Несомненная реальность - Евгений Лотош

— Ты ошалел? — вслух спросил он. — Чего оружием размахиваешь?

Филер, медленно разгибаясь, со злобой посмотрел на него.

— А вы не подкрадывайтесь сзади, господин Кислицын, — с трудом выдавил он, все еще хватая ртом воздух. — В следующий раз могу случайно и пальнуть.

— Ну, извините, — развел руками Олег. — Не думал, что вы такой нервный. Вы, собственно, кто? Господин Медников послал, или вы из другой конторы?

— Все-то вы знаете, господин Кислицын, — процедил сквозь зубы филер. — А если знаете, чего хулиганите? Где я оплошал? Как вы меня просекли?

— Совершенно случайно, — утешил его Олег. — Оглянулся на девушку, заметил вас. Правильно говорят, все зло от баб. Может, все же представитесь? А то неудобно как-то «эй, ты!» обращаться.

— Теперь Евстратий Павлович снова морду начистят, — вздохнул незадачливый шпик. — Да что уж там… Штабс-капитан Чумашкин Иван Дмитриевич, к вашим услугам.

— Что, на полном серьезе побьет? — удивился Олег. — А мне показался вполне приятным спокойным человеком.

— Приятный и спокойный, — кивнул штабс-капитан Чумашкин. — Пока не оплошаешь. Ну, господин хороший, ладно, подловили вы меня. Впредь наука выйдет. А что вы-то сами дальше делать собираетесь? Надеюсь, понимаете, что мне придется описать случившееся в рапорте?

— Прекрасно понимаю, Иван… Дмитриевич? — кивнул Олег. — Конечно, ребячество вышло моей стороны. Вы просто приказ выполняете, на вас бросаться толку нет. С начальством вашим надо общаться. Ну, раз уж так вышло, может, пойдем пообедаем? Тут недалеко местечко есть. Кормят прилично и недорого. Как вы?

— За такое мне не только ряшку начистят, — слабо усмехнулся Чумашкин, засовывая оружие обратно в карман. Он уже немного успокоился. — Меня вообще из филеров попрут, и правильно сделают. Где же слыхано – филер с подопечным за одним столом обедают?

— Не попрут, — отмахнулся Олег. — Все объяснения беру на себя. Пойдемте, пойдемте, господин штабс-капитан, я угощаю. А по дороге поговорим, — он ухватил шпика за рукав и, невзирая на слабые протесты, повлек за собой. — Кстати, я правильно понимаю, что ваш пистолет – «браунинг»?

— «Браунинг», — очумело кивнул Чумашкин, явно не понимая, как вести себя с ненормальным подопечным. Он прикинул, как по-идиотски будет выглядеть в глазах напарника, когда тот заметит его под ручку с объектом наблюдения, и тяжело вздохнул. Карьера катилась псу под хвост, служебные перспективы, еще такие радужные десять минут назад, внезапно затуманились… но сопротивляться господину Кислицыну Олегу Захаровичу оказалось почему-то решительно невозможно. Чувствовалось в нем что-то… не описуемое словами, что-то магнетическое, как у гипнотизера в цирке.

Да какого черта! — внезапно решил штабс-капитан. В конце концов, его приставили не только следить, но и охранять. Кем бы ни являлся Кислицын, он вряд ли враг государства, подрывной элемент и прочее. Вдруг слежка – элемент какой-то проверки на благонадежность перед тем, как дать ему приличную должность в руководстве Отделения. А с будущим начальством всегда нужно поаккуратнее. Он еще раз тяжело вздохнул и поплелся за поднадзорным.

— Вот и ладушки! — обрадовался тот, размашисто шагая по переулку. — Насколько я в курсе стандартных процедур Отделения, вы должны работать с напарником. Ведь так?

Чумашкин неопределенно пожал плечами.

— Ну, я думаю, его мы тревожить не станем. Пусть наблюдает издали. Еще раз ответственно заявляю – ни о чем не беспокойтесь, все объяснения с начальством – за мной.

Всю дорогу до ресторанчика Олег подробно выспрашивал своего невольного спутника о его жизни. Тот, хоть и нехотя, поведал, что ему тридцать два года, заканчивал он Вологодское юнкерское училище, служил какое-то время в армии артиллеристом, потом решил пойти в жандармы. Рекомендации у него имелись самые благоприятные, экзамены он сдал блестяще и уже мысленно примеривал на себя синий мундир, когда его вызвали в кабинет Медникова и после продолжительной беседы предложили заняться уличной слежкой. Поскольку Чумашкин всегда отличался недюжинной ловкостью, хорошо дрался на кулачках, а детстве недурно играл в прятки, должность филера оказалась ему как раз впору. Постепенно расслабившись, он рассказал о паре смешных случаях из своей деятельность. Вот, скажем, как-то раз на явочной квартире подпольщиков он забрался в ванной в бак для воды и пролежал там полдня. Услышав все, что нужно и дождавшись ухода боевиков, он уже собрался вылезать, как хозяйка квартиры решила принять ванну… Впрочем, в подробности эпизода филер вдаваться не стал.

Напарника его, следовавшего параллельным курсом по Малой Бронной, Олег вычислил почти мгновенно. Особых усилий тратить не пришлось, достаточным оказалось оглядеть местность на предмет непримечательных субъектов с отвисшими от удивления челюстями. Усмехнувшись, бывший Народный Председатель, как ни в чем не бывало, деловым шагом добрался до ресторанчика, не выпуская Чумашкина из поля зрения. Профессиональный долг мог с новой силой взыграть в том в любой момент, а у Олега уже начали складываться на него виды. Внезапно он почувствовал, что уже полностью вошел в свое амплуа любителя и умельца ловить рыбку в мутной воде. Мир вокруг уже растерял свою картонность театрального задника, и теперь можно вертеть им, как захочешь. Ну что же…

После завершения совместного обеда – Олег настоял на том, чтобы заплатить и за своего спутника – они рука об руку вышли на улицу. Олег глубоко вдохнул теплый полуденный воздух, мимоходом повторно срисовав напарника Чумашкина, и повернулся к своему сопровождающему.

— А что, Иван свет Дмитриевич, нет ли здесь поблизости завода, где сложную технику изготавливают?

— Технику? — не понял филер.

— Ну, машины всякие, механизмы…

— Машины? — Чумашкин задумчиво поскреб в затылке. — Нет, машины в Москве, кажется, не выпускают. За ними в Санкт-Петербурге, на Путиловский. Или в Коломну. У нас разве что у Гакенталя на «Манометре» что-то для машин делают, какие-то трубы для пара. Вообще лучше в железнодорожных мастерских справиться, в Брестских, например. Только неспокойно сейчас там, лучше не соваться без необходимости. Накостыляют по шеям-с. Еще в Бутырках завод имеется, насосы всякие-разные выпускает. Вообще по механической части заводы по большей части в столице расположены.

— Ага… — Олег нащупал взглядом извозчика, прикорнувшего на облучке своих старых облезлых дрожек. — Эй, ванька! Давай сюда! Мне, Иван Дмитриевич, хотелось бы своими глазами осмотреть какой-нибудь машиностроительный завод покрупнее. Что вы там про манометры сказали?