Великие Игры 2.0 - Владимир Николаевич Малый

наблюдаю за тем, как стремительно меняется пейзаж, а замок, уже такой близкий, становится размытым и бесформенным.

Тогда я отворачиваюсь, чтобы не видеть, как у меня на глазах рассыпается та цель, к которой я шел с такими нечеловеческими усилиями. Мне больно смотреть на руины того, к чему я стремился.

Внезапно весь мир останавливается, словно случилось что-то непредвиденное, и тропа начинает проявляться уже в том направлении, куда я смотрю. И вдалеке вырастает новый замок. Он другой, но откуда-то мне точно известно, что новый замок ничем не хуже. Наоборот, он даже лучше. Чуть больше, чуть новее. Я точно знаю, что зимой в нем будет немного теплее, а летом – прохладнее. Совсем немного, но все же…

А, самое главное, там все просто и путь к нему обязательно будет таким, как я захочу.

Но так ведь нельзя. Да, я заслужил хорошую концовку для сложного и тяжелого сна. Но так нельзя. Все труды были положены ради конкретной цели. В этом же основной смысл ее достижения. Зачем мне другая, пускай даже она лучше и доступнее?

И, нет, я не зациклен, я целеустремлен. И что с того, что придя к цели, я не могу ее рассмотреть или пощупать? Может, я просто пришел раньше времени.

Снова поворачиваюсь к старому странному замку. Кажется, какие-то из его чудных башенок стали видны чуть лучше. Действительно, на самой маленькой я даже могу различить узорную кладку. Нужно просто постоять. Остановиться и всмотреться. Все, закончился период, когда к цели нужно бежать. Теперь достаточно просто стоять, смотреть, ждать…

***

…- ждать-то можно? Ведь он так на третьи сутки пойдет, а у нас с ним в планах каждый день геройские поступки совершать! – сквозь остатки сна слышу я шутливый, но слегка возмущенный голос Флина.

И он уже здесь. Интересно, смогу ли я теперь открыть глаза?

Белый потолок. Почему потолки всегда белые?! Хотя, нет, в моей избушке с работающим порталом они просто из полотно подогнанных друг к другу досок.

Меня тормошат за плечи.

- Да очнись же ты! – почти кричит Флин, улыбаясь во весь рот.

Не успеваю никак отреагировать, потому что его быстро отстраняет Рина.

- Все хорошо, не волнуйся, - успокаивает меня она, - раз ты пришел в себя, значит, без проблем поправишься.

Попытка улыбнуться увенчалась успехом лишь отчасти. Команды я мышцам отдавал, но доходили они ослабленными и с запозданием.

- Как только ты хоть немного окрепнешь, я тебе вина по твоему же рецепту приготовлю: сладкого, - тут же влез Флин, - а сейчас нельзя, так что выкарабкивайся сам.

- Артефакт, - еле слышно, одними губами выговариваю я.

- Что? – одновременно переспрашивают Флин и Рина, но потом девушка вновь отодвигает мальчишку и одна остается в поле моего зрения.

- Про какой артефакт ты хочешь спросить? – уточняет она.

- Для здоровья, - делаю я еще одно сверхусилие.

- Они есть, но работают наоборот, - грустно улыбается Рина, - повреждения устраняют, но при этом забирают последние жизненные силы.

- Подожди-ка, - оживляется где-то рядом неугомонный Флин, - обучающий обруч на нем работал очень интенсивно, очень-очень! Точно так же, как на детях. Я почти уверен, что есть шанс, если его хорошенько напоить сладким сиропом и правильно подобрать артефакт.

- Хорошо, - согласилась Рина, - добудь сироп, а я займусь остальным. Есть у меня кое-что на примете.

Секунда, и в комнате остались только я и сладко посапывающий Хрюн. Интересно, кто это оказался таким удачливым, что умудрился его поймать до того, как ушлый библиотекарь смог скрыться в своем убежище? И какое устройство он испытывал на этот раз?

Первым в палату вернулся Флин. Ну, еще бы, у него же есть самокат!

Без особых церемоний, покряхтев, он приподнял меня за плечи и подложил под лопатки еще пару подушек. Теперь я мог видеть комнату, попивая при этом приторно сладкую тягучую жидкость из керамического кувшина с носиком.

Поил меня посыльный сноровисто, сначала подносил носик кувшина к губам, потом давал отпить прохладной вкусной воды, затем эти действия повторялись сначала.

Чтобы ни мне, ни ему не было скучно, Флин развлекал меня монологом, повествующим о том, что тут у них случилось, пока я валялся в отключке.

Они смогли-таки провернуть обе уже их идеи. Но результат в обоих случаях оказался не так хорош, как ребята рассчитывали. Хитрый Флин умудрился отстреляться первым, используя административный ресурс и хорошее отношение к нему Гарра.

Посыльный насобирал по всему городу самые маленькие камешки, которые только могли держать наложенную на них звуковую иллюзию и передал обе эти пригоршни мастеру магу. Пока тот колдовал над удобным для себя материалом, Флин умудрился переговорить с градоначальником и выпросить у того разрешение посмотреть и изучить те воздушные шары, с помощью которых шпионы пытались отправить послания.

Ушлый парень сразу же понял принцип работы устройства и осознал, что груз камней шару такого размера не потянуть никак. На изготовление большого шара у мальчишки денег не было, Гарр тоже отказался участвовать в затее еще и материально. Пришлось Флину идти на поклон к Стуну.

Здоровяк, которого я пытался спасти чуть ли не ценой собственной жизни, чувствовал себя не в пример лучше, чем его спаситель. Выслушав мальчишку, он согласился помочь, но предложил действовать головой, а не руками. Флин сильно удивился, но виду не показал из уважения к мастеру.

Наблюдение за ветром в мире, где все уважают стрельбу из лука и прочих устройств, находится на серьезном уровне. В грубом приближении все используют флаги на шпилях зданий. Для более точной картины специально обученными людьми применяются воздушные змеи на веревках различной длины. Сейчас, несмотря на Великие Игры, они вынашивали идею использовать в своих целях и эти самые воздушные шары.

В общем Флин и Стун пришли к данным товарищам с проблемой доставки груза камней на большое расстояние. Те, недолго думая, предложили использовать старые исписанные воздушные змеи, которые можно было бы слегка доработать, чтобы они запускались без веревок и планировали бы по ветру в нужном направлении. Эти же увлеченные люди предложили и механизм своевременного сброса груза посредствам самовозгорающейся смеси, воспламеняющейся спустя определенное время после начала контакта с воздухом. Они как раз планировали использовать ее в шарах, когда будет налажено их производство.

В общем, Флин умудрился претворить в жизнь свою идею чужими руками.

В следующую ночь