Дремир. Беспечные. Том 3 - Ник Вернер

место и, наконец, остался в своей голове один. Осталось решить — «кого» просить.

Я в упор не мог себе представить, что я подойду к Яромиру и скажу: «Прошу, скажите мне, а из какого Рода моя бабушка и можно ли я буду называть себя „Марк из Рода…“?»

Мне проще было пережить ещё одно магическое истощение со всеми сопутствующими «соплями», чем такой позор выговорить. Язык бы не повернулся.

Значит, снова надо идти искать свою бабушку. Может, хоть она мне сможет имя дать? А если нет? Буду думать дальше по ходу дела…

Не знаю, сколько я так просидел: с четверть часа, полчаса, час… Но всё же пришёл к выводу, что мне пора валить уже завтра, причём одному, если я хочу сначала добыть себе имя, а потом увести Настеньку с собой с новым именем. Ну, или со старым. Как повезёт. Бродить с ней по свету в поисках своего имени даже мне было бы стыдно.

Решить-то я решил, вот только оставалось самое сложное: уйти так, чтобы Настенька поверила на этот раз, что я не сбегаю от неё и обязательно вернусь.

Я встал и подошёл к окну. До полудня оставалось ещё около часа, а значит, она уже скоро должна будет вернуться. Первой моей мыслью было, конечно же, свалить из дома до вечера, чтобы перенести этот разговор на потом, но я соскреб по всем сусекам всю свою отсутствующую силу воли и все же пошёл умываться, завтракать и дожидаться…

Несмотря на все мои старания, после тренировки мне с Настенькой поговорить не удалось — она лишь переоделась и умчалась в неизвестном направлении со словами: «Меня мама просила ей помочь. Буду занята до вечера!» Я даже не успел спросить, могу ли я им тоже чем-нибудь помочь, как за ней закрылась дверь.

«Ну ладно», — отпустил я свою силу воли погулять и отправился гулять вслед за ней по Священному Лесу.

Если уж где-то бесцельно прохлаждаться, то лучше уж там. Бесплатной магии много не бывает. Правда, я уже давно начал сомневаться, всё ли в Дремире бесплатно — даже для своих. В других местах всё намного проще: весь обмен товарами и услугами производится через деньги, и всегда знаешь, кому, сколько и за что должен. А тут… Например, я понятия не имею, откуда в нашем доме берётся еда. Ни огорода здесь нет, ни курятника, ни коровника… А еда есть — и каждый день. Может, конечно, у Настеньки есть какая-то сказочная скатерть-самобранка для муки, яиц, молока, свежих овощей и всего прочего… Но что-то я в этом очень сомневаюсь, а спросить всё время забываю. В общем, как-то меня в последнее время не покидает чувство, что уже кому-то что-то должен, только без понятия — кому, что, за что и сколько.

До Священного Леса я дошёл без приключений. Там ещё побродил по лесным тропам и между ними часа два, а потом всё же пристроился под деревом на магическую подзарядку.

Странная у них всё же здесь магия. Мне порой кажется, что она тебе заодно и мозги прочищает. Через полчаса бездельничанья под деревом и просчитывания моего маршрута в Эвенну меня вдруг осенило, что мне надо попросить у Настеньки собрать мне еды в дорогу. Причём дней так на шесть, если идти через Пожарище сразу на юг. Уходить я собрался пешком, а тут же кругом пустоши и пустыни… Мда… Похоже, завтра уйти у меня не выйдет. По крайней мере, раньше обеда в лучшем случае.

Не особо воодушевленный своим новым открытием, я всё же просидел ещё полчаса под деревом и пошёл выбираться из леса, чтобы успеть перехватить Настеньку до вечерней тренировки. Хотя и тут я не был уверен, стоит ли её расстраивать до тренировки.

Когда я пришёл домой, до её тренировки оставался ещё час, но ни её, ни её доспеха не было. Я вздохнул и пошёл собираться в дорогу. Правда, и тут меня ждал облом: до меня дошло, что сейчас лето и собирать мне особо ничего не надо, блин! Сменную одежду мне дадут в Мирте на постоялом дворе, если я им отдам свою постирать, а до этого переодеваться бесполезно — всё равно зайдешь в город видавшим виды путешественником. Еды у меня нет. Остаётся разве что воды во флягу налить. Налил и пошёл отлёживать бока теперь на лавке в гостиной, чтобы не пропустить приход этой неуловимой особы.

Настенька пришла домой только затемно, и тут меня осенило в третий раз за сегодня: раз на улице уже ночь, то говорить теперь мне придётся честно, юлить и отшучиваться уже не смогу… Но и всю правду я сказать не мог…

С мыслью «Как всё сложно-то!» я сел на лавке, как только услышал, как за Настенькой закрылась дверь, и встал, как только она зашла в гостиную.

Выглядела она очень уставшей, и я решил начать серьезный разговор с простого — обнял.

— Устала? — спросил я.

— Ага.

— Помочь разоружиться?

— Ага.

Я поснимал с неё все ее железяки и, подхватив на руки, отнёс к лавке и усадил себе на колени. Она закинула ножки на лавку и, устроившись на мне поудобнее, тихо сказала:

— Извини. Что-то у меня нет сил готовить ужин.

— Нестрашно, — искренне ответил я. — Я не голоден. Хочешь, я для тебя что-то приготовлю, если ты будешь мной руководить? А то я даже печь топить не умею.

— Есть у меня тоже сил нет, — вздохнула она.

— Отнести тебя в кровать?

— Угу.

«Похоже, все разговоры откладываются до завтра», — мысленно вздохнул я и понес её в спальню.

Но не успел я её положить на кровать, как меня тут же схватили за рукав.

— Не уходи, — попросила Настенька. — Побудешь со мной?

— Я и не собирался, — улыбнулся я и присел рядом, поглаживая её по волосам.

«В смысле, собирался, конечно, но точно не сейчас. В одиночестве за сегодня я уже достаточно насиделся».

— Мне кажется, ты скоро уйдешь, — тихо сказала она и неуверенно добавила. — Ты же возьмёшь меня с собой, правда?

— Проницательная ты моя, — добродушно улыбнулся я. — Возьму, но не сейчас. Сейчас мне надо уйти одному, но я обязательно вернусь сюда, домой…

«Марк, скажи уже это!!!» — опять орала на меня Совесть.

— И к тебе, — всё же выговорил я.

Вроде даже не так ужасно сопливо