язвить бы не стала. Нет уж, возглавить ТОП-10 нелепых смертей я явно не жаждала никогда.

С горем пополам сумев отдышаться и отплеваться, я все же подняла голову, окинув взглядом высокую ограду. Н-да, вот это мечта социопата…

— Эй, жива там?

— Тыкать палочкой в меня не нужно. — каркнула я в ответ, попытавшись подняться.

С первого раза не вышло. Со второго — тоже, с третьего меня снова бесцеремонно дернули за шиворот, поднимая.

— Я начинаю тебя тихо ненавидеть.

— Ну, раз пока тихо, можно продолжать в том же духе! — не сдержав истерического смешка, я покачнулась.

Снова упасть в лужу мне не дал все тот же Воронов, успевший перехватить меня уже за талию.

— В прошлой жизни я точно был не меньше, чем Гитлер, раз теперь судьба меня так наказывает. — раздалось унылое замечание где-то вверху.

Отклонив голову назад, я на мгновение даже как-то растерялась. Эй, а чего он такой высокий-то!

— Ну… Это… — как-то даже смутившись, я попыталась отстраниться. — Извини…

Иронично приподняв бровь, Воронов только неопределенно хмыкнул и отпустил. Но только для того, чтобы схватить за запястье.

— От меня ни ногой. — скомандовал он, так и потащив меня вдоль ограды.

И ничего ведь не оставалось, кроме как, спотыкаясь, побрести за ним. Да, не так я себе представляла прогулки за руку. Как минимум не под ливнем и не после купания в лужах. Но выбирать сегодня не приходилось, и я была вынуждена как могла быстро брести за Вороновым. Он останавливаться и не думал, с убийственным упорством бредя вперед вдоль ограды, что уже скоро показалась мне просто нескончаемой.

Однако начать возникать я не успела. Ограда оказалась далеко не такой бесконечной, как я думала вначале. После очередного куста сирени, который раскинулся почти вплотную к ограде, мы все же выбрели к дороге, которая упиралась во врата.

Ну, как дороге — огромной луже, что волнующимся озерком раскинулась перед высокими, уже предсказуемо сплошными вратами.

— Да ты просто чертов социопат… — не сдержавшись, протянула я.

— Судя по тому, что я получил после того, как выехал в город — стоило и дальше оставаться нелюдимым отшельником. — не остался в долгу Воронов и все же отпустил мою руку.

И еще до того, как я успела хоть что-то сказать, он плюхнулся прямо в лужу. Так, не поняла, тонуть с горя?

— Я же плавать не умею и спасти тебя не смогу. — на всякий случай предупредила я.

— Да упаси меня Господь от спасения твоего… — предельно откровенно ответил он, бредя к воротам.

К счастью, добрался без происшествий. Я даже на всякий случай закусила губу, чтобы сдержаться и не брякнуть что-то. Не дай Дарвин уронит ключи — придется совместно играть в парочку веселых аквалангистов.

И в кои-то веки мне повезло! Ворота, поднимая волну грязной воды, медленно двинулись в сторону.

— Ура… — только и смогла пробормотать я, осторожно спустившись в лужу к Воронову. — Вот видишь, не такая уж я невезучая!

— Я промолчу. — оглянувшись на меня, только и хмыкнул Воронов.

И прав же, гад! Ладно, птица-водолаз, балл за тобой.

Впрочем, долго на этом внимания я не акцентировала. Уже скоро переключила внимание за ворота.

— Ты точно мазохист… — только и смогла протянуть я.

Будь у меня такой дом, я бы скорее проложила нормальную короткую дорогу, чем променяла бы это чудо на квартиру в нашем городке.

Брели так долго мы не зря. Более чем внушительным, в сравнении с моей квартиркой, оказался не только дом — двор с зеленым газоном и рядом не стоял с нашим.

— Мазохисты удовольствие получают от издевательств над собой, а я просто везучий, как утопленник. — мрачно откликнулся Воронов, все же обернувшись ко мне. — Ты поплавала мало? Вылезай давай, проклятье ты мое!

Ой, да, что это я! Благо, сразу же за вратами начиналась мощенная плиткой дорожка. Ровная дорога, как же сильно я за тобой соскучилась!

— Иди вперед. Чтобы я тебя видел!

Фыркнув, я только закатила