Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

– Вы Зина?

– Да. Откуда вы знаете? Вы – Савва? – спросила женщина, изучающе проведя по нему глазами.

– Моя родственница, Гликерия, о вас рассказывала.

Зина покраснела, от смущения не знала куда глаза девать. Савва видел, что он ей понравился.

– Ну, что будем знакомиться, – протянул он руку. – Скоро работу заканчиваете?

– Через час.

– Хорошо, не буду отвлекать, занимайтесь своей работой, а я подожду вас около кафе. Ровно через час я буду. А пока схожу на берег. Подышу морским озоном.

Кофе уже было выпито, и Савва, ободряюще улыбнувшись, вышел наружу.

Зина как – то медленно, как в замедленной пленке, убирала за ним стакан. Сердце глухо стучало. В голове ясно отметилось, что наконец, она съедет с ненавистной квартиры, которая пожирала львиную долю ее зарплаты. Наконец-то, у нее будет дом, да еще с таким завидным мужчиной. Ей не верилось, что жизнь так щедро повернулась к ней лицом.

Савва же очень удивился, как эта женщина внешне была похожа на Ирини. На Ирини, но немного блеклую и постаревшую. Такой, видно, будет Ирини лет через пять-семь. Он вспомнил, что, когда-то обратил внимание на нее именно из-за внешности. Ирини была красавицей, она не шла в сравнение ни с кем из знакомых Савве девушек. Гречанки в основном черноглазы или кареглазы и смуглы. Голубоглазых или зеленоглазых и белокожих – раз-два и обчелся. И он считал большой удачей для себя, что судьба свела его с такой красавицей. Но не даром говорят: «Что толку от красивой обуви, если она жмет». Справедливости ради, Савва отмечал, что Ирини никогда не носилась со своей красотой. Более того, не щадила ее. Работала под солнцем и на стройке дома, и с огородом, и в доме, и на работе. То, что она отменная работница он не отрицал. И детей вырастила. Но не было в ней того, чего он искал в женщине. Он понимал, что здесь не ее вина. Савва знал свой скрытный характер, знал, что Ирини это очень хорошо видела. Чувствовала, что у него была своя жизнь, как бы тщательно он ее не скрывал. «Кому понравится такое?» – думал он теперь про себя. По большому счету, ему не нравился свой собственный характер, но изменить его он был не в силах. «Правильно говорят люди: самое трудное, это преодолеть самого себя. Так, что не я один такой на этом свете», – успокаивал он себя. С одной стороны он хотел, чтоб Ирини приехала к нему и начали бы жизнь сначала, но с другой стороны, он знал, что мало, что изменится в их отношениях. Ирини не из тех, кто прощает, тем более забывает. Разве войдешь в одну реку дважды? Ничего невозможно

…Разбитый кувшин не склеишь. Она живет себе с девчонками. А ему тоже нормально с Катей. Посмотрим, как Ирини найдет себе другого мужчину. А вот ему найти женщину не стоит труда. Даже напрягаться не надо. Вот она, Зина, просто счастлива, что он с ней заговорил. Собственно, это одна из причин, из-за которой он так неожиданно даже для себя решил привести в дом женщину. Он может менять их хоть каждый год. Ирини же так и будет одна одинешенька. Она так воспитана, что никогда не позволит себе просто так встречаться с мужиком. Да и замуж навряд ли пойдет. Савве казалось, что бывшая его жена – мужененавистница. Таким тяжело найти достойных себя. Вот и пусть живет сама себе хозяйкой.

Савве нужна женщина, а то в гостях у женатого Костаса он чувствовал себя не в своей тарелке. К тому же, пусть Марица видит, что он из тех мужчин, который не может жить без женского внимания.

Дома Гликерия спросила, как ему показалась Зина. Он сказал, что женщина показалась ему нормальной и, что намерен ее позвать жить к себе. Только, без официального Загса, без печати в паспорте. Через неделю Зина с дочкой переехала к нему. На удивление, Катя без проблем стала сразу называть ее мамой и очень подружилась с ее дочкой, тоже Зиной. Как она потом говорила: «Чтоб не путать двух Зин», одну надо называть мамой. Савва же, чтоб не путать – старшую называл Зинаидой.

Жизнь пошла легче. Зинаида успевала везде. И прибрать, и в магазин, и готовила обильно и вкусно. Савва и не подозревал, что так может быть. В Джамбуле, он всегда ощущал себя полуголодным. Да, конечно, жена сидела с детьми, он мало зарабатывал, да и не все приносил домой. Он стыдливо вспоминал, как он припрятывал мед, конфеты, масло. Правильно говорила Ирини, если он покупал хлеб, то никогда больше булки не брал: только бы самому было что поесть. Конечно, кого это не обидит? Самое печальное, что Савва не знал, как так у него всегда получалось? Ведь он любил детей по-своему. Последнее время часто снится младшая, прямо наваждение какое-то. Он послал Жене письмо, но ни привета, ни ответа. Послал дополнительно денег, опять ни от кого никакой реакции. Полное молчание. Старшая Наташа прислала короткое письмо Кате с обещанием приехать на летние каникулы. «Вот тогда и все расспрошу», – успокоил себя Савва.

* * *

Домик Дмитрия Харитониди, в котором он поселился с Анастасией и детьми находился в переулке, идущем от центральной улицы Ленина, недалеко от магазина «Турист». Савва Александриди жил чуть выше этого магазина. А в другом доме, чуть получше, на улице Ульянова, ближе к Центральному рынку, он поселил Самсона с Эльпидой и сыном.

Дмитрий-Харитон думал в будущем построить на их большом участке новый добротный дом.

Алик Аслонян купил себе хороший большой дом не в самом Адлере, а в поселке Молдовка, который уходил чуть выше в горы и граничил с Адлером. На машине до Адлера рукой подать, так что он сумел купить себе и почти новые «Жигули». Харитон пока был безлошадным, но присматривался к автомобилям. Ему хотелось «Волгу» последнего выпуска. Около них находился небольшой, но симпатичный ресторан «Олеся», в котором два друга отмечали иногда дни рождения или удачные торгово – фарцовочные операции.

В день своего рождения Анастасия была особенно неотразима в бледно розовом, стильного покроя платье. В тот день она спела по просьбе гостей несколько песен, пока музыканты ресторана отдыхали. Аккомпанировало ей вполне прилично дочь Аня. Не только приглашенные, но и все посетители были в восторге и бурно хлопали. За столом сидели Савва с Катей, Слон с Диной и их малышом, Алексис с женой, приехавшие автобусом из Красной Поляны.