Криминальные будни психиатра - Андрей Шляхов

У дверей квартиры обменялись подбадривающими улыбками. Савелий вошел к себе домой с двойственным чувством. Его внезапно охватила паника, он испугался, что на пике возбуждения окажется далеко не в лучшей форме. Паника в общем-то была обоснованной, если бы сейчас, на пороге, Ирине вздумалось бы запустить руку под одежду Савелия, то он практически немедленно отреагировал бы на это разрядкой.

Следовало успокоиться и вообще вести себя так, как подобает взрослому мужчине, пригласившему к себе в гости (на ночь глядя — ха-ха!) взрослую женщину.

— Виски, коньяк, текила, джин, мартини, кампари?

Бутылки были как покупными, так и дареными. Психиатров, как и прочих целителей, принято баловать «сувенирами». По случаю и без, просто под хорошее настроение. Савелий старался поддерживать широкий ассортимент в домашнем баре. На всякий случай.

— Пятьдесят грамм кампари и стакан какого-нибудь красного сока, — ответила Ирина. — Если нет гранатового, то можно вишневый или томатный.

— У меня только апельсиновый, — смущенно признался Савелий, даже не удивившись редкому объединению соков по цветам.

— Сойдет и апельсиновый, — успокоила его Ирина, скрываясь за дверью ванной. — Желательно со льдом…

Сумку она с собой не прихватила — оставила на трюмо, рядом с портфелем Савелия.

— Полотенца и халаты в шкафчике! — крикнул Савелий в закрытую дверь.

По выходным, когда торопиться некуда и незачем, он любил походить после утреннего душа этаким барином, в махровом халате. Неспешно позавтракать, посмотреть телевизор, посидеть за компьютером… Иногда, в особо безмятежные, точнее — бездельные дни, так и не снимал халат до ночи. Халатов было два — синий и бежевый. Ничего такого, связанного с цветовым символизмом, просто удобно иметь сменный халат, мало ли что, а два одинаковых по цвету халата — это скучно. Необходимость выбирать укрепляет волю.

Ирина халатом не воспользовалась — завернулась в большое полотенце и вышла к Савелию такой обольстительной прелестницей, что аж дыхание сперло. Прошлась по комнате, явно наслаждаясь произведенным эффектом, уселась на диван, подтянула ноги, чуточку помедлила и скрестила их. Полотенце при этом попыталось развернуться, и Ирине пришлось прижать его левой рукой. Савелий невольно пожалел о том, что ему не придется сейчас освобождать груди Ирины из плена изящно-женственных кружев. Воображение уже нарисовало, как щелкает застежка и почти невесомый бюстгальтер плавно скользит на пол. Особенно нравилось Савелию отсутствие бретелек, бретельки усложняли процесс, лишая его грациозности.

Савелий, впав в оцепенение, молча пялился на Ирину, а та так же молча смотрела на него. Наконец он вспомнил, что в отличие от Ирины еще не был в ванной, и устремился туда, опрокинув по пути стул, который вообще-то стоял у стены и проходу совсем не мешал.

Если где-то в мире проводятся соревнования по быстроте мытья и бритья, то Савелий мог бы с полным основанием рассчитывать на призовое место, потому что мало кто может приводить себя в порядок, одновременно действуя электробритвой и мочалкой, да так, чтобы в итоге, секунд через пятьдесят, получить качественный результат — гладкие щеки и чистое тело. К вечеру Савелий успевал обрасти щетиной, короткой, но в силу своей жесткости весьма колючей, поэтому при возможности старался бриться перед сексом. Еще секунд десять ушло на чистку зубов, стремительную, ожесточенную, можно сказать — беспощадную в своей быстроте. И две, не больше, секунды на контрольный взгляд в зеркало и взъерошивание пятерней мокрых волос для придания им живописно-беспорядочного вида.

По примеру Ирины Савелий пренебрег халатом и причесываться тоже не стал. Обернув бедра полотенцем, он вернулся в комнату. Ирина сидела в прежней позе со стаканом апельсинового сока в руках, только полотенце сползло на диван, вот и вся разница. При виде ее темно-розовых сосков, в полумраке казавшихся почти коричневыми, Савелий испытал небывалый прилив физического влечения.

— Я выпила, — немного виновато сообщила Ирина. — Не дождалась тебя.

Савелий не заметил перехода на «ты». Он присел рядом с Ириной, заглянул в ее глаза, подернутые поволокой истомы, забрал у нее стакан, отпил глоток сока, хотя пить совершенно не хотел, и не глядя поставил стакан на стол. Ирина поддела пальцем край полотенца, в которое был одет Савелий, и потянула на себя. Полотенце ослабло, а Ирина, словно продолжая движение, медленно легла на спину, согнув в колене левую ногу. Двигалась она неторопливо, но неторопливость эта была подстегивающей, побуждающей к действиям…

За окном уже начинало светать. Хотелось не вставать с дивана, а так вот лежать, шептать Ирине на ушко бессмысленные нежности, обнимать, целовать… Савелием овладело ощущение приближения чего-то очень хорошего, замечательного, вроде райского блаженства. Было такое чувство, что он получил долгожданный и донельзя желанный подарок и что дальше все будет еще лучше.

В семь часов утра в прихожей два раза протренькал звонок, и почти сразу же раздался громкий требовательный стук.

В такую рань, да еще без звонка, к Савелию приходил только Виталик, но стук был хоть и схожим по напористости, но все-таки не таким энергичным. Савелий не вник осознанно в нюансы, но сразу понял, что это не брат. А кто же тогда? Да мало ли… Могло случиться что-то срочное у соседей по лестничной площадке, но соседи никогда бы не стали стучать столь требовательно и напористо. И вообще позвонили бы сначала по телефону.

Не можешь угадать — посмотри в глазок. Савелий так и сделал. Увидел розовое, лишенное волос темя, не смог его опознать и открыл дверь, помянув про себя раннего визитера не совсем лестными словами. Грузинская пословица гласит, что нежданный гость — божий дар. У русских на этот счет традиционно иное мнение, особенно в Москве, где даже к родителям не очень-то принято заявляться без звонка.

— Доброе утро! — как-то очень агрессивно сказал незваный гость. — А я к вам ругаться пришел!

Гость был знакомый, во всяком случае — в лицо. Савелий несколько раз встречал его во дворе и в лифте, даже здоровался. Сосед, но не с лестничной площадки, а откуда-то сверху. Из нелюдимых, тех, кто сухо отвечает на приветствие и не проявляет желания продолжить разговор или хотя бы познакомиться — соседи, мол, в одном доме живем. Возраст около семидесяти, голова лысая, лишь на уровне ушей тянется неширокая щеточка волос, глядит, набычившись из-под мохнатых бровей. В левой руке сверток, завернутый в газету «Советский спорт». Интересно, что у него там? Газета гармонировала с синим спортивным костюмом, и вообще от соседа так и веяло энергией. Бодрый пожилой джентльмен.

— Доброе утро! — как можно радушнее ответил Савелий. — Ругаться — это правильно. Давно пора бы поругаться, а то все только здороваемся. Вы предпочитаете прямо здесь или зайдете? Я как раз чайник собирался ставить.

Он посторонился, чтобы гость при желании мог бы пройти.

— Некогда мне чаи распивать, — отказался от приглашения сосед, явно не ожидавший столь любезного приема. — У меня дела.

Сосед указал взглядом на сверток, ничего больше не объясняя. Савелий понимающе кивнул — дела так дела.

— Ну, вы хотя бы зайдите, — пригласил он. — Неудобно как-то через порог разговаривать.

Сосед добросовестно пошаркал ногами по коврику, несмотря на то что был обут в домашние тапочки, и вошел в прихожую.

— Вы гость — вам первое слово, — сказал Савелий, закрыв дверь.

— Я это… — Пожилой джентльмен уже не бычился и вообще как-то «сдулся». — Я сказать пришел… Нельзя ночью орать, когда люди спят. Это же у вас тут ора… кричали ночью, верно?

— У нас, — не стал отрицать Савелий. — Пошумели, было дело.

Кричала одна Ирина, да и то не всю ночь, а только на пике наслаждения, но в такие подробности соседей посвящать не принято. Даже самых близких, относящихся к категории «неразлейвода».

При наличии свободного времени можно было бы пообщаться с незваным гостем подольше и установить прочный контакт, то есть закрепить добрососедские отношения. Но сейчас приходилось торопиться, поэтому Савелий пошел простейшим путем.

— Мы футбол с подругой смотрели, — добавил он. — Увлеклись немного. Прошу прощения…

Если бы в руке у соседа был бы сверток, завернутый в «СПИД-инфо», то пришлось бы «признаться», что смотрели порнуху. Общие интересы объединяют и способствуют взаимопониманию.

Тихо хлопнула дверь ванной, и послышался шум льющейся воды.

— Футбо-о-ол?! — заулыбался гость, но тут же озабоченно поинтересовался: — А кто ж это ночью играл? Или вы по «тарелке»?

«Тарелки», то есть спутниковой антенны, у Савелия сроду не было. Зачем она нужна со своими семью сотнями каналов, если до новых фильмов руки неделями не доходят?