Герои поневоле - Святослав Имприс

Не успел юноша заснуть, как снаружи послышался шум, звуки ударов и грохот.

"Интересно, что они там такое затеяли? — недовольно подумал он, вспоминая не слишком добрыми словами наставников, жрицу и весь монастырь в целом. — Вообще-то в такое время обычно наступает полная тишина. Может праздник какой-то? Вряд ли. Я все праздники наперечёт знаю и до следующего ещё не меньше трёх недель. Странно".

Джейв решил на всякий случай уточнить и позвал охранника. Но, о чудо, того не оказалось на посту! Чего на памяти юного отрока не случалось вообще никогда. Между тем шум снаружи и внутри здания продолжал нарастать.

"Уж не явления Арге во плоти там происходит? — испугался послушник. — Да нет вряд ли. Тот появляется не чаще раза в сто лет. Хотя… Его вроде и не было уже лет девяносто".

Доносящийся до ушей юноши шум постепенно превратился в оглушительный грохот. Стены завибрировали, и монастырь затрясся, будто в приступе смеха или страха. Сверху посыпалась пыль и деревянная стружка. Затем внезапно раздался особенно мощный удар и потолок не выдержал — обрушился вниз прямо на голову несчастному пленнику.

Приходить в себя было мучительно больно. Не приходить — глупо и бессмысленно. Так что, смирившись с неизбежным, вроде головной боли и ломоты во всём теле, Джейв открыл глаза. Конечно, он тут же об этом пожалел и их закрыл. Но от пришедшей вместе с сознанием боли таким способом отделаться не удалось.

Ситуацию осложняло ещё то, что юноша оказался погребён под развалинами того, что раньше было полом первого этажа и крышей его камеры. Скинув с головы, удобно устроившуюся на ней балку, Джейв заработал руками, разгребая завал. Он, словно крот, прорывал себе путь наружу. Несколько минут усилий увенчались успехом и послушник оказался наверху. Отряхнув, изрядно запачкавшуюся мантию, Джейв попытался собраться с мыслями и решить, что же всё-таки произошло. Но в голову как назло ни одна умная мысль не приходила. А глупые он отметал сразу. Вряд ли, во время его заточения наверху происходила такая оргия, что монастырь не выдержал и начал разваливаться. Он провёл пять лет здесь и ни о чём подобном не слышал. Также маловероятно, что у монастыря появились ноги, и он решил прогуляться. Ходячий монастырь — курам насмех. Да и в проснувшегося злого духа, казнённого три тысячи лет назад в этих стенах, и вернувшегося мстить, верилось с трудом.

Так и не придя ни к какому выводу, юноша решил выбраться в общий зал и посмотреть своими глазами, что там происходит. Тем более за то время, что он провёл без сознания, успела наступить полная, абсолютная и в какой-то мере зловещая тишина.

Разбежаться, прыгнуть, схватиться за стену и рывком перебросить всё ещё немного непослушное тело, наверх, не составило для послушника труда. Конечно, он не был лучшим учеником в монастыре, откровенно говоря, считался одним из худших, в основном из-за проблем с дисциплиной и уставом. Но наука владения любым оружием и самым страшным из них, собственным телом, не прошла для него даром. Пусть он и не постиг ещё многие и многие премудрости, до освоения которых Джэйв ещё попросту не дорос.

Юноша, крадучись, пробирался по коридору, стараясь быть готовым к любым неожиданностям. Но то, что он увидел, выглянув из-за поворота, оказалось слишком тяжёлым зрелищем даже для подготовленного разума.

Кровь! Пол, некогда белые стены по левую и правую сторону и даже потолок оказались залиты кровью! А на полу лежали тела двух жриц. И пятерых одетых в чёрное воинов. Джейву стало плохо и он, с трудом, удержал рвущийся наружу обед, порадовавшись тому, что ужин в камере не подавали.

— Что… Что же здесь произошло? — дрожащим голосом произнёс Джейв, до боли сжимая кулаки.

Пусть он и обучался пять лет умению драться, но лишь для укрепления тела. Его не учили убивать и со смертью, тем более такой страшной, он раньше не сталкивался. Обхватив голову руками, Джейв сполз по стенке на пол. В его мозгу не умещалась мысль о том, что можно было вот так вот просто убить человека. Вычеркнуть его со страниц жизни. Тем более, если этот человек женщина. Ударить женщину, пусть даже женщину-воина, казалось чем-то невероятно гнусным юноше. Даже во время тренировок, если его напарником была девушка, то он сдерживал свои удары, из-за чего часто бывал бит.

Джейв просидел несколько минут, приходя в себя, поднялся и пошёл дальше. Он должен был попасть в главный зал и узнать, что случилось с остальными. Дрожащими пальцами он подхватил испачканный в крови клинок одной из жриц, всей душой надеясь, что его не придётся использовать. Собрав все свои силы Джейв обыскал одетые в чёрное трупы. Но не обнаружил ни единой вещи, которая могла указать на принадлежность её владельца какой-либо армии или месту.

Защитницам монастыря перерезали горло. Судя по всему, нападавшие не собирались оставлять свидетелей. Ни одного.

Шаг за шагом приближался он к главному залу, встречая по пути всё большее количество трупов. Перед последним поворотом юноше снова пришлось остановиться, чтобы собраться с силами.

Дверь в зал оказалась сломана, а вход в него буквально завален телами защитников и нападавших. Злая ирония судьбы — они нашли вечный покой в объятиях друг друга. А может быть и по ту сторону вечности продолжается битва, кто знает?

В зале царил жуткий беспорядок. Сломанные столы, мёртвые воины и бездна крови. И ни одного живого человека, ни с той, ни с другой стороны. Джейва всё-таки стошнило. Но он нашёл в себе силы продолжить путь. Он должен был убедиться, что с главной реликвией монастыря всё в порядке. В дальней комнате в конце зала находилось то, что поручил охранять и защищать ордену сам Великий и Могучий Арге. Прикованный четырьмя заколдованными цепями в центре комнаты лежал большой двуручный меч. Вернее он должен был там лежать. Но на самом деле, когда Джейв вошёл внутрь он увидел почти полностью скрытого под горой тел захватчиков настоятеля монастыря, в руке которого покоился меч.

Похоже, последний из остававшихся в живых членов ордена принял здесь неравный бой. Он был великй человек. Не имея возможности победить, настоятель сумел не проиграть. Этот мужчина десятилетиями возглавлял орден и умер, защищая самую главную его ценность. Последний из Зионов. Или нет… Последний из Зионов это он — Джейв. И он не позволит священной реликвии попасть в недостойные руки.

Все… Все его друзья мертвы! Эта мысль сводила Джейва с ума. Пока он сидел в уютной, безопасной камере здесь шёл бой. Пока он спал, они умирали, исполняя свой долг. И даже понимание того, что если бы он не сидел в тюрьме, то уже наверняка был бы мёртв, не слишком успокаивало его.