Рассказы - Роберт Хайнлайн

- Это... правда?

- Правда.

Может, я действительно немного нравилась глупому верзиле.

- Понимаешь, Холли,- продолжала Ариэль.- Даже если ты к нему равнодушна, все равно надо быть с ним мягкой и внимательной. Ведь он любит тебя, и ты можешь легко сделать ему больно.

Я постаралась собраться с мыслями. Любовные истории... это как раз то, чего следует избегать деловой женщине... но если Джефф и вправду питает ко мне такие чувства, предам ли я свои идеалы, если выйду за него замуж, лишь для того, чтобы сделать его счастливым? Чтобы сохранить фирму? В конечном счете разве не это главное?

Но если я так поступлю, то "Джоунс и Хардести" уже не будет, ее сменит "Хардести и Хардести".

Ариэль не умолкала:

- Может, ты его еще полюбишь. Такое бывает, детка. И если так случится, ты будешь жалеть, что бросила его. И уж какая-нибудь другая девица постарается его не упустить, ведь он такой славный парень.

- Но...- Я замолчала, так как раздались шаги Джеффа, я их всегда узнаю. Он остановился в дверях и посмотрел на нас, сдвинув брови.

- Привет, Ариэль,

- Привет, Джефф.

- Привет, Покалеченная.- Он оглядел меня с ног до головы.- Боже, на кого ты похожа.

- Ты тоже выглядишь не лучшим образом. Я слышала, у тебя плоскостопие?

- Хроническое. Как ты ухитряешься чистить зубы с этими штуками на руках?

- А я и не чищу.

Ариэль сколынула с кровати и сказала, удерживаясь на одной ноге:

- Должна бежать. Пока, ребята.

Джефф закрыл за ней дверь и сказал несколько грубовато:

- Не двигайся.

Потом обнял меня и поцеловал.

Ведь я не могла его остановить, правда? Со сломанными руками. К тому же это совпадало с интересами фирмы. Я совершенно обалдела, потому что Джефф никогда меня не целовал, разве что в дни рождения, а они не в счет. Я попыталась ответить на поцелуй, чтобы показать, что я все оценила.

Не знаю, чем они меня перед этим пичкали, но у меня зазвенело в ушах и снова закружилась голова.

- Кроха,- он склонился надо мной.- Как я из-за тебя настрадался.

- Ты тоже мне не дешево достаешься,- сказала я с достоинством.

- Да, пожалуй.- Он с грустью на меня посмотрел.- О чем ты плачешь?

Я и не заметила, что плакала. Тут я вспомнила.

- Ох, Джефф! Я угробила свои прекрасные крылья.

- Достанем новые. Ну, держись. Я сейчас повторю.

- Давай.

И он меня поцеловал.

Я полагаю, в названии "Хардести и Хардести" заложено больше ритма, чем в "Джоунс и Хардести".

Оно и в самом деле лучше звучит.

Успешная операция

Для любого из пишущей братии самым дорогим и ценным словом, конечно же, является короткое и круглое англосаксонское NO!!! А одну из особенностей отношения публики к работе прозаика характеризует тот факт, что люди, никогда не ожидающие от таксиста свободного маршрута движения или от рынка свободного набора товаров, без малейшего смущения требуют от профессионального писателя все новых и новых даров его авторучки.

Это нетерпеливое "а ну-ка давай" - повальное заболевание среди фанатов научной фантастики, в острой форме проявляющееся у организованных фанатов НФ и в самой опасной форме - у фанатов-которые-издают-журналы-для-фанатов.

Следующая история появилась на свет сразу после продажи моего первого рассказа; то есть возникла в результате того, что я в то время еще не научился говорить NО!

- Как ты смеешь такое предлагать!

Главный придворный врач упорно стоял на своем.

- Я бы не осмелился, сир, если бы вашей жизни не грозила опасность. Кроме доктора Ланса, в отечестве нет другого хирурга, который мог бы сделать пересадку гипофиза.

- А я говорю, оперировать будешь ты!

Медик покачал головой.

- Тогда вы умрете, вождь. Моего искусства недостаточно.

Глава государства стремительно закружил по комнате. Казалось, он вот-вот даст выход одному из тех истерических взрывов гнева, которых так боялись его приближенные. Неожиданно он сдался.

- Приведите его ко мне! - приказал он.

Сохраняя достоинство - достоинство и присутствие духа, не сломленные в течение трех лет "превентивного заключения", - доктор Ланс предстал перед вождем. Бледность и истощение выдавали в нем узника концентрационного лагеря; впрочем, люди его расы уже привыкли к притеснениям.

- Я понял, - произнес он. - Да, я понял... Я могу сделать операцию. Каковы условия оплаты?

- Условия оплаты? - возмутился вождь. - Ты еще смеешь говорить об условиях, грязная свинья? Тебе дается возможность хотя бы частично искупить грехи своей расы!

Хирург поднял брови.

- Думаете, я не знаю, что, будь у вас под рукой другой вариант, вы бы никогда не послали за мной? Но вам понадобилась именно моя помощь.

- Ты сделаешь, что тебе скажут! Ты и твой род должны быть счастливы уже тем, что остались живы.

- И все же без гонорара я оперировать не собираюсь.

- А я сказал, тебе еще повезло, что ты жив... - В голосе диктатора чувствовалась неприкрытая угроза.

Ланс молча развел руками в стороны.

- К тому же мне говорили, что у тебя есть семья...

Хирург облизал пересохшие губы. Его Эмми... они могут погубить ее... и маленькую Розу. Но он должен быть мужественным - таким, каким хотела бы его видеть Эмма. И он будет играть по самым высоким ставкам... ради них и только ради них.

- Мертвым им не будет хуже, чем теперь, - твердо ответил он.

Прошло немало времени, прежде чем вождь убедился, что Ланса ему не сломить. Не стоило даже пытаться - хирург впитал мужество вместе с молоком матери.

- Какова твоя цена?

- Разрешение на выезд для меня и моей семьи.

- Скатертью дорога!

- Компенсация за имущество...

- Да подавись им!

- ...выплаченная золотом до операции!

Вождь по привычке хотел возразить, но сдержался. Пусть этот самонадеянный глупец думает что угодно. Вразумить его можно будет и после операции.

- А теперь последнее... операция будет проводиться в зарубежном госпитале.

- Но это нелепо!

- Я настаиваю.

- Так ты не доверяешь мне?

Ланс, не отвечая, смотрел ему прямо в глаза. Вождь ударил доктора ударил сильно, по губам. Хирург даже не шевельнулся, чтобы избежать удара; он принял его, не изменив выражения лица...

- И вы действительно согласились на это, Самуэль?

Молодой человек без страха взглянул на доктора и ответил:

- Да, согласился.

- Нет никаких гарантий, что вы оправитесь после операции. Гипофиз вождя поврежден, и ваше молодое тело может не справиться с ним... Вы должны учесть такую возможность.

- Я все понимаю... но тогда я выйду из концлагеря!