Конец «Инкубатора» - Михаил Голубев

и сами-то не сразу стали жрать этих лысиков-то. Но мясо-то у них оказалось вкусно! Вкусно, да и неимоверно! А лысиков-то из числа немеряных развелось-то! По лесу-то!

– Но как же можно людей есть? – не унимался Соловьев, встревая в разговор.

– Кто ж сказал, что это люди-то? – удивился в свою очередь курчавик. – Это ж голимые лысики! Они и на людей-то не похожи! Они на нас нападают все время! Люди разве будут нападать все время? Разве может честный курчавик все время нападать – видано ли дело? Вот я и говорю – маньячины. Ну да мы их ловим, того, да и жрем. Дык вкусны. Да еще и как!

– М-м, – сказал Пономарев, пережевывая откушенный палец. – Еще чесночка бы!

– О-о-о! Чесночек-то бы и не помешал! Из чесночков! – обрадовался Йох-Чох. – Да вот не растет он у нас почему-то… На-ка, отведай ушко. Вкусно немеряно!..

Золотые Пещеры,

2 часа ночи

Соловьев проснулся от странных звуков, доносящихся с улицы. Он открыл глаза и прислушался. До его сознания дошло, что перед входом в Пещеры, на Площади Собраний происходит какое-то кровопролитие. Джим подбежал к окну и высунул наружу голову, чтобы посмотреть, что там происходит.

Несмотря на то, что была ночь, яркий свет трех больших лун, вращающихся вокруг Шызоппы, создавал вполне приличную, хоть и близкую к черно-белой, картину побоища.

По Площади Собраний метались обнаженные фигуры курчавиков и каких-то других, более крупных существ. Слышалась ругань, лязг металла о металл, стоны и скрип суставов. Соловьев чиркнул атомной зажигалкой и осветил лицо спящего Пономарева.

– Вставай! Вставай! – заорал он, отчего Пономарев поморщился и повернулся на другой бок, закрыв голову каменной подушкой.

Тогда Соловьев напрягся и уронил друга с кровати, перевернув последнюю кверху ножками.

– Ай-яй-яй! – воскликнул Пономарев, поднимаясь с пола и потирая ушибленный нос. – Что, уже утро?

Джим встряхнул его и поставил на ноги.

– Пора, – строго сказал он. – Киборги на воле и учиняют бесчинства!

– К-как это т-так? – не понял Пономарев, приоткрыв один глаз. – К-как это можно учи… нять бесссчинства? А?

Соловьев пнул его коленом в живот и стукнул головой об стенку. Тогда Пономарев слегка приоткрыл второй глаз и опять спросил:

– Неужели утро? Я-то думал – часа два… А, кстати, где мои часы?

– Ты же сам их подарил этому толстому, как его… полководцу.

– Ах да, Йох-Чох…

В этот момент дверь распахнулась и в пещеру ворвался вышеупомянутый курчавик с большим шестиствольным камнеметом в мускулистых руках.

– Что случилось? – спросил его Соловьев.

– Дык круто, – только и ответил Йох-Чох, высовывая оружие в окошко и тщательно прицеливаясь.

– По-моему, нам пора отправиться на поиски грузовоза, – тихо сказал Пономарев Соловьеву.

– Да, я тоже так думаю, – успел ответить Джим и в этот момент заработал камнемет полководца, заглушив все остальные звуки.

Земляне выскочили из своей пещеры и побежали по коридорам, стремясь к выходу. Изредка им встречались курчавики, вооруженные до зубов, и это наводило друзей на мысль, что снаружи небезопасно. Заглянув в одну из пещер, они обнаружили там несколько инструментов, висящих на расписном ковре в качестве украшения. Судя по всему, здесь была квартира одного из знатных курчавиков. Взяв по тяжелому гаечному ключу, агенты Земли побежали дальше и вскоре достигли выхода. не успев сделать и нескольких шагов от центральных ворот, друзья были вовлечены в битву, которая кипела уже у самого подножья Пещер.

– Черт! Это же киборги! – крикнул Соловьев Пономареву, уклоняясь от длинных механических рук и одновременно пуская в ход гаечный ключ.

Пономарев, двигаясь ловко, словно белка, увернулся от трех или четырех лысиков, свалил с ног еще двух, оставив их на растерзание курчавикам, и бегом устремился к лесу.

– Ты куда?! – крикнул ему вслед Соловьев, отмахиваясь от назойливых киборгов.

– Я найду грузовоз и разберусь с компьютером! А ты оставайся здесь и помогай курчавикам! – на бегу прокричал Пономарев и скрылся в лесу.

Вот так. Не в первый раз он командовал в чрезвычайной обстановке, не смотря на то, что командиром группы был назначен не он, а Соловьев. Но сам Джим, понимая, что он хорош далеко не всегда, полностью полагался на своего более сообразительного друга. Пусть он покомандует, а Соловьев тем временем займется любимой работой – войной.

– Надо отманить их от главного входа! – крикнул он громко, привлекая к себе внимание курчавиков.

– Интересно, а как? – поинтересовался Волосенька Зубатко, вдруг оказавшийся рядом.

Он был вооружен тяжелым огнетушителем и сильно лупил им по голым ногам рядомстоящих лысиков. Соловьев раскроил жестяной череп одному из киборгов и его сильно дернуло током.

– Черт! – сказал он обиженно и пнул лысика тяжелым астронавтским ботинком.

Лысик отшатнулся, но не отступил и через миг напал снова. Но Соловьев легко отскочил в сторону и, когда здоровенная туша лысика пролетела мимо, развернулся и стукнул его гаечным ключом по затылку.

Лысик замер, парализованный, и, пролетев по воздуху метра два, шлепнулся наземь, после чего больше не двигался.

– Все ясно, – заключил Соловьев. – Затылок у них слабое место.

И в этот момент тяжелая рука киборга, подло подкравшегося сзади, стукнула по его собственному затылку…

…После того, как разноцветные геометрические фигуры перестали занимать все пространство поля зрения Соловьева, к ним на смену пришло лицо Волосеньки Зубатко. Оно выплыло из тумана, подобно призраку, и спросило:

– Очухался, что ли?

Соловьев повертел головой и с ужасом обнаружил, что лежит на толстом суку дерева ельк, в кроне которого приютилось еще несколько курчавиков.

Внизу блестели головы киборгов. Они сгрудились и, судя по всему, обсуждали, как снять несчастных курчавиков и землянина с елька.

– А где все остальные? – поинтересовался Соловьев.

– Заперлись в Золотых Пещерах, – сказал Зубатко. – А мы, как ты и посоветовал, отманили лысиков сюда и… вот. Сидим.

– Зря, – вздохнул Соловьев, потирая шишку на затылке. – Надо было сначала засаду устроить.

– Засаду?.. – озадачился Волосенька.

В это время перед ними вырос огромный силуэт киборга.

– Как ты сюда забрался, приятель? – спросил Соловьев и посмотрел вниз. Оказывается, несколько лысиков встали друг на друга, изобразив подобие пирамиды. И вот теперь самый верхний из них размахивал руками, желая схватить Соловьева или вождя курчавиков.

– На вот тебе! – в сердцах воскликнул Зубатко и стукнул лысика огнетушителем по голове.

Раздался приглушенный звон, но лысик продолжал, как ни в чем не бывало, тянуться руками к своим жертвам. Еще несколько сантиметров и он схватит Соловьева за нос!

– Ну-ка, дай-ка!

Джим выхватил у Волосеньки огнетушитель и на глазах изумленных курчавиков стукнул им не по лысику, как предполагалось, а по своему колену, предварительно, зачем-то, перевернув кверху дном.

Сильная струя пены вырвалась