Госпожа его сердца - Дженнифер Деламир

– Нет, конечно, нет, – улыбнулся Джеффри.

Теплая обаятельная улыбка смягчила его суровое лицо и очень понравилась Лиззи.

– Квартиры предназначены для рабочего сословия, – пояснил он. – Они недостаточно хороши для принца, но обычный человек найдет в них все необходимое, и даже больше.

– Однако не странно ли селить рабочих в Гайд-парке? – спросила Лиззи. Дом стоял практически под окнами Кенсингтонского дворца. Конечно, дворец не являлся официальной королевской резиденцией, но в нем родилась и выросла королева Виктория. – Видимо, у принца Альберта весьма своеобразное чувство юмора.

– Здание простоит здесь всего несколько месяцев, – отозвался Джеффри. – Когда закроется Всемирная выставка, его разберут и выстроят заново на южном берегу реки.

Между тем вокруг дома для рабочих собралась толпа – по меньшей мере человек двадцать с любопытством рассматривали строение со всех сторон. А дородный джентльмен при полном параде – включая крахмальный шейный платок и высокий цилиндр – стоял рядом с лестницей, раздавал публике буклеты и предлагал всем желающим ознакомиться с внутренним устройством здания. Заметив Джеффри, он кивнул ему и улыбнулся.

– Доброе утро, милорд. Лорд Эшли предупредил, что ждет вас сегодня.

Джеффри обменялся с ним дружеским рукопожатием.

– Я вижу, вы тут не скучаете, мистер Лэнг.

Пухлое лицо джентльмена расплылось в широкой улыбке.

– Сорок пять посетителей за сегодняшнее утро, сэр. По моим подсчетам, благородных господ и простого народа примерно поровну, – с гордостью сообщил он и, очевидно, уважая в Джеффри не только лорда, но и священника, добавил: – Как сказано в Книге Притчей: «Богатый и бедный встречаются друг с другом: того и другого создал Господь».

Джеффри улыбнулся:

– Совершенно справедливо, мистер Лэнг. Не сомневаюсь, наши усилия в конечном итоге принесут пользу всем слоям общества. – Он осмотрелся: – Лорд Эшли еще здесь?

– Так точно, сэр, – ответил мистер Лэнг. – Он сейчас наверху. Лорд проводит экскурсию для двух джентльменов из «Иллюстрейтед Лондон ньюс».

– Лорд Эшли, граф Шафтсбери, – председатель Общества по улучшению положения рабочих, – пояснил Джеффри, обращаясь к Лиззи. – Вот увидите, он вам понравится.

Едва барон договорил, как сверху донесся шум и на площадку второго этажа вышли несколько человек.

– Итак, джентльмены, – пророкотал густой бас, – мы имеем чистые, надежные, благоустроенные квартиры и арендную плату не выше той, что выкладывают рабочие за жалкие лачуги, в которых они ютятся сейчас.

На кованой лестнице появился высокий седовласый джентльмен с орлиным носом и волевым квадратным подбородком. Джентльмен решительно зашагал вниз, и каблуки его начищенных до блеска сапог гулко застучали по металлическим ступеням.

Двое мужчин, вооруженных блокнотами и карандашами, следовали за ним по пятам. Один из них на ходу что-то записывал. А другой вдруг спросил:

– Вы говорили о пяти процентах прибыли, не так ли? А эта цифра не кажется вам завышенной?

– Вы подвергаете сомнению мои слова?

– Но, милорд, – не унимался настойчивый репортер, – можно ли всерьез надеяться, что люди из самых низов будут регулярно вносить арендную плату? Вы считаете такое вложение капитала надежным?

Лорд Эшли остановился, смерил взглядом газетчиков и нацелил свою трость на того, кто задавал вопросы.

– Я опираюсь на факты. В Уайтчепеле точно такой же дом функционирует уже не первый год. Жильцов – больше сотни, суммарная арендная плата – две с лишним тысячи фунтов, а задолженность – несколько шиллингов.

Властный голос графа привлек внимание публики. Кое-кто подошел поближе, а несколько мужчин и женщин с любопытством следили за разговором, перегнувшись через перила площадки второго этажа.

– Мы имеем дело с честными тружениками и не рискуем капиталом. Платежи поступают вовремя, и наши инвесторы не остаются внакладе. – Граф повернулся к репортеру, делавшему пометки в блокноте. – Однако следует подчеркнуть, что мы ставим во главу угла не деньги, а строительство добротного жилья для простого народа.

По рядам публики пробежал одобрительный шепот.

Лорд Эшли увидел Джеффри и тотчас обратился к нему:

– А, лорд Сомервилл… наконец-то!

– Прошу простить за опоздание. Меня задержали непредвиденные обстоятельства.

Джеффри явно не хотел обидеть Лиззи, но она все равно почувствовала себя виноватой. Джеймс мог бы поинтересоваться планами Джеффри, прежде чем навязывать ему ее общество.

Лорд Эшли перевел взгляд на спутницу барона.

– Непредвиденные обстоятельства? Да, понимаю. Трудно уследить за временем, гуляя по парку с очаровательной молодой леди.

Лиззи смутилась, а Джеффри с невозмутимым видом произнес:

– Лорд Эшли, позвольте вам представить мою невестку миссис Сомервилл.

– Миссис Сомервилл? – Граф приподнял густые седые брови. – Ах да, конечно… – В его глазах промелькнуло сочувствие. – Лорд Сомервилл посвятил меня в некоторые подробности того, что произошло с его братом. Чрезвычайно прискорбная история. Слава Богу, вам самой удалось вернуться в Англию целой и невредимой. – Граф покосился на Джеффри и добавил: – Возможно, вместе вам будет легче справиться с горем. – Приблизившись к Лиззи, он взял ее за руку. – Уверен, лорд Сомервилл окружит вас заботой и вниманием.

Конечно, речь шла всего лишь о родственной поддержке. Тем не менее сердце Лиззи забилось быстрее.

– В настоящий момент миссис Сомервилл решительно ни в чем не нуждается, – сказал Джеффри. – Она поселилась у своей бабушки леди Торнборо.

Пока они беседовали, репортеры «Иллюстрейтед Лондон ньюс» держались на почтительном расстоянии и только мельком взглянули на Лиззи. Однако один из них по-прежнему что-то записывал в блокнот. Лиззи насторожилась. Ей вовсе не хотелось, чтобы подробности этого разговора появились в свежем выпуске газеты и стали всеобщим достоянием.

Ее беспокойство не укрылось от внимания лорда Эшли.

– Джентльмены, – пророкотал он, обращаясь к газетчикам, – вы уже все осмотрели?

Репортеры, как по команде, закрыли блокноты, поблагодарили графа за подробную экскурсию, почтительно приподняли шляпы и откланялись.

Лорд Эшли проводил их взглядом.

– Скажите, Сомервилл, вы слышали, как этот господин усомнился в том, что рабочие будут регулярно вносить арендную плату?

– Да, сэр.

– Ему не внушают доверия так называемые низы. А сам-то он кто, спрашивается? Возмутительно, вы не находите?

Джеффри кивнул:

– Да, разумеется. По моим наблюдениям, простые труженики зачастую куда более обязательны в оплате счетов, чем многие безответственные представители высших слоев общества.