Да – тогда и сейчас - Мэри Бет Кин

Вот уже год с небольшим Брайан регулировал движение на мосту Куинсборо со стороны Манхэттена. «Да нормально», – отвечал он всякий раз, когда Питер или Джордж спрашивали, как прошел день. Или: «Все бы ничего, если бы не чертов дождь». Или чертов холод. Или чертова жара. Брайан старался произносить это легко и непринужденно. И вообще – куда ни плюнь, все жалуются либо на дождь, либо на холод, либо на жару. Не знаешь, что сказать, – говори о погоде. По крайней мере, если ты в Куинсе. Питер признался, что замечать погоду начал только в Куинсе. Он не говорил: «когда мы переехали в Куинс», только «в Куинсе». Здесь от нее и правда не укрыться: ждешь ли ты автобус, идешь ли пешком до метро или бредешь из магазина с тяжелыми пакетами, так что пластиковые ручки впиваются в ладони. В один прекрасный день Брайан, как всегда, сел в тридцать второй автобус, чтобы добраться до центра, но вместо того, чтобы сойти на Второй авеню, поехал дальше, покачиваясь в такт с другими пассажирами, пока автобус катился мимо Третьей, мимо Лекс, мимо Парка. Он вышел на Тридцать второй, купил хот-дог, съел его, вернулся на автобусе в Саннисайд и улегся в золотом солнечном прямоугольнике на потертом паркете в квартире Джорджа. Брайан сам не знал, что на него нашло. На работе он сказал, что перепутал расписание. Потом позвонил в пенсионный фонд и тщательно проверил, что с накоплениями и когда можно в отставку. Брайанну было не так много лет. По-хорошему стоило дотянуть до двадцатилетнего стажа, но при мысли о том, что ему предстоит простоять еще хотя бы год на Пятьдесят девятой улице, дыша выхлопными газами, в нем что-то умирало. Через несколько недель, не поговорив с сыном, не посоветовавшись с братом, в квартире которого они с Питером спали на раскладном диване, с тех пор как уехали из Гиллама, Брайан Стенхоуп положил свой жетон на стол. Он думал дождаться пятницы, но почувствовал, что больше не выдержит ни дня, и уволился в четверг, а потом сел в автобус до Саннисайда, пересел в машину, хотя пробки на дорогах не обещали рассосаться до субботы, отправился на стадион «Шей», припарковался у правых ворот и долго сидел там, уставившись на трибуны над третьей базой.

Вечером, когда Питер делал уроки, Брайан встал посреди комнаты, загородив телевизор, и объявил, что у него есть потрясающая новость. Питер в очередной раз отметил, что отец очень похудел. Все брюки сделались ему велики, даже тугой ремень не спасал. Отец старался казаться веселым, постоянно улыбался, но улыбка выходила какая-то безумная, и Питера это пугало. Но теперь, пока Брайан откашливался, словно собирался держать речь перед большим залом, в глазах его светилась настоящая радость – впервые с того дня, когда мать выстрелила в мистера Глисона.

Все знают, он всегда мечтал жить на юге, начал Брайан, и Питер и Джордж переглянулись, и вот – он кое-кому позвонил, кое с кем поговорил и наконец подыскал годный кондоминиум в Южной Каролине. К тому же в тех краях у него нашелся хороший знакомый, который согласился порекомендовать его на должность охранника. Раньше этот парень сам служил в нью-йоркской полиции, так что к нему точно прислушаются. Брайан снимет пенсионные накопления, да и жизнь в Каролине намного дешевле. И Питер, разумеется, может поехать с ним, если хочет.

Питер посмотрел на Джорджа и понял, что тот поражен не меньше его самого. Питеру уже исполнилось пятнадцать. В тот вечер он читал о взятии форта Тикондерога – учитель намекнул, что завтра может случиться контрольная. Питер второй год учился в мужской школе «Датч-Киллс», но все никак не мог там прижиться. Летом миссис Кирк, учительница биологии из Святого Варфоломея, приезжала в Нью-Йорк и отвела Питера к каким-то людям – они явно его оценивали. Всем школьникам отлично известно, что летом учителя впадают в спячку, и Питер не поверил своим глазам, когда миссис Кирк собственной персоной вышла из пригородного автобуса на раскаленный тротуар посреди душного июля. «Пойдем, Питер», – сказала она, и Питер подчинился. Потом взрослые о чем-то говорили без него. Питер думал только об одном – как это удивительно, что миссис Кирк, совсем такая, как в Гилламе, с этой своей стрижкой «шлемом», в этих своих толстых чулках, вдруг оказалась в Нью-Йорке. Рассказать бы об этом Кейт! И, как всегда, от мысли о Кейт внутри у Питера что-то сжалось, будто в ожидании тычка в живот. Тем летом отец был вечно занят с врачами и адвокатами, так что Джорджу пришлось взять на себя заботу о племяннике. Он отвозил его, куда нужно, он же вел переговоры с миссис Кирк. Это Джордж сказал Питеру, что ему стоит поблагодарить учительницу за «Датч-Киллс». «А „Датч-Киллс“ – это что?» – спросил Питер. Оказалось, его приняли в одну из лучших школ в городе, специализированную, совсем как частная, только бесплатную. Питер так и не понял, что это означает. Немного пожить в Куинсе – одно дело, а учиться там – совсем другое. Думая о школе, он по-прежнему представлял выложенный диким камнем фасад «Гиллам-Хай».

С тех пор прошел почти год. На новом месте никто не знал о маме Питера и о том, что случилось в Гилламе. У него появились приятели, но он никогда не гулял вместе с ними после школы и не встречался на выходных, хотя мальчишки вечно торчали друг у друга или шатались по парку, а наутро обсуждали свои похождения. Как-то раз одноклассники Питера повстречали в Центральном парке незадачливого собаковода, который запутался в поводках. В результате питомцы протащили его по дорожке. Этот случай во всех подробностях обсуждали целую неделю. Роуэн изображал пируэты, которые поневоле выделывал бедолага, а Мэтт и Дрю выли и тявкали, как собаки. «Ты бы тоже ржал, Питер», – сказали они, давая понять, что он свой, хоть и не тусуется с ними. Питеру этого вполне хватало. Ходить к ним в гости, знакомиться с братьями и сестрами, поедать вместе сэндвичи и чипсы было бы слишком. Одноклассники, скорее всего, думали, что по выходным Питеру не до них, что он ездит к себе «в деревню». Все знали, откуда он. Поначалу новичка терзали вопросами, и, чтобы парни отвязались, Питер рассказал, что на старом месте у него осталась подружка и по субботам у них свидания. Иногда он ездит к ней на автобусе, иногда она приезжает к