Колье с лукавой змейкой - Эдуард Сребницкий

Нырок. – Меня зовут Костя, Костя Нырков. Или просто Нырок.

– Значит, это ты, Нырок, сначала катанул моих парней в карты, а теперь грабишь мой ломбард?

– Я не граблю! Наоборот, ваш оценщик украл мою вещь!

– Приговор будет таким, – сказал Тёмный, не слушая объяснений. – За свои действия, Нырок, ты заслуживаешь мучительной смерти!

Поднявшись, криминальный босс направился к выходу. Нырок задёргался в путах.

– Если только… – остановился Тёмный у двери.

– Как хорошо вы это сказали: «Если только»! – воскликнул Нырок. – Не уходите, я слушаю!

– Если только не согласишься воспользоваться предоставленным тебе шансом.

– Я соглашаюсь, соглашаюсь! Что за шанс?.. Развяжите меня! – обратился Нырок к бандитам. – Я хочу по-деловому обсудить условия.

– Никаких обсуждений, – отрезал криминальный босс Тёмный. – Ты или соглашаешься или ложишься на распилочный стол.

– Я и говорю, чего обсуждать, когда и так всё ясно! Но может быть, меня развяжут? А то с раскинутыми руками мне всё время хочется вас обнять.

– Развяжите его.

Умник и Чугун, распустив ремни, стащили Нырка с доски. Потерев затёкшие руки и ещё раз размяв пальцы, Нырок достал телефон.

– Мне надо срочно позвонить своей невесте. Её зовут Феопистия. Если я не позвоню, будет скандал.

– Потом позвонишь, – сказал Тёмный.

– Вы не знаете моей Феопистии. Она контролирует каждый мой шаг. Сегодня она спросила: «Куда ты идёшь?» Я сказал: «В ломбард». Она сказала: «Обязательно позвони мне, как выйдешь из ломбарда». И если я не позвоню, Феопистия сначала примчится туда, а потом поднимает на уши всех, кого можно. Вам нужен этот шум?

– Хорошо, звони, – нехотя разрешил криминальный босс Тёмный.

Нырок набрал номер.

– Аллё, Пистя? Это Костя. Нет, со мной всё хорошо. Просто в ломбарде я встретился с одними милыми ребятами. Они передают тебе привет… Могу я передать от вас привет? – тихо спросил он бандитов и быстро вернулся к разговору: – А ты чем занимаешься?

Нырок долго слушал, кивал, а потом, зажав трубку, по-свойски зашептал бандитам:

– Её не переслушаешь. Пусть треплется, а мы можем обсудить дела. Что от меня требуется?.. Да, любимая, я здесь.

Раздражённый телефонной болтовнёй Тёмный раздумывал, не прервать ли её немедленно, но всё же решил продолжить разговор.

– В этом городе есть один человек, который слишком много возомнил о себе, – сказал Тёмный. – Когда-то мы были с ним партнёрами, но потом он кинул меня. И при этом кричит на каждом углу, что это я кинул его! Я по натуре отходчивый и давно бы простил бывшего партнёра, но его жестокость, – воздел Тёмный бинты, – и жадность не знают границ. Он хочет забрать последнее, что у меня имеется.

Достав платок, Тёмный утёр набежавшую слезу.

– В общем, нужно поставить его на место, и поставить так, чтобы он надолго запомнил.

В голос Тёмного вернулись железные ноты.

– Я задумал почистить ювелирный магазин Щуки. Понимаешь, о чём речь? Обокрасть!

– Да! Обокрасть ювелирный магазин, что ж тут непонятного? – отозвался Нырок.

– И ты будешь принимать в этом участие. У моих ребят есть много достоинств, но, к сожалению, у них нет изобретательного ума! А без него одолеть Щуку не получится.

– Ну, чего-чего, а ума у меня в достатке, – подтвердил Нырок.

– У тебя его тоже нет. Но зато есть, как мне сказали, ловкость рук, кураж и наглость.

– Кто сказал?

– Тот, кто должен всё придумать. Кузов, подойди сюда.

Из-за сложенных вдоль стены досок появился Кузов, как представил его криминальный босс Тёмный. Нырок же называл появившегося человека по-другому: «сушёный» – тип, с которым они вместе были в дороге и который так мастерски увёл у него в торговом центре бриллиант в форме сердечка.

– Так это ты сдал им меня, Кузов? – спросил Нырок.

– Нет, они сами тебя нашли. Но, признаюсь, однажды я видел твой забег от них и намекнул, что был бы не прочь с тобой поработать. И ты ведь сам напрашивался ко мне в подельники.

– Напрашивался в подельники? – возмутился Нырок. – Хорошо, милая, – просюсюкал он в трубку, – я скоро приеду, и мы договорим.

Нырок в сердцах отключил телефон.

– Ты называешь это делом? Мне здесь не платят ни копейки и только обещают в лучшем случае не разрезать на куски!

– Без меня и разрезали бы. Но раз я имею к твоему приглашению некоторое отношение, то даю слово рассчитаться, – сказал Кузов. – Правда, чуть позже, когда мы закончим здесь.

– Я так не согласен! Чуть позже, когда рак на горе свистнет.

– Твоего согласия никто не спрашивает! – прикрикнул Тёмный.

– Я забыл, – опомнился Нырок. – Принимаю все условия. Всегда мечтал бомбить магазины в такой дружественной компании. Но пусть ваши ребята зачехлят пилу, она меня нервирует.

– Хотя такого нырка, как ты, нужно держать и шкурным интересом, – задумчиво проговорил криминальный босс Тёмный. – А то бегай потом за тобой по стране… Что ты хотел в моём ломбарде?

– Забрать одну безделушку, – оживился Нырок. – Женское украшение на шею. В нашей семье оно передаётся по наследству от деда к внуку.

– Женское украшение от деда к внуку?

– А что делать? У нас в семье было женское украшение и не рождалось ни одной девочки. Пришлось передавать его от деда к внуку. С оценщиком в ломбарде мы договорились, что он посмотрит безделушку и отдаст обратно. Но тут пришли эти костоломы, и теперь мне приходится договариваться снова.

– Вот она, – хмыкнул Умник, подавая Тёмному колье с лукавой змейкой.

Рассматривая старинную вещь, криминальный босс положил её на ладонь.

– И дорого стоит?

– Какое там, – забеспокоился Нырок. – Сущие копейки.

– Хорошо, – проговорил Тёмный, убирая колье, – сделаешь работу, получишь свою безделушку обратно. А пока она полежит у меня в столе.

Такое обещание необычайно воодушевило Нырка.

– Давайте быстрее приступать! – засуетился он.

По знаку криминального босса Тёмного бандит Умник достал телефон и начал показывать Нырку на экране фотографии. Все они изображали одного человека: Щуку, которого Нырок помнил по ресторану.

– Его фамилия Щукин. Кликуха Щука, – пояснял Тёмный. – Владелец ювелирного магазина «Золотой-бриллиантовый».

На очередной фотографии Нырок увидел ювелирный отдел, из которого увёл золотое кольцо с драгоценным камнем.

– Этот магазин мы и должны будем тряхнуть. И тряхнуть, так, чтобы Щука застучал зубами от злости и бессилия!

Чёрные мешки под глазами Тёмного задвигались, а порезанные пальцы сжались в кулаки.

– К концу недели я жду от вас двоих план наскока. Есть вопросы?

Нырок отрицательно замотал головой.

– Тогда все свободны. И напоминаю кое-кому: распилочный стол наготове.

Криминальный босс Тёмный вытянул вперёд забинтованную руку с розовым бриллиантом. Присутствующие выстроились друг за другом, чтобы почтительно её поцеловать. Глядя на остальных, вслед за Кузовом встал и Нырок.

– Он что,