Оборотни и вампиры - Ролан Вильнёв

Qui tot ensevelit bien souvent assassine Et tel est cru defunt qui n'en que la mine.

Кто рано хоронит, часто убивает, И умершим считают того, кто им только кажется. (Перевод подстрочный. — Прим. пер.)

Это могло бы объяснить пресловутое «жевание» мертвых в могилах, исследованное в трудах Рериуса (1679) и Ранфта (1728). Эти мертвые, которых глупо было бы заподозрить в том, будто бы они развлекаются тем, что жуют все находящееся рядом с ними, были на самом деле людьми, похороненными в состоянии каталепсии, летаргии или даже сильного опьянения. Надо думать, такие случаи встречались достаточно часто, потому что в Германии существовал обычай подкладывать ком земли под подбородок умершего и крепко обвязывать ему горло платком.

Разве предполагаемый покойник, умерший от чумы, холеры или другой болезни и благодаря какой-нибудь - поистине чудесной - случайности очнувшийся от своей летаргии, извлеченный из могилы и вверенный заботам родных, не мог бы вполне сойти за вампира? Разумеется, кроме тех случаев, когда его возвращение в этот мир совершилось бы в присутствии многих свидетелей или речь шла бы о воскрешении, о чуде из тех, какие совершали Иеремия, Моисей, Самуил и Елисей, Христос, Аполлоний Тианский или христианские святые (Петр, Павел, Макарий, Спири-дон, Станислас... )

Напротив, чудесная сохранность крови святого Януария и некоторых других останков, пристальным изучением которой занимался Юбер Ларше, — мы говорим о Розелин де Вильнёв, Терезе д'Авила, Франциске-Ксаверии и монахе-мароните Шарбеле, — могла бы убедить в подлинности вампиризма. Примеры, которые Ларше приводит в «Может ли кровь победить смерть?» («Le Sang peut-il vaincre la mort?», Париж, Gallimard, 1957), относятся к «чудесным трупам» святых или блаженных. Но обезвоживание, отсутствие воздуха и охлаждение, послужившие причиной такой сохранности, вполне могли проявиться множеством других способов. Автор упоминает и случаи естественного бальзамирования, наблюдавшиеся в Палермо, Бордо, Тулузе и на Большом Сен-Бернарском перевале. Можно вспомнить и еще один недавний случай: в окрестностях Анконы было эксгумировано тело женщины, умершей в 1920 году в возрасте семидесяти лет, и при эксгумации из ее левого колена потекла кровь (газеты от 17 апреля 1952). Не говоря определенно о вампиризме, г-н Ларше приходит, однако, к вопросу, «а не существуют ли, помимо сохранности тела — феномена, в конечном счете, пассивного, несмотря на его физиологию, — в субстанции мертвого некие элементы, предвещающие метаморфозу, активные проявления материи и энергии, согласующиеся с гипотезой Гельмгольца и не поддающиеся «термодинамическому выравниванию»?». Так Наука, которая хранит банки крови и тканей, сходится с константами теологии, демонизма и фантастической литературы. Церковь, которая в конце XVIII века позволила Лазарю Спалланцани произвести интересные изыскания насчет мнимой смерти, приостановки жизненной активности и своеобразной зимней спячки, сегодня допускает пересадку роговицы. В мае 1956 года Пий XII заявил, что с нравственной и религиозной точки зрения «ничего нельзя возразить против отсадки роговицы трупа... По отношению к усопшему, у которого берут роговицу, ничего плохого не делают - его не лишают имущества, на которое он имеет право, и не ущемляют в правах на это имущество. Труп не является в собственном смысле слова субъектом права, поскольку не является личностью, которая только и может быть субъектом права». За этим последовали пересадки сердца и других органов... Тем не менее многие еврейские секты -наиболее «интегристские» — продолжают возражать против проведения вскрытий.

. Если мы в конце концов допустим, что вампиризм может существовать, то столкнемся с теми же трудностями, с какими встретился Дом Каль-мет, пытаясь объяснить, каким образом бруколаки могут выбраться из могилы: «Как тело, покрытое четырьмя или пятью футами земли, не имеющее никакой возможности шевелиться, запеленутое в саван, придавленное крышкой гроба, может выбраться наверх, вернуться на землю и проделывать там все, о чем рассказывают; и как оно после этого возвращается под землю, где его находят здоровым, целым, полным крови и в позе живого человека? Не скажут ли на это, что эти тела проходят сквозь землю, не раскапывая ее, подобно воде и испарениям, которые опускаются под землю и поднимаются на ее поверхность, не производя ощутимых передвижений ее частиц? Хорошо бы, чтобы рассказы о возвращении вампиров были более на этот счет вразумительными».

Для того чтобы осуществить эту двойную операцию - уход из могилы и возвращение под землю - вампиру, в самом деле, следовало бы подвергнуться изменению структуры, он должен был бы преобразиться, уменьшиться так, чтобы суметь, как делают колдуны, проходить через дымоходы и замочные скважины. Какими бы неправдоподобными ни казались эти факты, заранее отвечает Станислас Гуайта, «все же следует их признать под страхом обесценить все критерии исторической достоверности. Будет ли предел скептицизму ученых, если они отвергают самые прямые свидетельства и ни во что не ставят подлинные протоколы, составленные на месте юридическими или общественными властями?» («Храм Сатаны»). Монтегю Саммерс вслед за Гуайтой вступает в эту полемику; он находит, что Дом Кальмет был чрезмерно категоричен, утверждая, будто вампиры не могут выходить из своих могил. Он, если позволите, опровергает его аргументы, настаивая на том, что вампиры могут пробираться через растрескавшуюся землю некоторых кладбищ; он упоминает об эктоплазме, приводит пример Эвсапии Палладино (sic) и тот сракт, что вампир принимает вид тумана, чтобы проходить в окна... Точь-в-точь как Алиса проходила сквозь зеркало.,.

Дело в том, что, благодаря кинематографу и спиритизму, омоложенный вампиризм повернулся новой стороной. Еще в 1891 году Ж.К.Гюисманс замечал в своем романе «Бездна» («La-Bas»), что в наше время «беспроигрышные роли инкубов и суккубов чаще исполняют мертвые, которых призывают, чем демоны. Иными словами, в прежние времена в случае суккубата для подвергавшегося ему живого существа это было одержимостью. Из-за призывания мертвых, присоединившего к демоническому аспекту жестокий плотский аспект вампиризма, одержимости в полном смысле слова больше не существует, но теперь дело обстоит куда хуже. В результате Святая церковь растерялась; следовало либо хранить молчание, либо признать, что призывание мертвых, запрещенное еще Моисеем, было возможно, а такое признание таило в себе опасность, поскольку распространяло знание о действиях, ставших более доступными, чем прежде, с тех пор как спиритизм, сам того не подозревая, указал путь!»

Кроме того, многие по-прежнему склонны верить в подлинность феномена вампиризма. Но идея насилия, совершенного вампиром над живым человеком своего или же противоположного пола, не существовавшая у древних авторов, благодаря литературе и кинематографу становится мифом, способным укорениться. Прежде знали лишь укус сказочного чудовища и, наоборот, тот, что могли нанести умершему влюбленные в него живые. Этот новый ужас астрального эротизма породил невероятные похоронные обряды современной Америки, где каждый старается защитить умерших. Погребальные проклятия Мари и формулы проклятий фараонов Египта вышли из обихода, зато существуют школы бальзамировщиков и роскошь смерти, достигшая невероятной степени безвкусицы. Тот, кто не может позволить себе литой медный гроб «классической красоты и достойный самого прекрасного мавзолея», может приобрести цементную оболочку, которая защищает тела от червей... и вампиров; оболочку, до странности напоминающую глиняные саркофаги неошумерской эпохи. Эти дорогостоящие загробные прихоти в чести и в Стране Советов, и у католических народов, где процветают братства Доброй Смерти и мошенническая торговля одеяниями святого Франциска. Кое-где вроде бы развитые люди держат.дома прах дорогих покойников, пристроив его где-нибудь между банками с горчицей и корнишонами; другие регулярно ездят на Сицилию или в Апу-лию, чтобы смахнуть пыль с родительских черепов. Наконец, некоторые тратят огромные деньги на грандиозные похороны, а кое-кто, как, например, Карузо, требует, чтобы его труп каждые пять лет переодевали в новый костюм. Невероятное исчезновение в июне 1962 года гроба Анри Бида-ра, сделанного по мерке из резного дуба, в котором он любил полежать при жизни, дает представление о фантазиях некоторых «тронутых умом»,

«Гроб Бидара, деревянный и сделанный, как теперь не делают, был украден 5 июня в Сен-Жермен-де-Пре и найден вблизи Центрального рынка. Его привезли туда на тачке в три часа утра подвыпившие десантники... В течение девяти дней эта погребальная принадлежность, достойная музейных залов, веселила ночных тружеников...» («Liberation» от 15 июня 1962).

всех тех, к кому приложимы слова песни:

О que renaisse le temps des morts bouffis d'orgueil L'epoque des m'as-tu-vu dans топ joli cerqueil Gu quitte a tout depenser jusq'au dernier ecu Les gens avaient a coeur d'mourir plus haut qu'leur cul.