Fallout Equestria: Синяя молния - Даниил Смит

такой идиот, чтобы сразу после этого связываться с командиром отряда наёмников. Пусть даже и раненой.

— Из Стойла? Серьёзно? — Брови Космик взлетели на лоб. — Я думала, все эти убежища давно заброшены…

— Видимо, всё же нет, — ядовито сказал торговец, вновь впрягаясь в свою повозку. — Выживай дальше тут сама. Я уж как-нибудь сам попробую добраться до Тенпони. Спасибо, блин, большое за то, что обеспечили безопасность.

— Подожди, — окликнула его кобыла и тут же сморщилась: плечо напомнило о себе каскадом весьма неприятных ощущений. — Что было в том тубусе?

— Не знаю, — огрызнулся Монтеррей. — Мне просто поручили его доставить. Всё, на этом я откланиваюсь и сваливаю подальше отсюда. Ты теперь неплохая мишень, знаешь ли. И очень выгодная, если взять всё то, что там осталось, — он указал копытом в сторону трупов. — Любой, кто рядом, попадёт под удар. Так что прощай.

— Есть ещё кое-что. Ты случайно не знаешь, есть ли в Новой Эпплузе торговцы, скупающие всякие… редкие артефакты?

— Хм. — Он уже собрался было уходить, но остановился и обернулся. — А зачем тебе?

— Думаю, это как-то может быть связано с… ну, со всем произошедшим…

— В принципе есть один, — стал припоминать Монтеррей. — Я не знаю его имени, просто видел пару раз. Сидит всегда в тёмном плаще где-нибудь у стены в «Шлагбауме», но чуть что, сразу уходит, и тогда его не найти. Мутный он тип, я бы не рисковал с ним связываться. Но говорят, что за некоторые предметы, особенно довоенные, он платит вполне приличную цену. Я не знаю, правда, кому он потом всё это перепродаёт. Никто не знает…

— Спасибо, — ответила Космик и устало раскинулась на земле и подложенных под спину сумках.

Этот короткий разговор совершенно её вымотал.

Торговец отвернулся и, не прощаясь, зашагал прочь, таща за собой поскрипывающую повозку с сыром.

Кобыла подождала, пока он отойдёт на достаточное расстояние, и обратилась к Сонику:

— Всё, можешь вылезать. И… у тебя не осталось ещё лечебных зелий? Что-то мне как-то…

— Последнее. — В копыто здоровой ноги ткнулась бутылочка. — Остальные разбились… у всех.

— Да понятно уже. — Кое-как обхватив зелье ногой, Космик выпила его, но почти не почувствовала вкуса. — Этот ублюдок, гнить ему в Кантерлоте, всё рассчитал, чтобы ни у кого из нас не было ни малейшего шанса… В одном только он просчитался, — усмехнулась она, повернув голову и посмотрев на Соника. — Что придёшь ты. Хотя… — она погрустнела и покачала головой. — От этого всё равно не легче.

— Ты же не собираешься лежать здесь, пока не выздоровеешь? — спросил ёж. — Может, как тебе станет лучше, дойдём до вашей этой базы?

— Смеёшься? — фыркнула Космик. — Там столько плазменных мин вокруг понатыкано, что я туда ни за что не сунусь. Даже если, как ты говоришь, там теперь и есть коридор. Просто… — Она вздохнула. — То место сейчас мне будет напоминать о ребятах. А это вдвойне больно.

— Извини, — опустил взгляд Соник. — Тогда, может, у тебя есть другое место на примете?

Космик задумалась. Лечащее зелье немного прочистило голову, которую вновь начало было заволакивать туманом боли, поэтому придумать хоть какой-нибудь вариант не составило особого труда.

— А знаешь, есть, — сказала она. — В паре часов ходьбы отсюда есть городок Понивилль. Сейчас это дыра, полная рейдеров, но, как мне рассказывали, что именно там…

— … встала на путь изучения дружбомагии Твайлайт Спаркл, — договорил за неё Соник.

— Ты… откуда…

Кобылой вновь овладела злость — та же, что и после откровений ежа в баре у Мёрки. Душу снова кольнуло острым ножом осознание, что от неё опять что-то скрывают.

— Я тебе обязательно обо всём расскажу, о’кей? Но когда мы доберёмся до безопасного места. Думаю, время тебе узнать почти подошло.

«А ну говори, быстро!» — хотела потребовать Космик… однако на возражения не осталось сил. Вместо этого она зевнула и продолжила:

— Там неподалёку стоит заброшенная ферма. Можно туда. Правда, там хоть шаром покати — один мусор… но отдохнуть на пару дней вполне подойдёт.

— Отлично, — кивнул Соник. — Тогда отлежись чуть-чуть — и отправимся.

…Когда стало светлеть, случайный путник мог бы увидеть странную картину: синий ёж и синяя же земнопони вместе брели куда-то вдаль по Пустоши. Левая передняя нога кобылы была закинута на плечо Сонику, а сама она ковыляла на трёх копытах.

Наставал рассвет… если, конечно, это так можно было назвать. Очередной серый, жестокий день под затянутым облаками небом.

Слеза скатилась по щеке и упала, сразу впитавшись в заражённую землю.

Когда они с Соником добрались до этого места, Космик просто упала и пролежала в забытьи целый день: организм нуждался в восстановлении после потери крови. Лечебные зелья сделали своё дело, но в таком маленьком количестве не могли сделать кого-либо здоровым сразу и полностью.

И уж тем более не были способны излечить душу. Многократно простреленную из револьвера калибра 44.

Придя в себя, Космик осталась один на один с терзавшими её мыслями. Осознание того, что она могла бы сделать всё иначе — к примеру, не брать с собой Метал Доуна, вынеся на свет эпизод с его агрессивными ухаживаниями, или внимательнее следить за ним, а не трепаться с Монтерреем, — ранило её сильнее той пули, что прошла сквозь её плечо, возможно оцарапав кость.

Теперь она не могла вернуться. Такого позора она просто не вынесет.

Она не заслуживала жить, в то время как её друзья погибли по её же глупости. По её мнению, это было справедливо.

«Прощай, Пустошь, — подумала Космик, беззвучно плача с дулом карабина во рту. — Я не смогла изменить тебя к лучшему. Надеюсь, Соник справится с этим более успешно».

Копыта надавили на палочку, нажимавшую на спуск…

— Что это ты задумала? — раздался над ухом чей-то строгий голос.

— А-А-А!

Космик вскрикнула от неожиданности и выпустила изо рта ствол «Аргумента». Палочка с треском сломалась; оружие выпустило короткую очередь, которая прожужжала рядом с головой земнопони и срикошетила вверх от ската крыши.

Тяжело дыша, кобыла остановила заметавшийся взгляд на том, что, вероятно, её и отвлекло.

На высоте её роста парил спрайт-бот — летающий шарик с крылышками и динамиком. Обычно из ботов играла довоенная музыка — не