Хотели как лучше, а получилось как всегда - Eren Kinveyl

Миражом лучше не тормозить… И будет здорово, если ты его найдёшь и сразу передашь флоту, но… Стоит ли оставаться на Суэне? Ты молод, закрывать себя на одном корабле — не выход. Тебя могут как брать в новые путешествия, так и нет. Ты сам говорил, что всё решает капитан. Может, можно преподнести дар и повторить Паломничество? Чтобы найти ещё что-то полезное? Думаю, тебя отпустят. Ты можешь пройти почти где угодно. У тебя уже есть связи. Есть новые друзья. Вне флота столько возможностей! И столько тех, кто готов помочь тебе помочь сородичам. И я могу помочь! Я была бы рада стать частью такого будущего.

Почти с самого начала монолога дампирша не смотрела на Ваэля, чтобы не увидеть в форме глаз злость. Вдруг ему покажется, что за несмелыми надеждами скрывается неуважение к бедам кварианцев? Она боялась быть неправильно понятой и под прикрытием плаща заламывала пальцы. Но вряд ли эта лёгкая физическая боль заглушит душевную.

──────── Narrator ────────

Монолог дал много пищи для размышлений. Ваэль шёл всё медленнее и чаще смотрел под ноги. По сути, он не услышал ответа на вопрос, а только хождения вокруг да около да порцию волнения за то, чего ещё не случилось. Паломник не понимал, что страшного в том, чтобы остаться на Мигрирующем флоте. Это залог выживания расы. Разбредись кварианцы как кроганы по галактике — и вымерли бы ещё быстрее.

Мал посмотрел на девушку с лёгкой улыбкой, заметной по прищуренным глазам. Вдумчивый и слишком серьезный для своих лет, паломник не бросался на шею, заинтригованный новыми впечатлениями. Всё, что Виктория описала, звучало прекрасно. Но жить вне родных в недружелюбном мире только ради одного друга — глупость. Уже опробовал, каково это: пропустить беду на родном корабле, будучи далеко и занимаясь другими делами.

— Я тебя понял. Теперь позволь мне большое отступление в прошлое… В первую встречу я подумал, что ты как все: воспользуешься мной и оставишь на Адеке. Но твоё саларианское оснащение и поведение дали повод рискнуть и довериться. Об этом я не пожалел. Потому что ты вытащила меня с той ужасной планеты, — совсем уж издалека начал Ваэль. — Твоя болезнь долго казалась мне прикрытием, причиной держать меня подальше. Когда я понял, что это не выдумка, было уже поздно: я знал тебя как личность и не собирался сбегать, не отплатив за все хорошее… — юноша выдержал паузу, давая понять, что его решение твёрдо. — А потом вся эта суматоха с угоном Натануса и поисками агентов началась. Мне казалось, что мы попрощаемся на Олоре навсегда. От того и не хотел оставлять тебя без доказательства, что мне не всё равно. Я совершил шаг с объединением костюмов, не думая о последствиях.

Дальше Ваэль'Мал продолжил не сразу, глубоко вздохнув. Взгляд на горизонт был похож на сожаление, что он не может подставить лицо ветру и ощутить кожей теплый свет местной звезды. Это бы освежило мысли, наверное. А так — приходилось вручную разгребать завалы, образовавшиеся от долгого молчания.

— Затем судьба свела нас снова на одном корабле. Я не заметил, как благодарность переросла во что-то большее. Но это лишь приумножает сложности, которых и так хватает, — голос помрачнел. — Мне хочется тебе помогать, а не быть обузой.

Ваэль’Мал остановился. Теперь надо спросить самое главное. Не будучи слепым и глухим, паломник знал, что си-хала любопытна не в меру. Вот как Ветра ругается, что Хитра пристаёт ко всем женщинам подряд, так и Виктория лезет потрогать всё необычное. Увидеть границу между наукой и чувствами пока не получалось, у кварианцев как-то прозрачнее всё было.

— Тебе симпатичны ксеносы? — паломник очень постарался сделать такой тон и акцент, чтобы вопрос можно было трактовать только в одном значении.

──────── Victoria ────────

Поначалу на лице девушки появилась грустная ухмылка. Да, она не хотела привязываться и старалась побыстрее свалить с Адека, в одиночку или нет. Первый же день научил никому там не доверять. А про репутацию кварианцев наслышаны все, что побуждало не доверять вдвойне. Иронично, что всё оказалось наоборот. Кто бы мог подумать, что из всех ксеносов именно этот окажется честным. И если дальше Ваэлем двигала благодарность, то Викторией — ответственность и привязанность, что становилась лишь крепче. Оглядываясь назад, уже трудно разобраться, ей хотелось подружить всех со всеми или же получить больше поводов быть рядом с тем, кто симпатичен. Причём, личностными качествами, а не внешне, ведь Рут увидела техника без маски сильно позже! И тогда на Олоре не просто так заливалась алкоголем по причине неизбежного расставания и потери дружеских отношений с экипажем Натануса, над которыми так старалась.

Идя бок о бок, дампирша не смотрела на техника, ощущая, как лицо постепенно начинало гореть по мере его монолога. И ещё сильнее вспыхнуло, когда ей, по сути, признались, что преодолели чувство дружбы. Как жаль, что нельзя увидеть лицо Мала в этот момент… Однако дальнейшие слова звучали именно так, как боялась Ви. Он не хочет добавлять сложности, несмотря на обоюдную симпатию? Но разве то, что его при всех называют другом и поддерживают, не означает, что сложности не пугают? Рут с самого начала знала, с кем связалась!

Возмущенные мысли спугнул крайний вопрос.

— Чёрт, я думала, что только я тебя смущать умею, — фыркнула Рут, остановившись и с улыбкой подняв лицо к небу. — Не знаю, что ты там себе надумал. Хоть дампиры и живут среди саларианцев, меня никогда не тянуло к ним, например. Да и они, сам знаешь, не парятся романтикой. Даже больше: их подход к изучению окружающего мира я отчасти переняла: потрогать, раскрыть, разобрать, со всех сторон обнюхать, надкусить, хех… С Хитрой пошло что-то не так, но мы уже разобрались с этим и оставили в прошлом. Знаешь, я в первую очередь смотрю на характер и поступки, вот и не сужу по стереотипам расы. Так что дело не в том, что ты ксенос, а какой… ну, ты.

На последних словах Виктория взглянула на парня с любопытством. Интересно, он услышал что хотел? Или сейчас скажет, что не хочет смотреть, как си-хала других «изучает»?

──────── Narrator ────────

Смущение — живучий монстр, которого даже прицельный выстрел из снайперки не всегда уложит. Но время идёт, и Мал больше узнает о других расах и меньше тревожится, что сделает или скажет что-то не так. А ещё он сейчас в гермокостюме, что здорово помогало держать себя в руках. Чувство защиты, какой-то границы и отстраненности от внешнего