Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

— Всему виной одеяния, которыми снабдил нас командир! — шутливо попытался снять с себя мнимую вину сэр Джордж.

При этом он подумал, как думал уже не раз, что любой муж счел бы облегающее одеяние Матильды ужасно нескромным и запретил бы своей жене появляться на люди в таком виде. Правда, это ужасно нескромное одеяние удивительно шло ей, дивно оттеняя все прелести ее высокой, стройной фигуры. Не всем женщинам так повезло, хотя всем им пришлось привыкнуть к этой одежде, потому что выбирать было не из чего. После недолгой внутренней борьбы сэр Джордж сдался и признал, что должен поблагодарить демонического шута за непривычные одеяния, которыми тот снабдил его людей.

— Искать виноватого в своих проступках недостойно мужчины, — нравоучительно сказала Матильда и совершенно другим голосом спросила: — Скажите-ка, милорд, какими такими важными делами вы собираетесь заняться, уединившись в шатре среди бела дня со своей женой?

— Конечно скажу, миледи, — ответил он, хитро подмигивая супруге. — Однако мне легче будет показать это, чем пытаться объяснить словами.

— Неужто, милорд? — промурлыкала Матильда.

— О да, — мягко сказал он, вставая и обходя шахматный столик. — Несомненно. И вы в этом скоро убедитесь.

— Нынче дело малость по-другому оборачивается, милорд.

— Это еще слабо сказано, Уолтер, — сухо отозвался сэр Джордж.

Они стояли плечом к плечу под штандартом барона и смотрели вдаль, на войско противника, выступившее против них под началом племен лаахстаар и моутхай. Напоминавшее толпу войско четырехруких было огромно. Компьютер постоянно сообщал сэру Джорджу изменения в оценке его численности, но, глядя на море злобных четырехруких великанов, барон думал, что бездушные цифры — это одно, а стоящий перед тобой, рвущийся в бой противник — совсем другое. Согласно последним подсчетам Компьютера, против них выступили восемь племен под командованием старшего военного вождя лаахстаар, под руку которого собралась примерно сорок одна тысяча воинов. Три четверти из них находились перед бароном и должны были принять участие в предстоящем сражении. Это означало, что сэру Джорджу с его людьми и четырехрукими союзникам из племен шернай, наамааль и тайрнанто будут противостоять около тридцати одной тысячи бойцов.

Глядя, как четырехрукие верзилы, втаптывая в пыль лиловую траву, катятся на позиции его людей, сэр Джордж готов был поклясться, что их по крайней мере в два раза больше, чем насчитал Компьютер. Правду говорят, что у страха глаза велики.

«Эти парни в два раза крупнее моих ребят, — мрачно подумал он. — Потому-то мне и кажется, что против нас выступило все население Шаакуна!»

— Пойду-ка я, милорд, к сэру Ричарду, — сказал Скиннет и с невеселой улыбкой добавил: — А вы уж сделайте милость, не позвольте этим многоруким тварям себя убить.

— Это не входит в мои планы, — заверил ветерана сэр Джордж. — Моя жена никогда мне этого не простит.

— При всем моем почтении к вашей леди, милорд, прощение ее в этом деле мало что значит, — не принял шутливого тона Скиннет. — Представьте, какой бардак тут начнется, если руководить нашим войском возьмется кто-то другой, — он выразительно ткнул пальцем в сторону зависшего над землей аэрокара. — Верно вам говорю, в этом случае живые позавидуют павшим!

Сэр Джордж посмотрел вверх и коротко фыркнул.

— Постараюсь, чтобы до этого не дошло. А ты правда поезжай к сэру Ричарду и проследи, чтобы тот не слишком увлекался.

— Об этом не беспокойтесь, сэр. Мы с сэром Ричардом хорошо научились понимать друг друга. А уж с его оруженосцем мы точно столкуемся. — Закаленный ветеран коварно хмыкнул. — Иначе я отыскал бы умельца, который этой ночью малость надрезал бы ему подпругу.

— Ну и негодяй же ты, Уолтер Скиннет! — осклабился сэр Джордж.

— Да неужто? — Скиннет сделал вид, что задумался, затем покачал головой, поскольку в доспехах не больно-то пожмешь плечами. — Конечно, вы правы, милорд. Но, говорят, в чистилище не так уж и плохо. Только подумайте, сколько герцогов и графов составят мне компанию!

Он рассмеялся и пустил своего жеребца рысью в направлении всадников, построенных вокруг личного штандарта сэра Ричарда. Сэр Джордж сам бы хотел гарцевать среди них на Сатане, но не мог себе этого позволить. Официально командиром их смешанного войска был демонический шут, и, возможно, он сам верил, что командует им. Но сэр Джордж и его солдаты прекрасно знали, кто тут на самом деле главный. Именно барон, с помощью Компьютера в качестве переводчика, сплотил людей и союзников, создал из них боеспособную армию. И потому именно его люди и вставшие под их знамена четырехрукие считали своим настоящим командиром.

Некоторые из дружественных людям племен разделяла вековая вражда, корни которой были столь же запутанны, как и корни распрей многих шотландских кланов. Общие беды и запах добычи могли на время сбить их в единую стаю, но даже мысль о том, чтобы очутиться под командованием одного из своих заклятых врагов была невыносимой для них. Сэр Джордж был поставлен командиром над ними самим «божественным» двоеротым. О странном чужеземном воителе было известно только то, что его отряд разгромил во много раз превосходящее его войско тулаа и, перебив почти пять тысяч четырехруких воинов, потерял всего четверых своих.

Барон знал, что союзники считают его сверхсуществом, почти равным демоническому шуту, и испытываемое к нему чувство священного трепета вместе с сознанием того, что он стоял вне местных свар и усобиц, делало его приемлемым для четырехруких командиром, каким не мог стать ни один из их вождей. А это означало, что он должен находиться здесь, в центре войска, где старшие командиры могут его видеть и откуда ему будет виден весь ход сражения.

Лично он прекрасно обошелся бы без роли непобедимого вождя и обязанностей, связанных с ней, но выбора не было — пришлось взвалить на свои плечи и то и другое. И потому он провел последний месяц — согласно подсчетам отца Тимоти, — делая из трех главных союзных племен и зависимых от них более мелких племен армию, которая на сегодняшний день насчитывала, включая англичан, девятнадцать тысяч воинов. Это оказалось непростой задачей, но и не настолько трудной, как он ожидал. Местные вожди были такими же коварными, беспринципными интриганами, как и предводители любой феодальной армии Земли, однако у них не было такого же опыта плетения интриг. Сэр Джордж не поднялся бы за последние пятнадцать лет своей жизни до звания старшего командира, если бы не научился общаться с куда более искусными хитрецами. Пройдя хорошую школу, теперь он ловко манипулировал четырехрукими вождями, дабы создать к моменту сражения слаженное боеспособное войско.