Трамвай отчаяния - Алексей Небоходов

откинулся на спинку стула и провёл рукой по волосам, пытаясь привести мысли в порядок.

– Я нашёл отчёты, – сказал он, снова повернувшись к Варваре. – Они относятся к началу 1968 года, к эксперименту, связанному с этим трамваем.

– Эксперимент? – переспросила она, слегка нахмурившись.

– Да, – кивнул Виталий. – Судя по этим бумагам, трамвай №302 не просто исчез. Он участвовал в исследовании, цель которого…

Он замолчал, переведя взгляд на бумаги.

– Целью было изучение, как здесь написано, "переходных состояний".

Варвара напряглась, её пальцы сжались на краю стола.

– Переходных состояний? – повторила она.

– Это не просто перемещение между двумя точками в пространстве, – объяснил он. – Это попытка связать два… мира, кажется.

Алексей тяжело вздохнул и подошёл ближе.

– Мы пытались это понять, когда нашли эти документы, – сказал он. – Но тут столько терминов, что нужен целый институт, чтобы разобраться.

– И что из этого следует? – Варвара перевела взгляд с одного на другого.

Виталий взял в руки один из листов и подал ей.

– Это может объяснить, почему трамвай исчез. И почему он появляется теперь.

Она пробежала глазами строки.

– Это… невероятно, – наконец выдохнула она, отрывая взгляд от текста.

– Невероятно, но реально, – тихо отозвался Виталий, не без твёрдости в голосе.

Он поднял с края стола тонкую папку и положил её перед Варварой. Она не сразу протянула руку. Её взгляд скользил по его лицу, где напряжение смешалось с едва заметным предвкушением.

– Это то, о чём я говорил, – сказал он, открывая папку.

На первой странице лежала фотография. Варвара замерла. Её глаза расширились, когда она увидела изображение. Это был он – старый бордовый трамвай с облупившейся краской. Окна, которые на фотографии выглядели мутными, будто скрывали за собой что-то необъяснимое. Бортовой номер, едва различимый, подтверждал всё: 302.

– Это он, – прошептала она, дрожащими пальцами поднимая фотографию.

Виталий кивнул.

– Это тот самый трамвай, – подтвердил он. – В 1968 году его использовали для эксперимента, который… вышел из-под контроля.

Она посмотрела на него с выражением недоумения и страха.

– Какого рода эксперимент?

Он сел напротив, сложив руки.

– Всё началось с теории о существовании параллельных миров, – начал он, его голос был низким и сосредоточенным. – Согласно этой теории, существует бесконечное количество миров, которые существуют рядом с нашим, но отделены от нас. Учёные пытались доказать, что физические объекты могут перемещаться между этими мирами.

Варвара недоверчиво покачала головой, не отрывая глаз от фотографии.

– Перемещаться? – переспросила она.

– Да, – продолжил он, пальцами чуть постукивая по краю стола. – На начальных этапах эксперименты проводились в лабораториях. И, судя по отчётам, это получалось. Но этого было недостаточно. Они хотели проверить, как это работает в реальных условиях.

– В реальных условиях? – её голос стал напряжённее.

Виталий кивнул, отодвигая ещё одну страницу в папке.

– Они выбрали трамвай, – объяснил он. – Стандартный для того времени вагон, который уже не использовался по прямому назначению. И решили отправить его в параллельный мир.

Она замолчала, переваривая его слова.

– Но он исчез, – сказала она наконец, её голос был тихим.

– Да, – подтвердил Виталий. – В тот день трамвай с пассажирами отправился в свой последний рейс. И, судя по всему, не вернулся.

– Что с пассажирами? – её голос стал резче.

– Обычные люди, которые ехали на нём, – сказал он, чуть опуская глаза. – Они не знали, что участвуют в эксперименте.

Варвара замерла. Её глаза, устремлённые на Виталия, горели яростью.

– Ты хочешь сказать, что они провели этот эксперимент с обычными людьми? – в её голосе звучало недоверие.

– Именно так, – ответил он, слегка склонив голову.

Она вскочила, убрав фотографию в сторону.

– Как они могли? – её голос сорвался, и она посмотрела на него с таким выражением, будто ждала, что именно он ответит за тех, кто это допустил. – Как они могли позволить это в городских условиях? Да ещё и со случайными людьми, которые не имели к этому никакого отношения?!

– Это было время, когда человеческие жизни считались в таких экспериментах… побочным эффектом, – тихо сказал он, избегая её взгляда.

– Побочным эффектом?! – её голос стал громче, и она снова схватила фотографию. – Эти люди не подписывались на эксперименты! Они просто ехали домой или на работу!

Виталий замолчал, его лицо стало жёстче.

– Они думали, что всё под контролем, – наконец произнёс он. – Но ошиблись.

Варвара опустилась на стул. Её руки неудержимо дрожали.

– Ошиблись… – повторила она тихо, её глаза снова уткнулись в изображение трамвая. – А люди заплатили за их ошибки своими жизнями.

Виталий наклонился к ней.

– Я знаю, что это чудовищно, – сказал он. – Но сейчас у нас есть шанс понять, что произошло. И, может быть, даже исправить что-то.

Она долго смотрела на него, и всё это время её глаза блестели от гнева и печали. Наконец она вздохнула и, собрав всю свою волю, кивнула.

– Мы должны это сделать в любом случае, – сказала она тихо, но в её голосе звучала решимость.

Виталий молча взял фотографию, вернув её в папку.

– Знаешь, что я узнала? – наконец заговорила она, тихо, но с той ноткой, которая сразу приковала его внимание.

– Что? – Виталий приподнял бровь, откладывая в сторону бумаги.

Она не зря работала ночами и теперь могла поделиться обнаруженными сведениями.

– Я нашла дочь Игоря Ковалева, – сказала Варвара.

Виталий сосредоточенно выпрямился.

– Дочь? – повторил он, пристально глядя на неё.

– Да, – кивнула она, пододвигая к нему небольшой лист с заметками. – Её зовут Марина. Она живёт там же, на Покровке. Дом пятнадцать.

Он взял лист, пробежал глазами строки, затем снова посмотрел на Варвару.

– Это точно она? – уточнил он.

– Точно, – уверенно ответила она. – Я проверила. Она зарегистрирована по этому адресу. Это единственный родственник, который остался после Ковалева.

Виталий замолчал, словно обдумывая её слова. Затем поднялся, забросив куртку на плечо.

– Тогда чего мы ждём? – его голос звучал решительно.

Варвара тоже встала, накидывая пальто. Её движения были быстрыми, выверенными. Теперь все шло по её плану.

– Действительно, чего? – бросила она, слабо улыбнувшись, но в её глазах читалась напряжённость.

Они направились к выходу. Тишина коридоров архива, их гулкие шаги, свет, отражающийся от мраморных стен – всё это казалось будто на паузе. Лишь Варвара и Виталий двигались вперёд, сосредоточенные на новом направлении.

– Думаешь, она знает что-то важное? – спросил он, когда они уже выходили на улицу.

Варвара остановилась на секунду, поворачиваясь к нему.

– Если кто-то и знает, что произошло с Ковалевым, то это она, – твёрдо ответила она. – Она могла слышать от отца то, чего не знал никто.

Виталий кивнул.

– Поехали, – бросил он, доставая ключи от машины.

Варвара села на пассажирское сиденье, пристёгиваясь и снова перебирая свои заметки. Её пальцы