Истинное зло - Грег Айлс

Детство Торы превратилось в бесконечную одиссею между маленькими городками в восточном Теннесси. Она посещала бесплатные школы, поскольку частные были ей не по карману: мать пропивала все деньги, какие взыскивали с отца на обучение дочери. Запои матери начинались и заканчивались, подчиняясь каким-то причудливым законам, и Тора иногда оказывалась в доме бабушки. Школьные оценки становились все хуже, пока однажды она не решила доказать отцу, что кое-чего стоит. Когда Тора с блеском сдала выпускные экзамены, Ларс Райнер наконец обратил на нее внимание. Он нашел ей место в центре Вандербильта и даже предложил небольшое содержание. Тора отказалась. Вместо этого она продолжила учебу и выиграла стипендию в университете своего отца.

Но полоса удач длилась недолго. Воспитание и гены матери работали против нее. После прекрасного первого семестра успеваемость Торы поползла вниз, а второй она не закончила. Когда Тора устроилась официанткой в одной из забегаловок, причина стала ясна: она беременна. Ее парень исчез, но Тора решила сохранить ребенка. Призвав на помощь бабушку в качестве спонсора и няньки, она поступила в школу для медсестер и через два года закончила ее с отличием. Тора нашла работу в госпитале для ветеранов в Мурфрисборо, но через девять месяцев внезапно и без всяких видимых причин перебралась в Натчес, штат Миссисипи. Алекс подозревала, что и тут не обошлось без скандальной истории, но у нее не было фактов (хотя она пыталась найти их). В Натчесе Тору взяли в больницу Святой Екатерины, где она познакомилась с Редом Симмонсом, богатым нефтяником, который стал ее первым мужем и скоро оставил ее вдовой. Весьма состоятельной…

Алекс повернула голову. Тора поболтала с пожилым мужчиной, обняла его и зашагала дальше. Морс достала из сумочки маленькую камеру и сфотографировала собеседника. На вид ему лет шестьдесят – староват для ее любовника.

Алекс всегда считала, что она в хорошей форме, но простая слежка за ежедневными перемещениями Торы действовала на нее изматывающее. Все начиналось с утренней пробежки – четыре мили минимум, иногда и десять, – за ней следовали душ и поездка к новому дому в Авалоне. Здесь Тора полчаса спорила с застройщиками, после чего направляла «мерседес» в загородный клуб, где развлекалась плаванием или игрой в теннис (Морс сидела в машине на стоянке). Затем она переодевалась и долго занималась фитнесом в «Мэйнстриме». Опять душ и второй завтрак в компании подруг. Тора любила тайскую кухню и ходила в дорогой ресторан недалеко от финтес-центра – наверное, именно туда она сейчас и направлялась. После пары низкокалорийных блюд (Алекс следила за ней из-за соседнего столика) Тора чаще всего снова ездила на стройку в Авалон.

Неизменным пунктом ее графика являлось посещение школы Святого Стефана, где она забирала Бена. Правда, пока другие матери по двадцать минут ждали у входа – на тот случай, если их дети выбегут сразу после звонка, – Тора предпочитала опаздывать на двадцать минут. Таким способом она избегала утомительного ожидания и обычно заставала Бена уже одного, слонявшегося с мячом на игровой площадке. Доставив его домой к гувернантке, Тора убивала остаток дня прогулкой и шопингом, потом в последний раз заглядывала в Авалон и после этого возвращалась в Элджин.

Во время этих поздних поездок доктор Шейн Лэнсинг наносил ей частные визиты. Алекс не пыталась проникнуть в дом, пока Лэнсинг находился внутри, но решила сделать это, если хирург появится там еще раз. После двух бесед с доктором Шепардом, на редкость стойко защищавшим нравственность жены, Морс жалела, что не взяла в Натчес Уилла Килмера. Старый партнер ее отца часто занимался супружеской неверностью, и в его распоряжении имелось оборудование, позволявшее прослушивать и декодировать мобильные звонки в реальном времени. Но Уилл был по уши загружен слежкой за Эндрю Раском, а у Алекс не хватало денег, чтобы нанять его помощников для работы в Натчесе. Она надеялась компенсировать это хакерской атакой на почтовый ящик Торы. Докторша повсюду таскала с собой компьютер-наладонник и часто выходила в Интернет. Морс не сомневалась, что если ей удастся раздобыть хотя бы одно электронное письмо, доказывающее любовную связь между Торой и Лэнсингом, доктор Шепард осознает грозящую ему опасность и встанет на ее сторону.

Тора опять остановилась, чтобы побеседовать с мужчиной ее лет. Алекс стала осторожно приближаться, стараясь уловить нить их разговора, но тут у нее зазвонил мобильник. Она отошла в сторону и, достав трубку, услышала Уилла Килмера.

– Привет, дядя Уилл.

– Есть новости, – сообщил Килмер.

– Хорошие или плохие?

– Скорее плохие. Эндрю Раск облапошил моего парня и удрал от слежки.

– О черт! Как ему удалось уйти от твоих людей?

– У этого ублюдка был полноприводный «порше». Он свернул к Перл-Ривер и ранул в самую грязь. А мой парень сидел в «краун-виктории» – усиленный двигатель и все такое, но по грязи от него мало толку. Кстати, я сомневаюсь, что Раску просто захотелось поразвлечься. Похоже, он ехал на важную встречу. Иначе зачем ему выкидывать такой фортель?

– Проклятие!

– Я говорил, что нужно больше машин. Но ты сказала…

– Я помню, что я сказала! – раздраженно буркнула Алекс.

Она была в ярости, что у нее не хватает средств для нормальной слежки. Сэкономишь на малом, проиграешь в главном – так повторял ее отец. Теперь все деньги, которые она потратила на Раска, пропали даром. Адвокат исчез, и она ничего не сможет сделать, пока он не соблаговолит появиться снова.

Между тем Тора Шепард пожала руку собеседнику, пересекла Коммерс-стрит и свернула направо. Алекс последовала за ней.

– Прости, Уилл. Это моя вина. Я тебя подставила.

В трубке послышалось тяжелое дыхание. Килмеру было уже семьдесят, и он страдал эмфиземой легких.

– Что теперь делать, малышка?

– Пошли кого-нибудь к дому Раска. Он все-таки вернется, верно?

– Конечно. Уверен, вечером он будет дома.

– Если мы его не спугнули.

Уилл промолчал.

– Как ты думаешь, он мог удрать из города? – спросила Алекс.

– Вряд ли. Раск пустил здесь корни. У него хорошая работа, жена, роскошный дом, детишки.

– Дети с ним не живут, – напомнила Алекс.

– Не важно. Раск – богатый адвокат, а не агент ЦРУ. Он вернется, вот увидишь.

Морс глубоко вздохнула. Тора была уже возле ресторана.

– Я пришлю кого-нибудь к тебе, – добавил Уилл. – А если никого не найду, отправлюсь сам.

– Ты совсем не обязан…

Алекс оборвала фразу. Тора внезапно остановилась посреди улицы и достала зазвонивший телефон. Она крепко прижала трубку к уху и прислонилась спиной к стене.

– Черт, жаль, что тебя тут нет, – пробормотала Морс.

– А что?

– Ничего. Мне пора идти. Созвонимся.

Пока она убирала телефон, Тора отошла от стены и бросила взгляд в окно ресторана. Похоже, то, что она там увидела, ее удовлетворило. Докторша кивнула, сунула трубку в карман и, изменив направление, быстро двинулась назад по Мэйн-стрит.

Прямо к Алекс.

Морс нырнула в ближайший магазинчик, торговавший всякой всячиной, – крошечную лавочку, набитую античными украшениями, зеркалами в рамах, репродукциями, плетеными корзинками и ореховыми сладостями. Тора прошла мимо витрины с серьезным и озабоченным лицом. Досчитав до пятнадцати, Алекс выбралась из магазина и направилась вслед за докторшей к ее «мерседесу».

Что-то явно должно было случиться.

Глава 14

Эндрю Раск стал искать просвет среди деревьев. Сорок минут назад он съехал с Пятьдесят пятой автострады и свернул на узкую гравийную дорогу. Где-то здесь должен находиться поворот к охотничьему лагерю Чикамагуа. Пятнадцать лет назад Раск стал членом элитного охотничьего клуба вместо своего бывшего тестя и с тех пор не раз убеждался, что это членство полезно во многих отношениях, не говоря уже о хорошо проведенных отпусках.

Наконец он увидел поворот, отмеченный дорожным знаком. Раск крутанул руль, затормозил перед преградившими путь железными воротами и набрал комбинацию цифр на встроенной в стойку кнопочной панели. Ворота разъехались в стороны, и он тронулся дальше. Впереди оставалось полмили посыпанной гравием дороги, и Раск ехал очень осторожно. Несмотря на огромные средства членов клуба, подъездные пути всегда были в скверном состоянии. Эндрю порой казалось, что это сделано специально, для иллюзии деревенской простоты. Потому что во всем остальном лагерь был на высоте.

Внешне лагерные домики выглядели как простые хижины, но внутри располагались благоустроенные комнаты с ванной, кондиционером и спутниковым телевидением. Заядлые охотники не скупились на затраты. В здешних местах водилось больше белохвостых оленей, чем в любой другой части Соединенных Штатов. К тому же самые крупные экземпляры попадались в штате Миссисипи. Оленям нравилась густая зелень мелколесья, оставшаяся в местных заповедниках после вырубки девственных лесов. Вот почему в этот олений рай устремлялись охотники со всей страны. К юго-западу штата, вокруг Натчеса, лицензии на отстрел стоили особенно дорого. Это была самая сердцевина охотничьего рая.