Петербургская Коломна - Георгий Зуев

В воспоминаниях Левицкого имеется интереснейшая запись: «Мне пришлось снять группу, в которой участвовал и Гоголь. Экземпляров этой группы очень мало, так как она была снята на дегерротипной пластине в 1/4, с которой трудно тогда было сделать копию. Один из экземпляров попал к многоуважаемому Михаилу Ивановичу Семевскому, который воспроизвел ее фототипией, если не ошибаюсь в „Русской старине“ восьмидесятых годов.

В этой группе участвовали 16 или 17 человек; позировка была на открытой террасе в мастерской Перро; пластина выдержана 40 секунд, но несмотря на долгую позу, центр группы вышел превосходно, края не совсем отчетливо».

Безусловно, рассказанная фотографом история относилась к изображению, которое обнаружил и опубликовал Стасов, да и сам дагерротип подтверждает слова Левицкого, так как на нем изображен автор исторической фотографии рядом с великим русским писателем Н.В. Гоголем.

15 февраля 1856 года по предложению Л.Н. Толстого шестеро писателей, цвет русской литературы, авторы журнала «Современник», направились к дому Имзена, в ателье Левицкого с тем, чтобы сняться вместе.

Групповой портрет авторов «Современника».

Слева направо: И.А. Гончаров, И.С. Тургенев, Л.Н. Толстой, Д.В. Григорович, А.В. Дружинин, А.Н. Островский. Фото С.Л. Левицкого. 1856 г.

А.И. Дружинин по этому поводу напишет в своем дневнике: «Утром, по плану Толстого, сошлись у Левицкого. Я, Тургенев, Григорович, Толстой, Гончаров… Сняли фотографиями наши лица… Общая группа долго не давалась». На исторической фотографии в центре – по старшинству – Тургенев, сзади него стоит Толстой, еще в военной форме. Некрасов отсутствовал по причине болезни. Спустя четверть века журнал «Русская старина» опубликует этот групповой портрет с пространными комментариями. Автор этой журнальной статьи с восторгом отмечал: «Даровитейший фотограф С.Л. Левицкий, двоюродный брат одного из талантливых отечественных писателей и добрый приятель едва ли не всего Олимпа русской литературы, радушно предлагал свое искусство для воспроизведения портретов собравшихся в Петербурге писателей».

25 февраля того же года Лев Николаевич устроил новоселье. К нему, в дом № 5 на Офицерской улице, пришли друзья-литераторы и его однополчанин – кавказский герой, кавалер офицерского Георгиевского креста Ф.Ф. Кутлер. Позже именно его Толстой изобразит в повести «Хаджи-Мурат» под именем Бутлера. А 19 апреля писатель впервые, в доме на Офицерской, прочел узкому кругу друзей свою новую повесть «Два гусара», выстраданную и написанную в этой небольшой квартирке. Более многочисленная аудитория слушателей присутствовала на чтении этого произведения в доме графа Д.Н. Блудова – президента Академии наук, человека, сочувствовавшего всякому прогрессивному движению. По этому поводу Н.А. Некрасов сообщал В.И. Боткину: «Толстой написал превосходную повесть „Два гусара", она у меня будет в номере пятом „Современника“».

16 мая Лев Николаевич записал в дневнике: «Дома укладывался… Завтра встаю рано и устраиваю с квартирой. Еду!» Покинув Петербург 17 мая, Толстой 28 мая был уже в Ясной Поляне. Все хлопоты по ликвидации квартиры на Офицерской улице он оставляет на своего друга – И.Ф. Горбунова, писателя, рассказчика и актера Александринского театра, популярного человека в литературной среде столицы.

Артист И.Ф. Горбунов

Горбунов Иван Федорович, писатель и актер, снискал огромную популярность у публики как мастер устных рассказов из жизни крестьян, мещан и мастеровых. Впоследствии на основе этих рассказов он создавал свои замечательные театральные «сцены из народного быта», юмористические рассказы и очерки.

После его смерти в 1896 году вышло полное собрание сочинений этого неординарного писателя. Дела со сдачей квартиры остались незавершенными, и Льва Николаевича это обстоятельство беспокоило. 12 июня он написал приятелю из Тулы: «Ужасно Вам благодарен, и совестно мне перед Вами, любезный Горбунчик, за хлопоты, которые… навалил я на Вас. Сделайте вот как: ежели Иславин не явится, сдайте квартиру, заплатите за то время, которое она была за мной, и мебель перевезите куда-нибудь, хоть в залог на это время или куда-нибудь к знакомому…» – и обещает выслать незамедлительно деньги со «следующей почтой».

Больше на Офицерской улице Лев Николаевич не жил, хотя часто наведывался сюда, приезжая в Петербург.

Знаменательно, что в начале нового столетия, в 1915 году, в доме № 5 по Офицерской улице, где жил и творил великий русский писатель, открылся книжный магазин «Общественная жизнь», специализировавшийся на продаже книг по русской литературе, науке и искусству.

«НАРУЖНОСТЬ ЕГО БЫЛА ОЧЕНЬ ОРИГИНАЛЬНА…»

На участке современного жилого дома № 6, протяженностью по Офицерской улице в 20 саженей, до 1850 года находился одноэтажный особняк с мезонином, принадлежавший наследникам каретного мастера Ивана Христофоровича Шуберта.

Впоследствии одна из его наследниц, дочь почетного потомственного гражданина, Елизавета Петровна Торшилова, в 1862 году распорядилась воздвигнуть на этом участке большой доходный дом и поручила разработку его проекта талантливому архитектору-строителю А.И. Ланге. Однако по стечению обстоятельств Ланге вынужден был прервать работу над проектом и передал выгодный подряд своему коллеге, архитектору В.Е. Стуккею. По проекту последнего в 1864 году возводится новый четырехэтажный жилой дом. Кстати, в это же время его первый проектировщик архитектор А.И. Ланге, строил по соседству на Офицерской улице дом № 8.

Ул. Декабристов, 6. Современное фото

В 1906 году строение приобрел богатый петербургский промышленник и домовладелец, обрусевший швед Константин Исаевич Розенштейн. Инженер по образованию, владелец завода цементных труб компании «Андре Эллерс», Розенштейн в этот период скупал земельные участки в городе и строил на них доходные дома. В частности, в 1912 году он не без выгоды приобрел два прекрасных больших участка на Петербургской стороне. На одном из них, включенном в проект площади (ныне она носит имя Льва Толстого) на пересечении двух основных транспортных магистралей столицы – Большого и Каменноостровского проспектов, Розенштейн построил красивый многоэтажный жилой дом, привлекающий внимание своеобразием архитектурного решения. Фасад, обращенный на площадь, обработан двумя симметричными шестигранными башнями, поднимающимися выше основного массива дома. Следует отметить, что постройку этого здания начал по собственному проекту будущий его владелец – К.И. Розенштейн, а завершил сооружение архитектор А.Е. Белогруд, использовавший в проекте дома классические образцы, в частности мотивы башен средневековых английских замков.

В 60-е годы XIX столетия в доме № 6 по Офицерской улице снимал квартиру литератор Михаил Ларионович Михайлов. Внук крепостного крестьянина, сын чиновника, он был человеком разносторонне образованным, свободно владеющим несколькими иностранными языками.

М.Л. Михайлов.

Фото 1861 г.

В 1854 году в петербургских журналах публикуются его первые стихи и рассказы. Учась в университете, Михайлов познакомился с Чернышевским, который сразу заметил и высоко оценил выдающиеся способности и душевные качества молодого человека.

В своих воспоминаниях А.Я. Панаева свидетельствует: «Наружность его была очень оригинальна; маленький, худенький, с остренькими чертами лица и с замечательно черными густыми бровями. Веки глаз у него были полузакрыты, в детстве ему делали операцию, но все-таки веки лишены были способности подниматься, вследствие чего глаз почти не было видно. Михайлов носил большие очки; губы у него были до того яркого цвета, что издали бросались в глаза… Михайлов был очень веселого и живого характера».

Делясь своими впечатлениями о М.Л. Михайлове, шестидесятник, публицист и сотрудник «Современника» Николай Васильевич Шелгунов писал: «Как человек Михайлов отличался задушевностью и какой-то женской нервностью; его легко было расстроить и вызвать на глазах слезы. Но это было легко тем, кого он любил. С посторонними или далекими людьми он держал себя с приветливостью, не допускающей особенно близко и даже с оттенком авторитетного достоинства. Точно у него в кармане всегда были колючки, которые он держал наготове…

Михайлов отличался щеголеватостью и обладал особенным талантом, что все на нем выходило как-то хорошо, изящно и опрятно. Этому помогала его тонкая, стройная прямая фигура. Михайлов не был красив, скорее даже некрасив, но он привлекал к себе симпатичностью и сердечностью…».

В конце 1850-х годов М.Л. Михайлов сблизился с Н.А. Добролюбовым и вошел в состав редакции «Современника», где возглавил отдел иностранной литературы, которую прекрасно знал. Статьи о русской и иностранной литературе заняли важное место в его творчестве. Большую известность приобрели его выступления в печати об эмансипации женщин.