Газета День Литературы # 163 (2010 3) - Газета День Литературы

Какою же светлой легла полосою

Та встреча в историю крёстных сестёр!

Как будто бы свиделось небо с землею,

Во тьме беспросветной вдруг вспыхнул костёр.

Поэма сама настраивается на эпический былинный ряд. Это уже великое сказание о едином славянском роде. Такие строки и петь надо, как ораторию, исполнять как героическую симфонию. Это уже звучит могучее народное косноязычие, пусть не такое изысканное, как в бессмысленных постмодернистских сочинениях, зато поднимающее наши народы, призывающее их к прямому позитивному действию.

Вся поэма к тому же пронизана духом Православия и, естественно, это тоже отторгает от "Крёстных сестёр" наших либеральных или иноверных оппонентов. Православию как бы заранее ничего не прощается. Католическая церковь в Польше окружена любовью, и это как бы не оспаривается никакими либералами. Протестанты, буддисты, мусульмане имеют право на свою литературу, свою поэзию. Лишь Православие приравнивается чуть ли не к мракобесию. Кстати, часто как со стороны левых оппонентов, так и правых. Может, прав поэт Валентин Василенко, все дело в том, что именно церковь и скрепляет прежде всего наши славянские народы. А Польша с её католичеством как бы уже давно и к славянству не приписывается.

Немало колдобин, извилин и трещин

На этом тернистом, нелёгком пути,

Но Богом и предками нам он завещан.

Хранить его надо, чтоб дальше идти.

Крёстным сёстрам было что порассказать друг другу. Так в разговорах и раздумьях о былом и о будущем Белая Медведица и Белая Лебедь оказались незаметно для себя на берегу древнего славянского моря, и волны выносят им навстречу седого Бояна в старинных одеждах. И верно же, ведь нынче все народы, стремящиеся сохранить своё могущество и величие, берегут прошлое, древние заветы. В Китае и сейчас увидишь древних мифических героев, от Лунного зайца до охотника И, у англичан, у немцев, у кельтов Ирландии и Бретани живы мифы и предания, скрепляющие народы воедино. Может и нам пора понять, что никаких ракет не хватит для защиты, если наш духовный Космос будет истерзан. Вот древний Боян и обращается к сёстрам:

Не всё ещё сказано вами друг другу,

И дух ваш подорван, и мысль не в ладу.

А мытарей сколько вас водит по кругу,

Плясать заставляя под их же дуду?

Вещий Боян, передав свои наставления народам-сёстрам, взмыл в вольную высь птицей Сирин. И уже сама Вселенная, сами Небеса, встревоженные возможной гибелью России и Украины, обращаются к крёстным сёстрам с призывом к единению. Дальше уже путь сестёр лежит к своим народам, к образумлению их.

Природа вернула на грешную землю

Сестёр, изумлённых посланьем небес.

Сердца их, призыву Господнему внемля,

С восторгом пылали – огонь не исчез!

Лебель-птица на память подарила иконку "Владимир, крестящий народы Руси". Медведица, смахнув незаметно слезу, дала Лебеди свой компас для птенцов, дабы не сбиться с пути. И вот уже "красивая птица, с крылом лучезарным, К Майдану летела, вся в пламени грёз…". В пламени великой объединяющей надежды.

Вроде бы сказка, красивая легенда из старинных времен, а так в жизни и получилось. И быть вновь Белой Лебеди и Белой Медведице вместе.

Я бы назвал эту поэму Валентина Василенко сжатым и по месту и по сюжету эпическим сказанием. Как бы восстановились традиции древних лирников, бредущих по дорогам растерзанной Руси. Бредёт наш могучий лирник от села к селу, от города к городу, везде оставляя свой след, восстанавливая порушенный Космос славянского духа.

Может, и сумеем, как в былые времена, прислушаться к голосу лирников, устами которых ведает Господь, и вернём наше порушенное единство?!

Не будет приюта в земле и на небе

Тому, кто во имя короны, венца,

Родство превратит в пыль и чёрную небыль,

А зёрна вражды бросит братьям в сердца!

И пусть злобствуют эстеты и недруги наших народов. Поэма Валентина Ивановича не столько сказание о судьбах народов России и Украины, сколько размышление о нашей будущей совместной судьбе, о нашей великой и неизбежной общности. Думаю, не случайно в России поэма "Крёстные сёстры" издана журналом "Путеводная звезда. Школьное чтение" и рекомендована нашим детям для внеклассного чтения. Не случайно её включают в программу концертов. Слово единения должно быть услышано.

Людмила Щипахина «НЕ ЛГАВШИЕ НИ НЫНЧЕ, НИ ВЧЕРА...»

***

Где же вы подруги-поэтессы?

Что же вы, родные, замолчали?

Феи духа, королевы прессы,

Звёздочки восторга и печали.

Горестно дышать в продажном мире,

Быть его частицею – постыдно.

Потому – не слышно вас в эфире

И по телевизору не видно.

Никому не нужные таланты...

Ветер перестройки дует в уши.

Расстреляли, словно оккупанты,

Ваши очарованные души.

А вокруг беснуется, зверея,

Время нестерпимого разврата.

Солнечные ямбы и хореи

Отлетели временно куда-то...

Но Олимп пресветлый стоит мессы!

Да вернётся трепетная лира!

Милые подруги-поэтессы,

Достоянье Родины. И мира...

ОНИ и МЫ

Штампуя решенья и даты,

С душой, провалившейся в ад,

ОНИ восседают, где надо,

Присвоив продажный мандат.

Карьерные эти везенья

Окутаны в денежный мрак.

Невидимый орден презренья

Приколот на модный пиджак.

А жизнь и темна, и бесславна

В авариях, взрывах, слезах...

Седеющий пепел Беслана

Лежит на её волосах.

От НИХ – мы по-рабски зависим

Хоть ИМ наши беды не в счёт.

Коттеджи взмываются к высям

И нефть по карманам течёт.

Хоть ростом – не больше напёрстка

А духом – не выше тюрьмы…

ОНИ – одинокая горстка.

А толпы молчащие – МЫ!

***

Как мачеха теперь литература.

К душевным откровеньям не добра.

И смотрит день – презрительно и хмуро,

На доблестных служителей пера.

Не на заказ мы пишем, а на вечность.

От груза орд весомее строка.

А всяческая шоу-теленечисть

На нас, безумцев, смотрит свысока.

Но призванные в жизни чем-то ВЫСШИМ,

Презревшие людскую глухоту,

Покуда дышим – одержимо пишем,

Доверясь сердцу, ручке и листу.

И всё, что растоптали в веке новом,

С РУБЛЁМ, а не с ЗВЕЗДОЮ говоря,

Взойдёт, как степь, засеянная СЛОВОМ,

Единым СЛОВОМ, сказанным не зря.

Не признаны судьбой. Не обогреты.

Не лгавшие ни нынче, ни вчера,

Друзья мои, безвестные поэты –

Последние апостолы добра.

СТОЛИЦА

Тебе ли пристало, столица,

С державной дороги свернуть?

В фальшивые храмы рядиться,

Рекламы повесив на грудь.

Притворно и ахать и охать

Над горем великой страны,

Где топчется алчная похоть

У самой кремлёвской стены.