Бастарды его величества - Альма Либрем

- Боится огня, - дополнил Даркен. - Но, и вправду, нам пора. До встречи, Ваше Величество. Простите, что потревожили, - он склонил голову в уважительном полупоклоне, тряхнул светлыми волосами и направился к выходу.

Следом, тоже поклонившись, двинулся и Вилфрайд. Тобиас открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, потянулся к поясу, за который были зацеплены две перчатки, очевидно, специально для вызовов на дуэль, но актёр вовремя поймал его за руку и потянул за собой. Агнесса опустилась в реверансе, пусть и нехотя, перед собственной дочерью и тоже выскользнула за дверь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кажется, засомневалась в том, стоит ли подчиняться, одна лишь Малика, но злого взгляда Дианы было вполне достаточно, чтобы и она выпорхнула из комнаты и прикрыла за собой дверь. Снаружи донёсся шум, очевидно, все изгнанные из комнаты что-то обсуждали, но королева не обращала на него внимания – у неё были проблемы куда важнее.

- Кэрант, - она зло прищурилась, - вас это тоже касается.

- Я не оставлю в одиночестве королеву, намеревающуюся из-за кошмара разнести половину дворца, - не дрогнув, сообщил Кэрант. – Это в первую очередь опасно для вас же, Ваше Величество.

- Мне надо одеться!

- О, - усмехнулся он. – Чего я там не видел…

Диана залилась краской. Она подозревала, конечно, что это только женщин ждёт зачастую незавидная доля делить ложе лишь с нелюбимым супругом, а Кэрант, как воспитанник леди Хлои и привлекательный юноша, явно завоевал не одно девичье сердце, но такая наглость по отношению к королеве!

- Сравнивать Моё Величество, - зло ответила она, - и каких-то крестьянских девок будете в камере или на дуэли!

- Я никого не сравниваю, - возразил Кэрант. – Вы так полыхали от страсти, что сначала отбросили прочь одеяло, а потом уже загорелись. Собственно говоря, именно в таком состоянии вас и застала эта глупая девчонка, решившая, что это отличная идея – забегать поочерёдно в покои мужчин и будить их. А Хордон, увольте, не пришёл не потому, что боится огня, а потому, что не успел натянуть штаны достаточно быстро. Крепостные и военные в этом преуспевают, - он по-кошачьи довольно усмехнулся. – Но не волнуйтесь, Ваше Величество, Тобиас так старательно отворачивался и не пускал всех остальных, что я успел укрыть вас раньше. Зато теперь я просто обязан на вас жениться.

- Выйдите вон!

Кажется, седьмой бастард даже не думал уходить. Диана только сейчас заметила, впрочем, что его рубашка обрела несколько выжженных дыр – неужели она и вправду горела?

- У вас могут быть ожоги, - мягко отметил он. – Давайте я исцелю?

- Ещё этого не хватало!

- Диана… - Кэрант покачал головой. – Ну, хорошо. Я отвернусь, вы наденете какую-нибудь тонкую сорочку, чтобы магия легко проходила сквозь ткань, а потом я вас осмотрю.

Королева хотела отказаться, но каждое новое движение напоминало о дурном сне и о пламени, так легко охватившем её. Казалось, каждая мышца горела, и любая попытка сдвинуться с места действительно причиняла боль.

- Жжёт, - призналась она, дождавшись, когда Кэрант всё-таки отвернётся и послушно уставится на дверь.

Выбраться из-под одеяла было тем ещё испытанием. Диане казалось, что кожа её превратилась в живое пламя. Тонкая ткань ночной сорочки, которую она всё же набросила на себя, мало что скрывала, кроме самых постыдных для невинной девушки уголков её тела, но от каждого соприкосновения с кожей жжение только усиливалось.

Кэрант обернулся сразу же, как только Диана оделась, и жестом поманил её к себе. Ноги у молодой королевы подкашивались, да и процедура излечения почему-то казалась удивительно постыдной, но она покорилась, может, потому, что не хотела признавать собственную слабость.

Впрочем, седьмой сын не позволил себе ни единого лишнего прикосновения. Его руки порхали, не соприкасаясь не только с её кожей, а даже с тканью, в нескольких миллиметрах от белоснежных складок шелка, а жжение уходило.

Больше всего пострадали ладони, служившие, очевидно, источником огня. Здесь Диане нечего было стесняться, и Кэрант, взяв её руки в свои, долго шептал какие-то заклинания, прежде чем всё-таки сумел унять боль.

- Спасибо, - поблагодарила его королева, когда мужчина наконец-то отпустил её. – Вы действительно помогаете мне, Кэрант.

- Это маленькое приключение, - он указал на постель, наполовину сожжённую её магией, - говорит мне лишь о том, что вас действительно стоит научить магии, Диана. Я готов сделать всё, что в моих силах, лишь бы ничего столь опасного не получилось.

Диана могла лишь послушно склонить голову.

- А вашей служанке действительно не следовало будить весь дворец, одного толкового мага было бы достаточно.

- В нашем дворце есть только один толковый маг, и о его надёжности Малика не знает, - пожала плечами она. – Девочка испугалась. Я не хочу наказывать её за это, как не наказываю вас за самовольное вторжение в мои покои.

- В следующий раз моим наказанием будет Тобиас, он твёрдо настроен на дуэль, - расхохотался Кэрант. – Но, пожалуй, нам пора? Помочь вам одеться?

- Может быть, вы лучше выйдете?

- А вы сами себе затянете шнуровку? Малика-то, уверен, сбежала и рыдает где-то в уголке.

- Вы и это умеете делать? – разозлилась Диана. – Да вы незаменимый слуга, Кэрант!

- А как же, - невозмутимо подтвердил он. – Так что? Будете выбирать из своего обширного гардероба, или наколдовать вам что-нибудь покрасивее?

Глава семнадцатая

Следовало отказаться, но Диана, признаться, никогда не видела, чтобы магией творили что-то материальное. Король Эдмунд, конечно, испортил её подвенечный наряд, превратив его в жуткое чёрное платье, но ведь Кэрант предлагал нечто иное.

- Наколдуйте, - с вызовом воскликнула она. - Хочу увидеть, на что ещё способна магия.

- Магия не всесильна, но могуча, - охотно отозвался Кэрант. - Не бойтесь, с корсетом я буду осторожен.

Диана не знала, сказал ли он это случайно или каким-то образом считал страх, оставшийся в сердце королевы ещё с её первого брачного танца, но не возражала. Противиться вниманию мага вообще было удивительно трудно, хотя она пыталась. Кэрант будто завораживал своими словами и действиями, производя на неё неизгладимое впечатление. Девушка старалась испытывать ненависть к нему, боялась той власти, которую мог получить мужчина, не особо-то трудясь, но выходило ли у неё?

Он опустил руки ей на талию и заглянул в глаза, словно вновь собирался поцеловать. Диана поклялась себе, что не поддастся - но Кэрант так и не склонился к ней ближе, только пальцы смяли тонкую ткань сорочки, позволяя королеве осознать непозволительную откровенность её наряда. Ведь он был мужчиной, пусть и ниже её по статусу. И мог стать королём... Если действительно