Игра в прятки. История американского подводного шпионажа - Шерри Зонтаг

6000 метров. И таким образом, путем проб и ошибок, по большей части ошибок, экипаж «Халибат» делал все возможное, чтобы это оборудование космической эпохи функционировало.

Довольно скоро экипаж начал убеждаться, что таинственная враждебная сила поселилась в «пещере летучих мышей». Были бесконечные проблемы с компьютером. Компьютерная операционная система «Интерлиф» требовала для работы 32 килобайта памяти. Когда компьютерные элементы в «рыбе» вышли из строя, новые элементы были секретно доставлены в Перл-Харбор в багаже стюардесс самолета компании «Американ Эйрлайнс». Затем проводились испытания глубоководного оборудования. Экипаж обнаружил, что некоторые системы прекрасно функционировали на глубине нескольких сотен метров, но переставали работать на глубине 5000 метров. Там давление оказывалось такое, что малейшей трещины в металле или в недостаточно прочных креплениях было достаточно, чтобы привести к полной аварии. Крошечные позолоченные резиновые разъемы, используемые в электросети «рыб», выходили из строя на глубине 3000 м, когда провода и золото начинали сжиматься в разной степени. В результате золото трескалось, и электрическая цепь размыкалась.

Стробоскопные фары, тщательно сконструированные для работы на «рыбе», функционировали очень хорошо. Но они оказались слишком яркими и слепили камеры. В конце концов были изготовлены менее яркие фары. К сожалению, видеоканал, который должен был суммироваться поочередно от каждой «рыбы», не поднимался по коаксиальному кабелю. Поэтому в первых походах экипаж «Халибат» получал зернистые изображения теней и ярких пятен. Экипажу удавалось получить качественные части фотографий только один раз в шесть дней, когда массивную «рыбу», в которой находилась пленка, поднимали на борт лодки.

«Если что-то стоит делать, то это стоит делать плохо», – постоянно повторял Крейвен, пытаясь шуткой как-то сгладить неприятности от неудач. Между тем он еженедельно встречался с конструкторами «рыбы» на заводе фирмы «Вестингауз» в г. Мериленд, надеясь в обмен на свои повествования о крушениях получить решение проблем. «Ну, хорошо, ребята, мы собираемся почистить кабель, но я хочу, чтобы вы все улыбались», – такими словами он начинал каждое совещание, вызывая иногда усмешки, а иногда и гримасы.

Однажды инженеры решили ответить на его приветствие по-своему. Они вручили ему прозрачную пластиковую коробку. В коробке находилась проволочная щетка. На тыльной стороне щетки была сделана надпись по трафарету «Крейвен», а рядом лежала небольшая пластинка, на которой было выгравировано всего одно слово: «Улыбайтесь!»

В один из последних выходов на испытания надводный корабль должен был сбросить объект в океан. Идея заключалась в том, чтобы использовать «рыбу» для поиска и подъема выброшенных за борт предметов. Экипаж «Халибат» должен был опознать предмет, который будет во время сбрасывания скрыт огромной коробкой от обзора через перископ. Затем дно коробки откроется, и предмет опустится на дно.

Погода стояла хорошая. «Халибат» и надводный корабль вышли в море. Подъемный кран на надводном корабле поднял коробку и опустил ее до поверхности воды. Как только коробка коснулась воды, ее дно открылось. Через мгновение с корабля на «Халибат» сообщили по радио, что предмет, который так усиленно хотели спрятать, не утонул, а плавает на поверхности воды. Моряки вытащили предмет обратно на борт и начали заворачивать его в брезент, заложив внутрь тяжелую якорную цепь. И снова выбросили предмет за борт. Вскоре после этого на борт корабля прибыло несколько офицеров из контрразведки ВМС. Они заставили всех находившихся на борту надводного корабля и уже точно узнавших, что за секретный груз был в коробке, дать обещание сохранять в тайне эти сведения. Судя по размерам коробки и реакции контрразведчиков, предмет должен был иметь сходство с головной частью ракеты.

В течение нескольких последующих дней «Халибат» вела поиски. В каком-то месте рычажный механизм управления застрял на дне реакторной камеры «Халибат», выключив ее. Это вынудило перейти на движение под дизелями. Затем была утеряна одна из суммирующих камер «рыбы», присоединившись на дне океана к тому мусору высоких технологий, который она была предназначена искать. Крейвен предвидел аварии с «рыбами». Он заказал шесть этих штуковин, хотя согласно проекту на «Халибат» одновременно использовались только две «рыбы». Он считал, что они потеряли всего-навсего запасную «рыбу», хотя и очень дорогую.

Наконец, другая «Рыба» была опущена в глубину и получила изображение искомого предмета. Позднее команда специального проекта с удовольствием и гордостью демонстрировала на борту лодки фотографию предмета поиска. Крейвен сделал запись в судовом журнале о большом успехе, первом показателе того, что «Халибат» реально может выполнять задачи, для которых и была переоборудована. Но экипаж «Халибат» не мог видеть этого. Большинство фотографий было вымарано во имя сохранения тайны. Что же касается экипажа подлодки, то он был уверен, что несмотря на трудности успешно завершены тяжелые поиски всего-навсего груды запутанной якорной цепи.

Глава 4

Бархатный кулак

Успехи «Халибат» убедили Крейвена в том, что лодка готова начать выполнять задачи по программе «Песчаный доллар». А в военно-морской разведке никто так страстно не желал верить ему, как капитан первого ранга Дж. Бредли. 46-летний Бредли только что возглавил военно-морской шпионаж и теперь регулярно встречался с Крейвеном в своем звуконепроницаемом кабинете, без таблички, на четвертом этаже Пентагона. Вход в кабинет закрывали три ряда дверей на замках. Охраняла вход секретарша, которая не допускала незваных посетителей. Она всегда говорила, что ничего не знает о Бредли и его сотрудниках. В его официальной биографии было обозначено просто управление военно-морских операций ВМС США и ничего более. Из официальных документов нельзя было догадаться, что он прикладывает руку к разработке разведывательных задач для каждой многоцелевой подлодки ВМС США. И ничего не говорило о том, что он был ответственным за планирование первых реальных походов «Халибат».

Бредли и Крейвен знали, что им не удастся бесконечно брать деньги из других управлений для содержания «Халибат» без высокопоставленной поддержки. Риковер уже охотился за ними, частично из-за того, что их подлодка, числившаяся как лодка «специального проекта», была одной из немногих атомных подлодок, которые он с трудом мог контролировать. Нужны были результаты, и как можно скорее, для того, чтобы их идея глубоководных поисков смогла выжить.

Как рассуждал Бредли, все советские ракеты, за запусками и падениями или авариями которых наблюдали другие подлодки, оставались пока всего лишь словами в перечне, если только «Халибат» не докажет свою способность превратить их в нечто большее. В противном случае 70 миллионов долларов и тысячи рабочих часов, потраченных на переоборудование подводного корабля, могут оказаться выброшенными в море.

Советский Союз создавал ракеты сказочными темпами после того, как был вынужден отступить во время ракетного кубинского кризиса. Испытываемые ракеты с пусковых установок в глубине Советского Союза и с