Бастарды его величества - Альма Либрем

- Нет, - отрицательно покачал головой он. – Скорее, наоборот, если воспользоваться ею тогда, когда нужно.

Диана кивнула. Пора было уходить, и она понимала, что Кэрант больше ничему её сегодня не научит, но всё же… сомневалась. Хотелось остаться и хоть как-нибудь выведать у него, что делать дальше. Королеве казалось, что она почти отыскала правду в его словах. Но это было ох как непросто… Диана чувствовала себя пешкой в чужих умелых руках. Ей казалось, что Кэрант оплёл её жуткими сетями, и чем дальше она отходила от него, тем больше ощущала свободы движений, свободы выбора – и сомнений тоже, в сотни раз больше… Был ли он ей другом?

- Ваше Величество! – вновь позвал её Кэрант. – Вы всегда можете на меня положиться. Клянусь, я не причиню вам вреда. Ни вам, ни Алиройе.

- Спасибо, - поблагодарила Диана. – Я попытаюсь этому поверить. И… Я поговорю с Хордоном. Если он окажется неродным сыном Его Величества, то я вышвырну его отсюда. Клянусь.

- Вы очень умная девушка, Ваше Величество, - усмехнулся Кэрант.

- А вы – слишком свободный крепостной.

Впервые за весь этот вечер Диана тоже улыбнулась, причём улыбнулась искренне. Кажется, это то ли позабавило, то ли порадовало Кэранта, потому что он провожал её излишне пристальным взглядом.

Но королева, отдаляясь от него, больше не испытывала части тех сомнений, что терзали её прежде. Теперь другие мысли намертво закрепились в её сознании…

Кто был сыном Эдмунда? Кэрант? Она не знала. В Алиройе не было больше ни одного одарённого мужчины, никого, кто передал бы дар мальчишке. Но зато существовала леди Хлоя, воспитавшая его, почти как родная мать. Кэрант сказал, что он родился, когда женщина забеременела, но вдруг нет? Вдруг он был её старшим сыном и одержал её магию в наследство, а баронесса была ему сестрой? Этого Диана не знала. И не могла знать.

Она чувствовала, что запуталась. Бастардов было всего лишь шестеро, уже меньше, чем прежде, а всё стало ещё сложнее.

Глава четырнадцатая

Диана никогда ещё не чувствовала себя настолько уставшей. Даже после ненавистной свадьбы она чувствовала себя гораздо лучше, чем сейчас. Подкашивались ноги, кружилась голова, и Кэрант... Всю дорогу обратно он то и дело вставал у неё перед глазами. Королева боялась его, простого крепостного мальчишки, не имеющего права ничего решать в королевстве. Удивительно, из всех семи сыновей он нагонял на неё самый большой ужас. Даже Марк, к счастью, удалённый от двора, не вызывал такой страх.

Но теперь гипотеза подтвердилась. Из семерых сыновей только один был настоящим. Пока что всё указывало на Кэранта, кроме...

Последний бастард убил короля.

Это воспоминание пронзило её словно стрелой. Кэранта не было ни во дворце, ни даже рядом с ним в тот момент, когда погиб Эдмунд. Причина его смерти...

Диана остановилась к двери в свои покои, оживляя воспоминания того вечера, когда пришла к мужу. Явилась, как на заклание, к нему, чтобы разделить с ненавистным человеком брачное ложе. Он смотрел на неё воистину мёртвыми - и правдивыми глазами. Пророчество не могло солгать.

У короля Эдмунда было семеро сыновей. Он убил шестерых из них, но одного пожалел или, может быть, не сумел убить. Рассказ Кэранта походил на правду. Её покойный супруг ни за что не пощадил бы ребёнка, зная, что тот может убить его. Стать причиной смерти. Но...

Этот список из шестерых людей - что он показывал? Неужели король пытался найти бастарда, которого оставил в живых, и перебирал мужчин, что могли бы быть ему сыновьями? Или это были просто актёры, исполняющие свои роли? Может, подставные лица, которые даже не догадывались о том, что ими просто воспользовались? Что, что означал этот проклятый список?!

Слуги распахнули перед нею дверь, и Диана вошла внутрь, надеясь на одиночество. Но нет, в кресле уже восседала мать.

- Герцогиня... Леди Агнесса, - скривилась Диана. - Вы решили почтить королевскую опочивальню своим явлением? И что же привело вас сюда? Желание указать заблудшей дочери на её место?

- Зачем ты так, доченька, - мама поднялась на ноги и взглянула на неё. - Я просто хочу помочь тебе. Вот и пришла.

- Никто не имеет права входить в королевские покои, пока здесь нет самой королевы. Очень жаль, что тебя пустили.

- Ты не в трауре.

- Не может вдова выбирать себе жениха, - отрезала Диана.

Она миновала мать, надеясь, что сейчас всё же сможет уединиться в собственной спальне, но та поймала дочь за рукав.

Вспомнился Кэрант. Что-то с ним было не так. Идеальный кандидат на роль королевского сына... Он был, несомненно, силён. Диана знала, что её магия и в долю не падала с тем, чем владел седьмой сын. Подчинявшиеся Кэранту силы казались ей страшнее, чем то, на что был способен Эдмунд.

Откуда же у незаконнорожденного сына короля и какой-то крестьянки мог появиться такой дар? Ведь кровь матери однозначно разбавила отцовскую, должна была нанести хоть какой-то урон его мощи...

В отличие от Кэранта, мать не смела прикоснуться к её коже. Диана знала, насколько непочтительно было соприкасаться с рукой королевы или короля, любого правителя, без его высокого на то разрешения. Она же не позволяла этого маме - и не хотела, чтобы та дотронулась до неё. Почему-то это казалось преступлением, прегрешением пред неведомой святыней.

Мать отдала её за короля Эдмунда беспрекословно, не спросила даже, готова ли Диана идти на такие жертвы. Она сказала своё родительское "да" быстрее, чем отец успел даже задуматься об этом. А потом толковала с королём Эдмундом о чём-то... О чём? Искала выгоды для герцогства?

- Зачем ты пришла? - уже мягче спросила Диана, поворачиваясь к матери. - Ты хотела поговорить со мной о чём-то? Наверное, речь пойдёт о моих женихах.

- Ты, как всегда, права, - согласилась Агнесса. - Я хотела предупредить тебя...

Диана жестом велела ей умолкнуть и опустилась в соседнее кресло. Сейчас она не готова была, стоя на ногах, выслушивать чужие объяснения. Всё ещё жгли память слова Кэранта о том, как родной отец наслал на его деревню чуму. Она представляла себе мальчишку со знаком смертельной болезни, насланной чарами, на запястье. Сейчас руки Кэранта были чисты, а значит, магии в нём оказалось больше, чем в заклятии. Он сумел перебороть его, впитать - и от этого стал ещё более могущественным.

Что стало причиной такого поступка короля Эдмунда? Так ли он избавлялся от всех своих предыдущих сыновей? Почему он умер и как его убили?

Может быть, это всё-таки был Вилфрайд? Ведь он часто находился рядом с Эдмундом. Ему было за что ненавидеть своего благодетеля -