Опасное замужество (СИ) - Верде Алва

Тут Джулия задохнулась и прервалась, чтобы отдышаться. Только хмыкнул.

— Не вижу проблемы, — спокойно заметил я, на что она возмущённо закашлялась, поперхнувшись воздухом. — На наряды, украшения и игры с куколками-аристократками вам вполне хватит и того, что есть. Чрезмерные растраты — это моветон, не считаете?

— Нахальный мальчишка! — пошла очередная порция истеричных воплей, что лицо Джулии стало пунцовым от натуги. — Я сама разберусь сколько и на что мне хватит! Ты не можешь вмешиваться в мои дела! Подлец! Я сказала: верни на место!

— И не подумаю, — сказал, как отрезал.

После чего королева сорвалась на такой пронзительный визг, что казалось, будто стёкла полопаются. Вместе с моей головой. Женщина кинулась на меня с кулаками, благо роста в ней было немного, и ей оставалось только ругаться, оглушительно вереща, и колотить меня по груди. Я же щурился от болезненных звуков и звона в ушах, совершенно не сопротивляясь, снося тычки и держа руку на эфесе на случай, если эта сумасшедшая решит схватиться за меч.

Пытка, казавшаяся нескончаемой, длилась не так уж долго. Стража королевы и её фрейлины всей толпой ввалились в опочивальню короля и принялись оттаскивать от меня свою госпожу. Нескольким дамам не посчастливилось попасть ей под руку и лишиться довольно объёмных прядей волос.

На фоне этого балагана я посмотрел на короля, который так и не открыл глаз. Лежал также, как и раньше, и даже не поморщился от визга своей благоверной.

«Скорее мертвец...»

Я знал это раньше, но удостоверился окончательно — ребёнок не мог быть от него.

Когда королеву оттащили достаточно далеко, я вышел из спальни больного и отправился обратно в кабинет. В голове всё ещё звенело, а любой высокий звук отдавался болезненным спазмом. Разделся так же, как Алисия: сорвал и раскидал одежду, куда долетело. Зашёл в спальню и залез под одеяло. Маленькое тёплое тело супруги закопошилось рядом.

— Ты уже пришёл? — тихо и сонно выдохнула она, нашаривая мою руку в темноте, перебирая пальцами по запястью.

В груди дрогнуло, и я рвано выдохнул, почему-то чувствуя себя очень несчастным.

— Хм? Тео? Что случилось? — девушка зашевелилась сильней, очевидно, пытаясь рассмотреть меня в темноте.

«Не могу.»

Одним движением выудил из зазора между постельным бельём и каркасом кровати маску -намордник, надел её, сгрёб ахнувшую Алисию в охапку и прижался к её груди.

— Т-тео? — она обеспокоенно касалась моих обнажённых плеч и головы, но нащупав маску, замерла.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросил я, прислушиваясь к трепещущему, словно пташка в клетке, сердцу жены.

Без разницы что, просто её низкий тихий голос, что ласкает мой слух. Просто её миниатюрное хрупкое тело, что успокаивает моё собственное.

— Что именно? — тонкие пальчики шуршали по моим коротким волосам.

— Что угодно.

«Просто побудь рядом».

Кто в доме хозяин

АЛИСИЯ

Что добавили в чай эти блаженные? Голова гудела так, будто на неё надели чугунный котелок, а теперь по нему усиленно колотили молотком. Виски трещали от боли. Я только задремала, как вернулся Тео. Он напугал меня до икоты, всем и сразу: маской, поведением и чрезмерной эмоциональностью. Тесные объятия меня смутили, просьба рассказать и вовсе озадачила.

Что угодно?

— Что угодно... — Тео вторил мне, прижимаясь с такой силой, что рёбра трещали.

— Ну. Тебе, наверное, про меня многое рассказали? Про Длань и вообще. Разве нет? Савьер знает свою работу.

— Многое. Но сухие доклады Савьера меня не развлекли.

— Не думаю, что история в моём изложении тебя позабавит. Пожалуй, начну с детства. Мама у меня была хорошая. Я до сих пор отлично помню её лицо, её запах. В последний год она работала прачкой. А её хозяева очень любили мяту. Вот у меня до сих пор этот запах в голове и стоит. Мята. Люблю я мяту! — тяжело вздохнула. — Мама старалась научить меня правильным вещам, дать основы нужного воспитания для ной леди. Не умри она, я бы точно мечтала об этом дворце или чем -то подобном. Все девочки мечтают о принце. О таком, как ты!

— Я точно не предел мечтаний. — Тео тихо хмыкнул.

— Ты лучше, чем думаешь. Гораздо лучше. И твоё проклятье почти ничего не меняет, я бы сказала, что добавляет пикантности. Ну, такой перчинки. Её в моей жизни было много, даже слишком. Все, кто приходит в Длань, ищут только одного — защиты. Когда мы с Родериком там оказались, то всё немного поменялось: разная защита нам требовалась. Я искала замену семье, а Родерик. Ох, Родерик!

Странно, что я решила говорить с Тео именно о таких плохих вещах. Если честно, я вообще об этом ни с кем не говорила. Но не потому что больно и неприятно, а потому что не с кем! Впервые у меня был собеседник! Впервые за многие годы. Удивительно, что им стал проклятый принц. Но Тео, пожалуй, мог понять меня лучше всего. Словно сложились кусочки головоломки. Удивительно, что наследнику королевской крови странным образом подошла обыкновенная воровка. Или необыкновенная, это как посмотреть.

— Тебе Савьер не докладывал про Родерика?

— Нет, — Тео ответил уставшим тихим голосом. Успокоился и теперь превратился в одно сплошное ухо.

— Родерик любил меня, — передёрнувшись от смешка Тео, продолжила. — Нет, правда! Любил. Он очень хотел быть со мной, чтобы я. чтобы я была его. Полностью, без остатка. Но не такого счастья я хотела. Хоть я и мечтала о семье или о каком -то её подобии, но для меня была важна и...

— Свобода? — ловко продолжил Тео, а голос его показался мне сонным.

— Да. Только Длань не дала мне ни того, ни другого. Это проклятая червоточина, которая лишает человека всего! Вот и Родерика лишила. Разума. Рассудка. Вместо любви я чуть не получила нож в спину, в прямом смысле этого слова, — поворчав, сжала ладонь Тео. Прохлада его кожи меня успокаивала. Будто под пальцами была дорогая холодная ткань.

— Я никого в своей жизни не убила, Тео. Никого! И никогда бы не смогла. Я воровка, а не убийца. Только мой дар оберегал меня, давал возможность быть наглой и настойчивой. Всех остальных связывала мерзкая вещь — клятва на крови. Когда моя наглость превысила все мыслимые пороги, я стала той самой частью клятвы Родерика.

Это как?

Мягкая ткань маски немного щекоталась. Принц не так уж больно упёрся подбородком в моё плечо, но этого мне хватило для лёгкой дрожи. Объятия вдруг стали напоминать тёплое одеяло. Хотелось в него кутаться, жмуриться, наслаждаться короткими мгновениями покоя и умиротворения — в королевском дворце это настоящая роскошь.

— Чтобы остаться в Длани, он должен был меня убить. Двух зайцев одним махом.

— Он дал тебе сбежать?

Я не выдержала и повернулась к Тео лицом. Плотная тканевая маска, скрывающая рот, меня не смущала. Наоборот, я видела в этом какой -то особый знак. Ведь не при виде каждой у принца Теобальта появляется желание скрыть свои губы. Почему -то мне стало жаль, что сейчас я их не вижу. Протянула руку, но Тео тут же одёрнул её, покачав головой. Ну да, нельзя же! Пусть будет проклято это проклятие! Трижды! Четырежды! У! Ещё этот ром, от которого внутри будто волны сухого жара поднимались. Коснулась щёки Тео. Тёплая. И такая... Подняла взгляд, всматриваясь в глаза мужчины. Они напоминали мне аметисты. Самой чистой воды, самые яркие, самые лучшие. Тео и сам был лучшим! Таких людей стоило ещё поискать. Мне, например, подобные не встречались.

Вспомнив о прерванном разговоре, виновато опустила взгляд и убрала руку. Однозначно Тео обладал какой-то внутренней магией.

— Нет, он не дал мне сбежать. Я сделала это сама. Скрылась, в надежде, что найду себе тихий угол, начну новую жизнь. Хотела в последний раз что-то получить воровством, чтобы. Эх, а оказалась вот где! В самом центре змеиного логова. Скажу тебе честно, даже в главном убежище Длани больше порядка и спокойствия.

Тео, прикрыв глаза рукой, кивнул. Всё-таки он сильно устал, но горбатого только могила исправит!