Грани сумеречных миров. Леди из этих - Любовь Хилинская

почти сутки, но сколько была без сознания - неизвестно, поэтому было непонятно, когда малыш появится на свет. Может, Тарнум почувствует что-то и сумеет ее спасти?

«Тарнум! - мысленно взмолилась она. - Помоги мне!»

Но вселенная осталась безучастна к мольбам. Кое-как между схватками удалось перевернуться набок, потом встать на четвереньки.

- Как смешно, - прокомментировал ехидно Корнул, снова сидя в кресле и наблюдая за женщиной. - Ты похожа на каракатицу. Мерзкую большую каракатицу. Не понимаю, что он нашел в тебе. Омерзительно!

- Так выйди отсюда! - закричала Беляна не своим голосом, гневно взглянув на мерзавца.

Тело ее содрогнулось. Начались потуги, частые, сильные.

- А-а-а-а! - вскрикивала она всякий раз, стараясь дышать ровнее.

- Если ты также орала под ним, я не удивляюсь, что он тебя бросил одну на той планете. Ты похожа на кошку во время случки.

Зубы Беляны стучали. Ей хотелось родить быстрее, в то же время она понимала, что как только малыш появится на свет, этот гад заберет его и может даже убить прямо на ее глазах. Помня, что первый раз она рожала сидя на корточках, женщина, держась одной рукой за стену, присела, второй рукой осторожно провела у себя между ног, ощущая, как на каждой потуге головка ребенка все больше показывается, да и тужиться стало гораздо легче, чем на четвереньках. Буквально две потуги и малышка - она ясно видела, что это девочка, появилась на свет.

Она была крошечная, сморщенная, розово-фиолетовая, но сразу же закричала возмущенно, растопырив свои малюсенькие пальчики и дрожа ручками и ножками.

- Фу, ну и гадость! - прокомментировал Корнул, присаживаясь на корточки рядом. - Как же омерзительно это все выглядит!

- Дай нож! - потребовала Беляна, исподлобья глядя на ненавистного врага.

Она уселась на попу, прислонившись от слабости к стене спиной, и взяла дочь на руки.

- Э, нет, малышка, в руки я тебе ничего не дам, - ехидно отозвался тот.

В руке его Беляна увидела большие ножницы, которыми он, брезгливо сморщившись, перерезал пуповину, а потом вырвал ребенка из рук ослабевшей матери.

- Дай сюда это отродье!

- Нет! - Беляна попыталась подняться, но новая схватка скрутила ее.

Что такое? Что происходит? И послед еще не родился, но он ведь не может так болезненно рождаться?

Корнул держал кричащего младенца в смазке на вытянутых руках и морщился. Ну и гадкий же он! Вернее, она. Это девчонка! Похожа на лягушку, такая же мерзкая, склизкая, и плач похож на кваканье. Разглядывая младенца, он не сразу понял, что женщина у стены как-то странно себя ведет. Она вновь уселась на корточки и принялась тужиться, как делала это недавно, шаря рукой между ног. Все это, по мнению Корнула, выглядело ужасно неприятно, он, выросший в специальной школе, где не было женщин, ни разу не имел с ними отношений, а потому и знать не знал, как там у них все устроено, и как могут происходить роды.

Сдернув с кресла накидку, чтобы не испачкаться, он кое-как обернул младенца и повернулся к Беляне, чтобы еще раз похохотать над ней, прежде чем исчезнет в портале, но увидел, как из нее лезет еще один ребенок. Такой же мерзкий и гадкий, как и тот, что был сейчас у него на руках.

- Вот так сюрприз! - пробормотал он. - А ты удивила меня, женщина.

Та тяжело дышала. Второй младенец никак не хотел выходить, головка то появлялась, то снова исчезала внутри нее, а сил хорошенько потужиться уже не было.

- Дай воды, - попросила она, взглянув на врага. - Сил нет!

Положив орущий сверток на кресло, Корнул создал стакан с водой и подал ей, ощутив шевельнувшуюся внутри жалость. Странно, раньше в нем не было таких чувств. Он растерянно оглянулся, только сейчас заметив, как преобразилась эта заброшенная избушка - здесь стало уютно и тепло, мебель была вся другая, на полу ковер, на стенах - гобелены с вытканными рисунками.

Пока он осматривался, Беляна сумела родить вторую девочку и сейчас тоже прижимала ее к груди, разглядывая крошечное личико, пучок влажных светлых волос на макушке, маленькие губки, которые причмокивали.

Покосившись на замершего Корнула, она достала грудь и вложила набухший молоком сосок в жаждущий ротик. Девочка тут же жадно присосалась, молоко запузырилось вокруг ее губ. Она была вовсе не похожа на недоношенную. Может, Беляна ошиблась со сроком? Наверное, она забеременела в самый первый раз, когда Тарнум любил ее.

- Дай мне вторую дочь, - потребовала она, выразительно глядя на Корнула, замершего истуканом у комода с детскими вещами. - Позволь покормить их.

- Если ты надеешься, что я сейчас растаю от умиления, то ошибаешься, - ворчливо заметил он, но все же подал орущего младенца, который успел обмочиться, матери.

- Возьми две пеленки в комоде, надо будет укутать их.

- Ты слишком заботишься об этих смертницах! Они все равно не вынесут той доли, что я им уготовил!

Но, тем не менее, достал из верхнего ящика комода две пеленки розового цвета и подал их Беляне, а потом принес вторую девочку. Первая уже как будто наелась и уснула, прикрыв глазки тонкими синеватыми веками, зато вторая оглушительно вопила, но моментально успокоилась, почувствовав в ротике сосок материнской груди. Молока было немного, скорее, молозиво, но тем не менее, и оно было способно напитать новорожденных малышек. После кормления Беляна ловко замотала обеих в пеленки и выжидательно и с мольбой уставилась на Корнула.

- Оставь мне девочек! - умоляюще простерла она к нему руки. - Прошу тебя! Ведь они ни в чем не виноваты!

- Ну уж нет! - тот пришел в себя и быстро выхватил у матери дочек, заставив всех троих заплакать. - Тарнум отнял у меня все, и я у него отниму все! Прощай!

Росчерк портала, миг - и колдун исчез, унося с собой оба розовых кулька.

- Нет! Нет! - заплакала Беляна, повалившись набок.

Слабые схватки настигли ее, родился послед, после чего она потеряла сознание.

Визуализация: Бирам

18

Тарнум быстро шел по длинному коридору базы Кураторов. Ему доложили, что Корнул был обнаружен в системе С1, куда выдвинулся на перехват самый сильный маг среди его учеников. Надо было связаться с ним, уточнить, как продвигаются поиски, есть ли зацепки и нужна ли помощь. Внутри точило какие-то смутное беспокойство, будто он что-то упустил, но что конкретно -