Гросс - Оченков Иван Валерьевич

– Позвольте представить вам, господа, – начал Март, – моего опекуна его превосходительство контр-адмирала Зимина. Именно он будет представлять мои интересы перед вами и Опекунским комитетом. По крайней мере, до тех пор, пока не наступит мое совершеннолетие.

Члены совета во главе с Фадеевым сдержанно поклонились своему новому коллеге.

– Надеюсь на плодотворное сотрудничество, – невозмутимо заявил Илья Сергеевич и протянул руку. – К тому же, пользуясь случаем, хотел бы поздравить ваше превосходительство с давно заслуженным чином!

– И мы тоже! – поддержали управляющего все присутствующие.

– Благодарю, господа, – отвечал адмирал, направляясь к месту главы компании.

– А мне позвольте откланяться, – уступил ему кресло Колычев. – Дела!

– Успехов вам, Мартемьян Андреевич! Не забывайте нас…

– Ни в коем случае, – бесстрастно отозвался владелец компании, а про себя подумал: «И вы меня долго не забудете!»

Дождавшись ухода Марта, Зимин попросил слова и начал свою первую речь перед советом директоров.

– Господа, я хотел бы вынести на совет предложение о немедленной ревизии во всех отделениях, заводах и подразделениях компании!

– Требование вполне законное, но чем вызвана подобная спешка? – спокойно отреагировал ожидавший чего-то подобного Фадеев.

– Как минимум тем, что подобных проверок не случалось со времен безвременной кончины прежнего владельца ОЗК Федора Ивановича Колычева.

– Все так, но видите ли, ваше…

– Прошу не затруднять себя титулованием. На подобных заседаниях полагаю достаточным имени и отчества!

– Благодарю. Так вот, любезнейший Владимир Васильевич, все дело в том, что подобные проверки, при всей их очевидной необходимости, на некоторое время совершенно парализуют работу предприятий. И, к глубочайшему моему сожалению, в сложившейся теперь ситуации я полагаю это совершенно недопустимым! Уверен, что Опекунский комитет согласится с моим мнением на этот счет.

– Вот как? Напомните мне, ОЗК сейчас занята выполнением каких-то срочных заказов?

– Нет, но…

– К тому же это не моя прихоть, а пожелание государя императора.

– Вы серьезно?

– Такими вещами, Илья Сергеевич, не шутят. Впрочем, вот его именное повеление на сей счет, – достал из-за пазухи документ Зимин. – Благоволите ознакомиться!

– Что ж, – вынужден был согласиться управляющий. – В таком случае и говорить не о чем. Полагаю, среди присутствующих нет возражений?

А Март в это время шел к своему автомобилю, насвистывая себе под нос какую-то незамысловатую мелодию. Выцарапать именное повеление у царя было не самым простым делом, но и отказать повода не нашлось. Так что пока все идет по плану, а там посмотрим. Теперь же ему нужно успеть забрать из Учебного центра Витьку с Таней и срочно возвращаться на базу. Сегодня должен прибыть цесаревич, а у них, как водится на Руси-матушке, ничего не готово. Ни учебных материалов, ни необходимой документации…

– Господин Колычев, – прервал течение его мыслей чей-то срывающийся голос. – Господин сенатор, ваше превосходительство…

– Что? – обернулся он и наткнулся глазами на высокую и худую фигуру Шпекина. – Ах, это вы. Право, не ожидал. Чем обязан?

– Прошу прощения, вашество, – еле выговорил запыхавшийся коллежский регистратор. – Но вы редко бываете в Совете, а новости срочные…

– Говорите!

– Видите ли. Мне некоторым образом удалось узнать, что ваш опекун капитан первого ранга Зимин в скором времени получит назначение в Четвертую эскадру. Так сказать, вернется в родные для вас пенаты…

– Допустим. Но откуда эта информация? Все же Сенат далековато от штаба ВВФ.

– В том-то и дело, что назначение производится не обычным порядком, а через наше заведение. Это показалось мне странным, и я решил, что вам будет интересно.

– И впрямь, но к чему такая таинственность?

– Не могу знать! – развел руками чиновник, но потом воровато оглянулся и, подвинувшись, насколько позволяли приличия, к Колычеву, горячо зашептал: – Рискну предположить, что таким образом информацию о назначении хотели скрыть от его высокопревосходительства адмирала Колчака. Он ведь бывший тесть вашего опекуна?

– Вполне вероятно, – задумчиво кивнул Март.

– Но самое главное, прибыть господин Зимин к новому месту службы должен самым срочным образом. Да-да, так и написано, немедленно!

Это обстоятельство многое меняло. Ревизию в ОЗК, конечно, начнут. Идти против именного повеления дураков нет. Но контролировать процесс срочно убывший к новому месту службы Зимин не сможет, а без этого ожидаемого эффекта от проверки может и не случиться. И ведь как все филигранно спланировали, сволочи…

– Благодарю вас, Николай Аполлинариевич, – вспомнил имя-отчество добровольного помощника Колычев, – ваша услуга не окажется безнаказан… то есть я хотел сказать, без награды.

– Боюсь, вы не так уж ошиблись, – еще раз воровато оглянулся Шпекин. – Но я все же надеюсь на ваше высокое покровительство.

– Конечно, дружище. Вы всегда можете рассчитывать на меня.

Большую часть своей жизни Игнат Вахрамеев провел на службе. За это время почти забылись родные места, а форма будто приросла к коже. И если бы не проклятая хромота, старый вояка до сих пор бы служил в абордажной команде какого-нибудь фрегата или, на худой конец, в учебной части. Но судьба-злодейка распорядилась по-своему. А теперь все совсем с ног на голову стало. От ставших одолевать его старческих болячек крестник вылечил, а вот куда вернувшуюся силушку девать, не сказал…

Раньше хоть матросы из взвода охраны у них на мызе квартировали, можно было их погонять, а теперь что же? Ей-богу, хоть волком вой!

– Женись, дядька Игнат, – как-то в шутку посоветовал Витька.

– Это можно, – хитро улыбнулся в усы отставник. – Вот отобью у тебя Таньшу, будешь знать, как зубоскалить над старым человеком!

– И вовсе вы не старый, – мягко улыбнулась Калашникова.

– Пойдешь за меня? – приосанился Вахрамеев.

– Я подумаю, – лукаво усмехнулась девушка, бросив выразительный взгляд на Кима, никак не ожидавшего подобного эффекта.

– Так ты быстрее соображай-то, – продолжил зубоскалить дядька Игнат. – А то тут под Питером вдовушек много. И с домами, и с хозяйством… гляди, проворонишь счастье свое!

– Если с хозяйством, то и думать нечего, – расхохоталась Татьяна. – У меня ни кола, ни двора…

– Вот засада!

Все изменилось, когда в их экипаже появился новый курсант. Март в тот день, как обычно, усвистал в город, забрав с собой молодежь. Ибрагим уже который день безвылазно торчал у себя в мастерской, а Игнат, не найдя себе другого занятия, копался в саду. Услышав, что ко двору подъехал автомобиль, Вахрамеев отложил в сторону лопату и выглянул за ворота.

Там переминался с ноги на ногу молодой человек в мундире ВВФ и чистыми погонами. Погода была не по-весеннему теплой, поэтому незнакомец снял куртку и держал ее в руке. Вторая была занята легким портфелем. Еще один чемодан стоял на земле. Доставивший его до места таксист как раз получил плату, после чего развернулся и уехал.

– Доброго здоровья, господин хороший! – поприветствовал незваного гостя Вахрамеев.

В старом комбинезоне и перепачканных землей сапогах, он, очевидно, не выглядел военным, поэтому молодой человек просто сказал ему:

– Здравствуйте!

– Потеряли кого?

– Я ищу капитана Колычева, – охотно пояснил юноша.

– И зачем он вам? – продолжил допрос почуявший жертву отставник.

– Я буду проходить практику на корабле «Ночная птица»… А вы, простите, кто?

– А я, положим, на этом корабле боцман! – нехорошо улыбаясь, ответил дядька Игнат. – А скажи мне, служивый, ты ежели практикант, то по какому такому случаю одет не по форме? Старших по званию, опять же, не приветствуешь, как положено?

– Вы и сами не в мундире, – имел неосторожность возразить незнакомец.

– Молчать! – разом прекратив дискуссию, рявкнул Вахрамеев. – У нас сегодня согласно утвержденному командованием плану – парко-хозяйственный день!