Маг для бастарда - Вера Чиркова

Обвал. И поскольку снег давно сошел, а камни на склонах просохли, произвольным он быть никак не может.

Стало быть, кто- то обрушил часть склона. Ничего невозможного, если подложить под слегка нависающим участком пару магических камней, которые применяются на строительстве горных дорог и тоннелей. Разумеется, проверить это просто — их привозят с плато магов и после их применения в радиусе полусотни шагов всегда повышенный магический фон.

В душе при этой мысли мгновенно возникло такое знакомое и полузабытое ощущение свежести от струящегося сквозь тело потока магии. И страстное желание окунуться в него хоть на секунду, пополнить находящийся на голодном пайке резерв захлестнуло мой разум.

— Коня!

Я произнес это так властно, что Сагон даже не подумал спорить или отказать, подвел ко мне одно их тех животных, что стояло наготове, и ничего не спросил, когда я привычно, одним махом, взлетел в человеческое седло.

— Догоняйте! — сжав коленями бока животного, я с места послал его вскачь, презрительно посматривая на тяжелую, с цепочками и коваными кольцами кожаную упряжь.

На моем родном плато мы почти не ездим на конях, а если и катаемся, то используем совершенно другую сбрую. Хотя и учимся управляться с вот такой, чтобы не оказаться во время практики в невыгодном положении или опасности из- за небрежения к человеческим привычкам. Но уродующие лошадей железки ненавидим просто до глубины души. Наши дайги намного изящнее и выносливее, с детства приучаются слушать команды и управляются голосом и прикосновением руки.

Проскакав через мост, я выехал на ровную дорогу, ведущую, как сказал тот парень, к дому охотника, и погнал коня по самой середине, сообразив, что теперь могу не бояться встречных карет. Да и всадников тоже, по логике, неподалеку могли оставаться только те негодяи, что устроили обвал.

И мне заранее не было их жаль.

За то, что они решились на такой подлый поступок, за то, что судят о силе маглоров по их затрапезному виду и тощим кошелькам, полагалось хорошенько проучить бандитов, и у меня просто руки чесались от предвкушения. Жаль было лишь свой потраченный на наказание подлецов резерв, и огорчала необходимость потом отчитываться перед наблюдателями.

Не доезжая нескольких шагов до первых камней преградившего дорогу завала, я резко остановил коня и коснулся своей шапочки мага, включая сразу все следилки и всю защиту.

Мои сигналки не нашли никого поблизости, но магия, как я и предполагал, просто светилась немного выше по склону, там, где темнели и чуть поблескивали на камнях пятна свежих сколов. Спрыгнув с коня, я немедленно вскарабкался как можно ближе к этому месту, торопливо открыл все пути и достал подаренную Ренгиусом коробочку, где в специальных гнездах лежали накопители. Такие делают только магистры на плато, и магии они собирают в несколько раз больше, чем самые чистые и безукоризненные кристаллы, попадающиеся в природных месторождениях. И потому каждый контейнер надежно защищен от потери и воров.

Несколько минут я судорожно собирал все, что мог собрать, и, как последний скряга, сливал в накопители, а когда понял, что остаточный поток магии иссякает с каждой секундой, с неохотой закрыл контейнер и с этой секунды тянул всю энергию только в себя.

За эти минуты я успел прикинуть приблизительный план, каким нас пытались поймать в ловушку или даже убить неизвестные бандиты, и почти искренне пожалел, что слишком себя люблю. Иначе отвесил бы себе такую же смачную оплеуху, как когда- то отвешивала Мэлин.

Почему я не насторожился и ничего не заподозрил, когда понял, что мое заклинание никак не подействовало на того наглого парнишку, который сидел на месте хозяина?

Ну да, в тот момент я просто был занят другими проблемами, зато теперь отчетливо понимаю, что он был вовсе не из числа родственников или слуг. Потому что хозяева таких мест, если и покупают мощные амулеты для защиты от мошенников и воров, то только для себя лично, а никак не для каждого слуги. Все что делается на плато и привозится в королевство, стоит дорого, и в этом заложен особый смысл.

Но мне сейчас вовсе не до торговой политики. Если исходить из того, что моя версия верна, загонщики только потому не догоняют нас сейчас, что разозлили одного хорошо знакомого мне маглора.

А те, что устроили завал, бегут или скачут куда подальше, поскольку я не нахожу поблизости никаких следов. И тогда возникает закономерный вопрос: а почему они удрали? Если должны были сидеть и ждать нас. А потом вместе с подоспевшими дружками начинать убивать или брать в плен.

— Маглор Иридос, — позвал снизу осторожный голос командира, — что там?

— Сейчас, — сделал я знак молчать, у меня как раз возникла отличная мысль.

Кому-то из стихийников или природников вряд ли удалось бы то, что намеревался сделать я, но любой ментал посоветовал бы именно это. Тем более что магией я запасся до отвала. И еще немного сумею собрать, если поспешу.

Я бросил еще одну сигналку, особую, настроенную на след от аур разумных существ, и очень скоро они встали передо мной. Три теряющих четкие очертания призрачные фигуры. И вместе с этим тающим изображением пришло ясное понимание, что все происходящее намного серьезнее, чем я полагал изначально. Две бледные ауры были совершенно неинтересны, банальные отпечатки энергетики чистокровных людей. А вот у третьей было несколько очень интересных пятен и ободок серебристо- синего цвета. Не теряя драгоценных мгновений, я пробрался к тому месту, где он провел некоторое время, встал на камушек, так как владелец необычных способностей был выше меня на полголовы, совместил свою теменную область с соответствующей точкой на голове фантома и произнес заклинание временного погружения.

Двое мужчин, одетых в простые дорожные костюмы и короткие плащи, прикрывающие увешенные оружием пояса, возникли рядом, словно выпрыгнули из портала, но я даже не вздрогнул, знал, что так и должно быть. Ведь их видел тот, чьим затуманенным взором я сейчас смотрю вдаль. Туда, откуда скачет одинокий всадник в знакомой мантии мага.

— А где же карета? — тихо буркнул один из подельщиков странного мага, но я постарался отвлечься от его голоса и всего того, что мешало заглянуть в мысли моего совместимого.

И был вознагражден, почти реально ощутив, как касается руки магический вестник непривычного черного цвета.

Буквы записки ползли наискосок непривычной, угловатой линией, но незнакомыми мне не были. Все семь самых распространенных письменностей и четырнадцать языков были обязательным минимумом для того, кто получал звание маглора.