Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

в стене и побежали вдоль дома. Через футбольное поле, стреляя на ходу из тридцатимиллиметровой автоматической пушки, двигался тот самый БТР-3. Немного отстав, и пытаясь держать под прикрытием его брони, следом бежали полтора десятка солдат.

– Бегом, бегом! – поторопил я Дэна. – Потеряем темп и все, нам хана!

Выбежав на угол дома, мы нос к носу столкнулись с Боцманом, который раскидав мешки с песком в разные стороны, тащил на себя пулемет Калашникова.

– А где Иван? – переводя дыхание, спросил я.

– Спекся! Вместе с пулеметом в труху размолотило!

– Дэнчик, бросай РПГ, хватай пулемет и побежали, – ждать нельзя, БТР, уже совсем рядом. – Боцман, да отдай ты ему пулемет, у тебя вон кровь на руке, хочешь помочь – тащи запасные ленты.

Чуть ли не пинками пришлось подгонять Дэна и Боцмана, парни, хоть и моложе меня, но физическая подготовка у них никакая. Хрипят, как загнанные лошади, а мы пробежали всего ничего – метров триста, не больше! Да, парни, это вам не в «танки» по сети резаться, это, мля, война… тут бегать надо и еще как бегать, чтобы даже лошади от зависти курить начинали.

Благополучно покинув опасный район, мы пробежали еще метров пятьсот, а потом я сжалился и остановился. Спрятавшись от посторонних глаз, под низко висящим балконом первого этажа, я осмотрел и перевязал рану Боцмана – два длинных пореза на руке, след от осколка. Парень морщился, скрипел зубами от боли, но молча, терпел все процедуры.

С оружием у нас было все в порядке. У меня АКС-74, с шестью полными рожками, плюс к ним, четыре магазина Боцмана, который умудрился потерять свой автомат. У Дэна «укорот» с десятью магазинами, парень практически, еще и не стрелял, все больше на подхвате бы, поэтому и не успел истратить свое боезапас. Ну, а Боцман снова с пулеметом, к которому был один полный короб «сотка» и две ленты по пятьдесят патронов каждая. Пулеметные ленты, Боцман закрепил на груди, крест на крест, как знаменитый матрос Железняк. На троих, у нас было десять гранат. Парням, я отдал по две РГДешки, себе забрал оставшиеся шесть осколочных «фенек».

– Парни, задача все та же – освобождаем заложников. Через пару домов будет дорога – улица Блюхера, сразу за ней длинная пятиэтажка на двадцать подъездов. Скорее всего во дворе этой пятиэтажки есть лагерь-накопитель. Тактика, остается прежней – попадаем внутрь через окно, поднимаемся на крышу и наводим «кипишь». Я слегка отвлеку на себя противника, а вы под шумок залезете в дом. Ну, а там, как бог даст. Остреляете несколько лент и валите оттудова. Жалко, что второй рации нет, так было бы удобней координировать наши действия.

– А, что БРДМа не будет? – осторожно спросил Дэн.

– Нет, «бардак» отправился зачищать следующий «накопитель». Надо менять тактику, нельзя, нападать на каждый «накопитель» по очереди. Да и разделившись, мы успеем намного больше, чем действуя одной командой. Да, вы не бойтесь парни, вам только и надо, что создать как можно больше шума. Как стрельба начнется, заложники сами сообразят, что пора драпать. Вы, главное, перед началом стрельбы, не спешите – посидите чуток, осмотритесь там, что да как. Определите порядок стрельбы, первыми поражайте те цели, которые могут вас достать: пулеметные гнезда, гранатометчиков и так далее. И не «зарывайтесь», как только увидите, что заложники бросились в рассыпную, отходите. Лучше будет, потом еще с другой позиции открыть огонь, и для дела так полезней и для вас безопасней. Если больше не свидимся, то, как закончите, отходите к поселку Партизанский. Там должны быть наши. Сейчас проберетесь вдоль дома и ждите под балконами, как только начнется стрельба, не зевайте! Ну, все пацаны, давайте – ни пуха, ни пера!

– К черту! – синхронно ответили Боцман и Дэн.

Я, на крачках вылез из-под балкона и бесшумной тенью скользнул вдоль дома. Вступившая в свои права ночь никак не хотела быть тихой и сонной. По всему району раздавались звуки стрельбы и взрывов. К моему не малому удивлению стреляли не только в той стороне, куда уехал «бардак», но и там, где мы уже успели отметится – возле детских садиков. Между кем, там сейчас шел бой, было совершенно не понять. То ли наши подошли, то ли исламисты сцепились друг с другом. На войне всякое бывает. Помню, мне как-то в руки, попалась статья о военных потерях сил коалиции, во время войны в Афганистане, так вот на долю «дружественного огня» приходилось не меньше тридцати процентов, от общего числа погибши и раненных, это получается, что каждый третий солдат погиб от своих же пуль. Вот, такая вот, арифметика!

Оставшись один, облегченно выдохнул, все-таки, как ни крути, но, я одиночка по жизни. Всегда таким был, нет, семья понятное дело у меня есть – жена и две дочки, все как надо, я их очень люблю… но, вот в делах, партнеров и компаньонов у меня никогда не было. Вот и сейчас, оставшись один, я только обрадовался – не надо ни за кем следить, переживать и отдавать приказы, посылая людей на смерть. Одному, оно лучше и спокойней.

Автомат привычно лежит в руках… надо же, как будто и не было мирной жизни, казалось, что дом, семья, дети – все это было очень и очень давно, в той… старой жизни, где не было места оружию, врагам и постоянно опасности, которая может напасть на тебя из-за угла. Еще несколько недель назад меня заботили, совершенно другие вопросы: какой курс доллара будет к концу недели, подорожает ли к лету недвижимость, и если подорожает, то насколько, удастся ли в этом году курортный сезон или нет. А сейчас? Сейчас я думаю, о том, хватит ли мне патронов, да гранат, для предстоящей схватки… ну и чтобы в темноте не напороться на растяжку или какую-нибудь другую военную «пакость».

Улицу Блюхера, я пересек быстрым, рывком… раз и уже на другой стороне. С этой стороны двора царила непроглядная тьма, освещаемая лишь заревом близких пожаров. Кажется, группа Николая уже вступила в бой, где-то там вдалеке, возле недостроенного троллейбусного моста идет жаркая схватка. Тяжело им, видать, сейчас приходится. Враг, же не совсем дурак, разгадали наш не хитрый замысел, а может, элементарно перехватили мое сообщение по рации. Ну, да ладно, главное сейчас даже не освободить заложников, а не дать возможности врагу использовать их в своих целях. Ага, как бы это и не звучало жестоко и подло по отношению к ни в чем не повинным людям, но если