Обманутая любовь - Лаура Тейлор

Он полностью отдался ее жадным ласкам. Они перекатывались по кровати, сплетая руки и ноги, не отрывая друг от друга губ. Их страсть являла собой некий эротический балет, не знающий границ и запретов.

У Крейга была только одна мысль, одно желание — страстно погрузиться в ее глубины, соединиться с ней в неописуемом восторге.

Только когда они достигали вершины их близости, он освобождался от постоянного напряжения, от бессильной ярости из-за того, что не в силах что-либо изменить. Только тогда он чувствовал себя человеком, который держит судьбу в своих руках.

Каким-то образом Крейг понимал, несмотря на желание, поглотившее весь рассудок, что Челси и есть ответ на все его вопросы. Но он знал, что не может позволить ей стать такой важной частью его жизни. Она заслуживает большего, полноценного мужчину, свободного от горечи и стремления отомстить. Крейг еще раз напомнил себе, что Челси была только временным облегчением в его жизни и ничего больше. Он не мог рисковать, думая о ней, как о чем-то постоянном в его жизни, поскольку уже искушал судьбу, а не только свои плотские инстинкты, каждый раз, когда обладал ею.

Лежа поверх нее, Крейг внезапно оторвал свои губы и попытался справиться с дыханием. Челси лежала в ожидании, как дикая возбужденная кошка, но он все еще опасался причинить ей физическую боль, если потеряет полный контроль над собой. Он чувствовал ее руки на своих плечах, ее пальцы нежно поглаживали его кожу. Но возбуждение Челси нарастало, и она стала тихонько царапать плечи Крейга. Его имя слетало с ее губ, в голосе чувствовалось смятение, которое тронуло его сердце.

«Доверься мне, маленькая, — убеждал он ее. — Доверься мне». Челси затихла в смиренном ожидании, и Крейг вдруг осознал, какую власть над ней она давала ему. Он приподнялся на локте и повернувшись на бок, стал нежно ласкать ее грудь, легонько покусывая соски, и эта нежность скрывала то огромное напряжение, в котором находилось все его тело.

Челси опять произнесла его имя. На этот раз, Крейг услышал удивление и облегчение. Она потянулась к нему и сжала ладонями его щеки.

Он так жадно захватил ртом ее грудь, что Челси захныкала от изнеможения. Его рука поползла вниз по ее телу, она шевельнулась, раздвигая ноги.

Крейг нежно погладил пушистый холмик, своими ласками доводя ее до исступления. Она задохнулась, когда два его пальца проникли в ее влажное лоно, и содрогнулась. Крейга охватило такое безумное желание, что он не мог больше противиться ему.

«Пожалуйста, Крейг», — простонала Челси. — Я не могу больше». Он внял ее мольбам и без промедления вошел в нее. Стон вырвался из ее груди, когда он погрузил плоть в горячие глубины. Челси вскрикнула и вцепилась в его плечи.

Их тела сплелись. Крейг погрузился в пучину страсти, забыв обо всем на свете. Наслаждение волнами прокатывалось по его телу, отнимая разум.

«Великолепно!» — задыхаясь пробормотал он, не веря, что такое может происходить в действительности. Челси в экстазе закричала. Ее оргазм длился так долго и был таким сильным, что его собственное завершение было мощнее и длительнее, чем когда-либо прежде.

Обессилев, Крейг упал на нее. Она молча плакала. Он почувствовал влажный след на щеке, когда целовал ее, но не стал упрекать за сверхэмоциональность.

Они лежали в объятиях друг друга слишком утомленные, чтобы разговаривать. Время от времени судороги пробегали по их разгоряченным телам.

Челси дремала. Крейг предоставил все идти своим путем, забыв о ночных кошмарах и уснул. Через некоторое время проснулся, но не от панического страха, как это бывало у него по ночам, а от приятных ощущений, вызванных ласками Челси.

Она мучила его, доставляла ему наслаждение, удовлетворяла его, пока продолжалась ночь. Когда ему казалось, что не осталось сил даже для того, чтобы сделать вдох, не говоря уже о том, чтобы опять заняться любовью, его стремление к ней и жажда обладать ею, возвращалась вновь с десятикратной силой.

Их губы были постоянно слиты в поцелуе, расставаясь лишь ненадолго.

Они изучали друг друга, возбуждали друг друга. Они зажигали друг друга и с готовностью сгорали в пламени страсти. Никто из них не сдерживал себя. Тайное становилось явным, и это открывало новые возможности для взаимного наслаждения. Они отбросили все условности, все запреты и оковы, отпустили все тормоза, окунувшись в свои эротические фантазии, изобретая все новые и новые способы любовной игры. Их тела сливались снова и снова, их бесконечная страсть заставляла содрогаться в неописуемом восторге.

В одно из таких мгновений Челси воскликнула: «Я люблю тебя!».

Крейг замер, потрясенный. Сердце болезненно сжалось, чувства перемешались. Он знал только одно — он никогда не оправится от того, что потерял в этой жизни и всегда будет страдать от этого.

На следующее утро Челси глубоко опечалила отстраненность Крейга, но она уважала его потребность в молчании. Они по отдельности приняли ванну, оделись и молча позавтракали. В это же утро, Крейг повез ее к машине. Она очень хотела остаться с ним, даже если для этого ей пришлось бы оставить Сан-Франциско, но знала, что он не позволит. Крейг был слишком упрям, чтобы простить ей все грехи. Челси знала, что он не собирается больше когда-либо доверять кому бы то ни было, особенно, если это представляет для него угрозу. То, что Крейг живет в хижине высоко в горах, можно расценивать, как одно из средств самозащиты.

От его решения отвезти ее сегодня она совсем упала духом. Челси тихо вздыхала, пока он вез ее по разбитой дороге, и вглядывалась в его профиль, как бы стараясь запечатлеть в своей памяти. Все в нем притягивало ее. Так хотелось броситься в его объятия и умолять найти какое-то решение, которое помогло бы им начать все сначала, но она была убеждена, что Крейг отвергнет все ее попытки.

Челси вцепилась в край сидения и стала смотреть вперед, чтобы не поддаваться своему порыву. Они приближались к самодельному мосту. Крейг замедлил движение. Увидев мост, она вся напряглась, вспомнив, что здесь случилось.

Понимая ее беспокойство, Крейг остановил джип в нескольких метрах от моста. «Не бойся! Я вчера его основательно проверил, проехав по нему несколько раз». Наконец, он взглянул на нее. Сколько всего было в этом взгляде! Но через мгновение его лицо стало опять непроницаемо. «Мост безопасен».

Челси слабо кивнула, чувствуя себя слишком взволнованной, чтобы сказать что-нибудь. Когда Крейг въехал на мост, она закрыла глаза. В памяти сразу же всплыли картины ее падения. Новый мост также поскрипывал под колесами машины. Страх отпустил ее только после того, как они переехали через овраг Мысли тотчас же переключились на Крейга. Она горевала от того, что очень скоро им предстоит расстаться и возможно навсегда. Челси сделала бы все возможное и невозможное, чтобы вернуть то, что было между ними восемь лет назад. Выехав на лужайку перед воротами, Крейг остановил джип и спрыгнул на землю. Напряженной походкой он обошел машину и подошел к ней. Челси совсем забыла, что вместо туфель, которые она потеряла несколько дней назад, на ногах надеты шерстяные носки Крейга, и собралась было выйти из машины.