Нино и её призраки - Анна Теплицкая

мы с Ником будем заниматься любовью, и покраснела от удовольствия. Может, сделать вид, что я не очень рада его видеть? Типа загружена работой. Типа влюблена в шефа. Чтобы Ник еще слегка побегал за мною. Или, наоборот, прикинуться, что безумно скучала, прямо у двери кинуться ему на шею, неловко расстегнуть ремень дрожащими руками, задыхаясь, опуститься на колени. Неплохо, Нино, неплохо.

К шести вечера я поняла, что Ник мне не позвонил. Я проверила все мессенджеры — ничего. Обалдеть можно. Прямо сейчас он был онлайн, помигал и вышел. Наверное, самолет задержали. Я уверила себя, что мой милый позвонит позже, и после работы помчалась к Николаю Васильевичу.

Глава 20

– И так, Нино, — врач сложил перед собой худые руки, — в прошлый раз вы испытали гипнотический феномен, а именно интенсивную возрастную регрессию. Вы пережили день вашей свадьбы с такой силой, как если бы она происходила в настоящий момент. Для чего мы с вами через это прошли, как думаете?

— Для того, чтобы я увидела, какая была красавица на свадьбе.

— Это тоже, — согласился Николай Васильевич. — Но попробуйте обобщить. Сформулируйте конкретную реалистичную позитивную цель нашей терапии.

— Чтобы я кайфовала, переживая лучшие моменты своей жизни.

— Это контрпродуктивно. Мы все это затеяли для восстановления вашего душевного равновесия. Я помогу вам обрести власть над собой. Я не берусь сказать, что отвечаю за вас целиком, — это значит взвалить на себя огромный груз ответственности. Я отвечаю только за процесс, в ходе которого у вас могут возникнуть необходимые изменения. У каждого психотерапевта есть чемоданчик с инструментами. У меня тут блокнот, блестящий шарик, полумрак и знания о ритмике звуков, приближенной к биоритмам человека, — он скромно улыбнулся. — Вы знаете, как работает память?

Я пожала плечами. Мне было плевать на функционирование памяти, я хотела юзать ее снова и снова. Там было много дверей, слишком много, на ученый треп просто не оставалось времени.

— Когда мы вспоминаем что-то, образы мелькают быстро. Вялотекущая мысль может ухватить деталь из прошлого и не зафиксировать ее. Гибкое сознание переключается на следующий эпизод. Например, вот вы помните, что в детстве мама кормила вас манной кашей, и варенье сверху было лимонное с кусочками барбариса. Когда вы задумываетесь об этом, ваши вкусовые рецепторы имитируют вкус лимона, вы немедленно представляете себе сочетание мягкой манки и хрустящих барбарисовых кусочков, ммм… Восторг, правда? Дальше вдруг в вашем сознании мелькает пыльный телевизор, «Сони» или нет, нет, «Самсунг» в дальнем углу комнаты и красный телефон рядом с ним. А потом — вжик, и вы уже думаете, что нужно бы купить высокие сапоги, как у той девушки, что идет впереди. Она идет быстро, и каблучки звонко стучат по мостовой.

«Разве так еще говорят? Мостовая. Откуда это пошло? Так называли дорогу у моста?»

— Вы сразу же вспоминаете, что онлайн-магазин буквально вчера прислал вам письмо с персональной тридцатипроцентной скидкой, но вы, вот черт, переместили письмо в спам и, весьма вероятно, очистили папку. Дальше вы вдруг вспоминаете, что вместе с этой рассылкой пришло еще и приглашение на встречу одноклассников. Вы тут же переноситесь на двадцать лет назад в душный класс, накатывают предметоощущения: нос щекочет от меловой пыли, ногти покрыты белой замазкой, колготки цеплялись за деревянную школьную парту, и от этого воспоминания начинают чесаться коленки. Вы поворачиваете голову налево, и перед вами девочка, с который вы просидели с пятого по седьмой класс, но лицо расплывчатое и вы все никак не можете вспомнить имя… Расплывчатое пятно улыбается — Эля? Карина?

— Алина, — подсказываю я.

— Мозг запоминает все подробности с беспощадной точностью. Если вы чего-то не помните, это не значит, что этого нет в мозгу. Потом, конечно, сглаживает, иногда даже искажает, чтобы не было слишком больно вспоминать некоторые моменты, раз за разом. Мы взрослеем, смотрим на многие вещи, случившиеся в прошлом, иначе. И вот они сами уже кажутся другими, а значит, они изменились. Мы уже не понимаем, изменились сами факты или наша интерпретация. Примерно таким образом работает сознание. — Очень интересно. Давайте уже погружаться?

Николай Васильевич проигнорировал меня, а я покосилась на телефон — сообщений нет. Я расстроилась.

— Что такое гипнотическое состояние? Шарко говорил, что это особое нервное состояние сродни истерии, Бехтерев, как и Павлов, утверждал, что гипноз — это особый вид сна. Гипноз по Павлову — это всегда сон. Чтобы привести человека в гипнотическое состояние, нужно сначала усыпить его. Я не сторонник этой теории, потому что транс может предшествовать наступлению сна или, наоборот, наступать после пробуждения, когда человек еще не отошел от сновидения. Зыбкое состояние. В глубоком трансе между гипнотизируемым и гипнотизатором устанавливаются особые отношения, очень крепкие и в чем-то даже напряженные, как при сексуальном контакте.

— Вы клеите меня, не пойму? — рассердилась я. — На данном этапе мне это неинтересно.

— Мне тоже, поверьте.

— Тогда вот, держите, — я потрясла у его носа своей пухленькой кистью. — Погладьте ее, как в прошлый раз, как умеете, я готова.

— Сегодня будем действовать по-другому.

— Как?

Николай Васильевич отвернулся и взял в руки тетрадь.

— Сначала немного теории.

Я шумно и раздраженно выдула воздух из носа: пусть хотя бы знает, что бесит меня.

— Первооткрывателем возрастной регрессии считается Рихард фон Крафт-Эбинг, немецкий психиатр и криминалист, один из первых сексологов. На исследования меня натолкнул пациент, у которого я диагностировал гипермнезию. Гипермнезия — это редкое расстройство памяти, при котором люди запоминают чрезмерный и непропорциональной объем информации. Парень ужасно страдал. Еще бы, ведь он помнил каждую мелочь из прошлого, все когда-то обращенные к нему слова, голос и интонацию, даже то, что было в грудном возрасте. Мне не удалось излечить его до конца, но он научился переключаться между временами, и теперь возвращается в прошлое только по собственному желанию. Этот феномен показался мне полезным для практики, и я решил, что болезнь можно перевернуть, использовать на относительно здоровых людях как терапевтический метод, ведь гипермнезия означает сверхпамять или повышенное воспоминание. После года экспериментальных исследований я понял, что в моих силах отправить пациента в определенный возраст. О чем нам это говорит? — Не дожидаясь моего ответа, он сказал сам: — Правильно, это говорит о том, что мы можем получить доступ к любому событию, которое продолжает вызывать проблему в настоящем. Находясь в