Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения

Я не отличил бы его от пучка травы — не блесни он серебром, поймав луч из окошка. Наклонившись, я протянул руку, подбирая с пола лохматый клок серебристых нитей, перевязанный посредине кусочком тесьмы. Магии в нём не было — Кольца не реагировали. Солнечный свет огоньком вспыхнул на его поверхности и тут же погас, разбежавшись по нитям серебряными змейками…

Странный пучок показался мне смутно знакомым…  Где-то я уже видел такой, только вот не мог вспомнить где.

В это время из горницы донеслись приглушённые голоса…  Я сунул находку в карман и полез вниз.

Короткую фразу, брошенную эльфой, мне расслышать не удалось. А вот ответ Брата Дейариса достиг моих ушей почти полностью.

— … И кто же будет тебя слушать? Меч Тьмы? — голос псоглавца неуловимо преобразился, заставив меня замереть на ступеньке.

Куда и делась простота интонаций, нерешительные паузы между словами, заминки…  Язвительно-насмешливый, незнакомый мне тон звучал почти ласково и вместе с тем очень опасно:

— Ты ведь умная…  ведьма, Шаэриэнн. Постарайся не усугублять свою участь. Может, тебе и посчастливится быстро умереть — так, как ты хочешь…  Ты ведь не жаждешь обратно в каземат…  а, Отвращённая?

Ветхая лестница всё же предательски скрипнула под моей ногой, и разговор тут же прервался.

— Ну, как успехи, Брат? — когда я вошёл в комнату, Дейарис невозмутимо поднял голову от стоящего у стены сундука. Его содержимое, казалось, целиком поглотило всё внимание Младшего Жреца. — Нашёл что-нибудь важное?

— Да так…  Кое-что.

Я бросил косой взгляд на эльфу. Остроухая комочком сжалась на лавке, уткнув лицо в колени.

А Светлый времени не терял…  Если не сломлена…  то нокаутирована. И весьма крепко.

— Ты ещё не видел поляны, — напомнил мне Жрец. — Я готов провести…

— Нет. — Я покачал головой. — Думаю, вначале вернёмся в деревню. Есть кое-какие мысли, хотелось бы их проверить…

— Ладно. Заодно пообедаем! — проявил радушие Брат Дейарис.

Я неопределённо кивнул, хотя голова моя была занята иным.

… Мы шагали назад по неширокой тропинке, сплошь усеянной сугробами, словно сыр — дырками, стараясь выбирать те из них, что помельче. Я внимательно следил за бредущей впереди эльфой, краем уха слушая псоглавца, который заливался соловьём, явно задавшись целью скрасить гостю дорогу. Причём говорил он вроде бы по делу, но в то же время совершенно пустое — о том, как непрост быт Церкви в глухом посёлке, сетовал, что проглядели Отвращённую у себя под боком, жаловался на постоянный риск и сложности с вызовом подмоги…

— Брат Дейарис, — прервал я велеречия Светлого. — А для чего Брат Витин оделся в парадное?

— Что… ? — Младший Жрец непонимающе уставился на меня.

— Там, на площади у бани…  — напомнил я. — На нём были парадные одежды. Но ведь они надеваются лишь в особых случаях…  На торжественное служение, или большой праздник. Разве сегодня такой день?

— А-а, ты об этом…  — протянул псоглавец. — Нет, Брат Альтар. День сегодня самый обычный, никаких праздников нет. Всё гораздо проще…  Утром, когда мы ходили в эту избёнку, Брат Витин…  очень усердно искал доказательства ведьминой вины. В том числе за печью, в дымоходе…  и даже в отхожем месте. — Дейарис, не сдержавшись, фыркнул, однако постарался сохранить серьёзное выражение лица. — … При этом он сильно испачкал одежды в пыли и саже. Посуди сам, разве он мог отправиться к людям в таком непотребном виде? Ему пришлось спешно переодеться, а под рукой из священных одеяний оставался только парадный комплект. Не совсем по канону, зато прилично. Понимаешь?

— Да. Понимаю…  — Что ж, сыграем по твоим правилам, Светлый Брат…  — Как он, кстати? После всего, что произошло…

— Неважно, ох, неважно…  — с готовностью зацокал языком Младший Жрец. — Переволновался очень. Я дал ему макового отвара и уложил отсыпаться прямо в Церкви на лавке…  Не нужно ему было и дальше видеть эту паршивку, сам понимаешь…

Я изображал сочувствующее внимание, кивая головой в нужных местах. Нынешнее состояние Брата Витина занимало меня сейчас меньше всего.

Теперь я точно знал — был в этом уверен: Светлые Братья нарочно, целенаправленно подстрекали людей убить эльфийку. И спешили сделать это как можно скорее.

Я незаметно сжал в ладони маленький пучок серебристых нитей, перевязанный тесьмой.

… Кисточка от парадного жреческого кушака. Сам кушак с оторванным краем валялся на лежанке Брата Витина, брошенный в спешке — там же, где и не понадобившееся ему в этот раз белое одеяние. Старший Жрец приходил в избушку колдуньи в парадных одеждах! Именно потому, что этот случай и был особый…

Жрецы захватили с собой селян…  Представление определённо было рассчитано на них. И наверняка переливающееся одеяние Несущего Свет играло в нём свою весомую роль. Поиск и выявление многочисленных «колдовских предметов» — для неискушённых умов вполне хватило бы грамотно поданного содержимого ведовского сундука, гневное разоблачение делишек «богомерзкой Отвращённой»…  Чем не торжественная проповедь?! Не сомневаюсь, что заставить присутствующих детей Света воспылать «праведным» гневом пастырю удалось без особого труда…

А кисточку он, вероятно, оборвал, зацепившись о щербатую лестницу — вряд ли грузный и пожилой Старший Жрец был достаточно ловким верхолазом. И, вернувшись в Церковь, перед тем, как спешить на площадь продолжать «напутствовать» собирающуюся толпу, поторопился заменить кушак на простой белый — тот, что обычно носит каждый день.

Маленькая, несущественная деталь. Но как много она объясняет…

Пока я не понимал только одного — какую игру ведут Светлые Братья? Почему они так торопились убить колдунью? Отвращённая, конечно, тоже далеко не проста — чего стоит один только её побег с рудников…  Но чем дальше я вникал в то, что здесь творится, тем больше убеждался, что роль колдуньи в происходящем совсем не главная. Хотя Жрецы, и прежде всего — псоглавец, из шкуры выпрыгивали, пытаясь уверить меня в этом.

Нашли «крайнюю», на которую проще списать всю магическую круговерть? Успокоить народ, да и себя заодно, потому что не знают, что на самом деле происходит?

Или же, наоборот…  потому, что знают??

Всю дорогу я внимательно смотрел по сторонам, готовый отразить возможную опасность, но нам не встретилось ни души. Деревенская Церковь смотрелась островком тишины и спокойствия. Белоснежная крыша то там, то сям вспыхивала яркими звёздочками, а солнце на шпиле искрилось и сверкало, как самое настоящее…  Младший Жрец уверенно направился к крыльцу.

— Ну что, Брат Альтар? Разносолов не обещаю, но кулеш и тушёные бобы имеются…  Так я собираю на стол?

Я покачал головой.

— Нет, Брат. Позже…

— Позже? — переспросил Младший Жрец.

Я заметил, как недовольно дёрнулась его бровь.

— Пойди лучше проверь, как себя чувствует Брат Витин. Тем более, его нельзя надолго оставлять одного в таком состоянии…  А мы, — я скосил взгляд на ведьму, — прогуляемся ещё чуток…

— Но…  ты ничего здесь не знаешь, — узкие чёрные глаза псоглавца недобро сверкнули. — Я провожу тебя куда угодно, только скажи, куда…

— Не нужно. Я недалеко. И ненадолго…  Идём! — велел я остроухой.

Подхватил её под локоть, заставляя идти быстрее. Брат Дейарис остался стоять на крыльце. Я чувствовал, как его взгляд буравит мою спину, но следом за мной он пойти всё же не решился.

Таща эльфу за собой, я уверенно направился в деревню. Но, повернув за угол ближайшего дома, скрывшего нас от Младшего Жреца, резко остановился.

— Куда мы идём? — внезапно подала голос колдунья.

Я повернулся к ней:

— Ты — никуда.

Её глаза на мгновенье расширились, но я уже коснулся пальцами её шеи у правого уха, безошибочно отыскав нужные точки…  Что и говорить, после всего случившегося тащить остроухую в деревню было бы крайне неразумно, а у меня там оставались дела…