Стихотворения Часть 2 - Наталья Патрацкая

Закончился осенний век.

Темнеет рано, ночь длиннее,

Из полумрака тишина,

И даже небо не синеет,

И даже шутка не смешна.

Листва разглажена дождями,

Одежда мнется от дождя,

И сохнут дни календарями,

Все на исходе года – дня.

Под зонтом, под небом и под крышей,

Двое бессознательно прошли,

Сквозь движенье чувств, дано все свыше,

Бабочки-капели обожгли.

В спокойствии своем не прикасаясь

Друг о друга просто шли в дожди,

Ждали их причудливые сани,

Нарушая в сердце давний штиль.

Рядом с ним всегда была другая,

Рядом с ней всегда шагал другой,

Друг на друга, глянули сгорая,

Промелькнула радуга дугой.

Радуга мелькнула и исчезла,

Вечность из нее, увы, не та,

Радуга у дождика невеста,

Но как редко эта красота!

Так же редко милое мгновенье,

Притяженье ткани мокрой в дождь,

Под зонтом исчезло все волненье,

И остался без невесты дождь.

А женщина сказала: Не хочу!

И пролетела метра три в пространстве.

А он кричал ей в след: Я отучу!

Так в их кругу рождалось постоянство.

Она была игрушкой для него,

Он истязал любовью полуночной,

Любовь была несчастие всего,

Так проходили дни, и годы, ночи.

Прошло лет десять. Стал он уставать.

А тело у нее любви хотело.

Тогда она вдруг стала изменять:

Ведь тело у нее просилось в дело.

Кого винить: любви в ней на троих,

Замена к ней летела, как на крыльях.

Мужчины исчезали, – их корить?

Другие жены – им родными были.

Прошло лет десять. Рядом никого.

Она живет одна совсем спокойно,

Обходится с заботами легко,

И на душе ее вполне пристойно.

Осел туман роскошно над планетой,

Прикрыл от глаз космическую даль,

Исчезла вмиг межзвездная вендетта.

И небо тало – грязноватый тальк.

Опустимся на землю вместо солнца,

Посмотрим на осенние снега.

Ты песнь любви мне пропоешь весомо,

Она в тумане капельном – река.

К тебе я мысли протяну невольно,

Свои лучи из звездного огня.

Ты, как туман, меня окутал в волны,

Ты словно небо поглотил меня.

За что в туман из слов меня окутал?

Я вся в тумане дебрей из тебя.

Твои слова, дела… прости, не буду,

Не буду покидать тебя любя.

Коня, как ревность спрятал ты от света.

Все хорошо, и не уйду, я нет!

Да, улыбнись, сверкни, как луч ответом!

И мы с тобой растаем словно снег.

17.11.02

Безоблачно, бесснежно, без мороза,

И без любви, без взоров, без речей…

Мужчины украшают мир, а розы,

А розы – колебания сечей.

Какие-то, да некие причины,

И кое-кто, да некто не со мной,

А где-то же тепло, наверно в Чили…

Безгрешно, тяжело… Лицо умой:

От сглаза, от проблем и от печали,

От сказанных, не сказанных обид,

Быть может, оголились нервы, чакры,

А может утомление от бед.

И так не ем, худею, не худея.

Откуда жизнь послала мне тебя?

Завишу от тебя, как наше дело,

А ты все ближе, ближе, теребя,

Какие – то небесные предметы,

Какие-то беззвучные слова…

Ты, что опять вокруг меня заметил?

Те розы, что оставил старый вальс?

На земле прекрасные условия,

Разные места есть для труда,

Грустные проблемы, счастье, словно,

Разделен весь мир на нет и да.

Сложно угадать, где больше счастье,

В каждом крае что-то есть свое.

Если светит солнце, очень часто

Там всегда отсутствует вода.

Если есть морозы, нет там фруктов,

Там, где фрукты, газ там не растет,

Где дано обилие продуктов,

Не всегда зарплата вверх идет.

Там, где уголь, нет месторождений,

Что б варить свою, родную сталь.

А зачем вам в горы восхожденье?

Там нет ничего, так было в старь.

На равнине лес поля съедает,

Море есть – исчезли все леса.

Что-то есть, чего-то не хватает.

Ах, Земля сплошные чудеса.

На меня слетела – скука,

Надоело все и вся,

Съела я стихи, как Кука,

А они везде висят.

Переполнены все сайты,

И насыщены мозги,

Да, поэзия не сахар,

Не писать бы все могли.

Да куда там пишут, пишут,

О себе я говорю,

Я сама себя не слышу,

И в душе горю, горю.

В общем, я перегорела,

И устала. Вот и все.

На груди змею пригрела,

И поэзию еще.

Знаю я, что эта скука,

Наступила без тебя,

Не пришел, и это мука,

Говорю тебе любя.

Наслажденье духа так глобально,

Словно птица, что взлетает вверх,

Или независимо глубинно,

Словно рыба, с плавниками век.

Витасофия – общение с собою,

С сутью Я, в житейской суете,

Мир внутри работает без сбоя,

Словно жизнь на собственной звезде.

Витасовский флаг, как вдохновенье,

Синева спасательных небес,

Он спасает в хаосе волнений,

Он спасает, словно птицу лес.

Мантрика подобно медаптечке,

В ней набор огромнейший цитат,

Жизненная мудрость – человечна,

Мудрость, как наука и без дат.

И духовность в мудрости – бесценна,

Опыт, знанья в выплеске наук,

Вечность воли, разума – вот цели,

Книга жизни, как спасенья круг.

26.11.02

Шикарные мужчины в телефильмах:

Прищур, размах, размеры.

Ой – ля, ля!

Они в кино мозги и нервы фирмы,

Они красивы, право.

Ой – ля, ля!

Они мужья, любовники и парни,

И некие фигуры за столом,

Они кричат, и ходят, или в позах,

Ласкают, усмиряют жен излом.

Люблю идти не по теченью,

Всегда я там, где нет других,

Люблю я кофе и печенье,

И свой спокойный строгий лик.

Я одиночка по природе,

Обои клею я – одна,

Я не могу быть при народе,

Там очень бурная волна.

Опять ремонт. И вновь все чисто.

Опять работа и чертеж.

Я все придумала, я быстро.

Опять одна я. Ну и что ж?

Поземка вновь летает под ногами,

Морозный ветер просится в лицо,

Так медленно зима идет, шагами

Ее насквозь пронизано кольцо,

Оно еще зовется горизонтом.

Деревья принимают первый бой,

Они остыли и не знают толком,

Какой мороз назначен им судьбой.

Голубизна небесного мороза,

Сияет солнцем в ледяных лучах,

Так седина волос меняет роли,

Как и забвенье вечное на час.

Замерзла память, нет воспоминаний,

Твоя звезда ушла сквозь синеву,

На боль мою ложится только наледь,

А слезы все замерзли наяву.

Исчезли ласки, есть одни массажи,

А ласки – это летнее тепло,

Массажи, как морозные пассажи.

Массажи – это ласка сквозь стекло.

Мы созвонились, есть дела,

Что нас еще объединяют,

На наших чувствах годы – лак,

Что от эмоций сохраняет.

Нет снегопада, снега нет,

Не просит женщина о счастье,

Есть только цель, вся из конфет,

Но по конфетке есть не часто.

Исчезла чувства глубина,

Она еще зовется морем,

Когда в душе цветет весна,

Но еще встретиться мы можем.

Еще есть ревности виток,

Еще мы живы не напрасно,

И пусть пропал любовный ток,

О том двоим давно все ясно.

А самолеты, как в раю,

Летают в небе поднебесном.

Мы созвонились, я пою.

О, милый мой, какие бесы…

Желтые гривы роскошных лесов,

Ждут, заворожено пристальных взглядов,

Жесткие игры, как в лес тот засов,

Жизнь защищают и лес от проклятий.

Жадно хватаешь от жизни ты все:

Жирный кусок, уходящих мгновений,

Женщину ту, что ты любишь еще,

Жаркие взгляды – любовные звенья.

Желтые гривы на женских плечах,

Ждут ее очи с лесным вдохновеньем,

Жарко искрятся от чувственных чар,

Жухло колышутся – сказочный веер.

Жизнь – это сказка, истома судьбы,

Жаркие дни очень часто мгновенны.

Жалюзи леса – сквозняк без листвы,

Женское счастье всегда переменно.

Жесткие игры, семейный дуэт,

Желтой судьбою уходят с экрана,

Желтые гривы исчезли, их нет,

Желтое солнце встает только рано.

2002

Жгучий брюнет, как бионикум гибкий,