'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Ты же не всерьез. Это было бы ужасно.

– Но ведь так можно объяснить все, что нам известно, правда? – Короткий смешок Катая был нервным, на грани срыва. – Вообще-то, я с самого начала над этим размышлял, но подумал, мол, никто не может быть настолько безумным. Или жестоким. Но вспомни корабли Республики. Сколько времени потребовалось, чтобы построить такой флот? Вайшра много лет планировал развязать гражданскую войну, это очевидно. Но начал ее только сейчас. Почему?

– Наверное, не был готов.

– Или ждал, пока страна ослабнет, и тогда он победит Гадюку. Ждал, когда нас разобьют, чтобы подобрать обломки.

– Ему нужен был тот, кто нападет первым.

Катай кивнул.

– И для этой задачи Федерация – лучшая пешка. Наверняка он смеялся, когда мугенцы шли на Синегард. Могу поспорить, он годами ждал эту войну.

Рин хотелось возразить, сказать, что Вайшра не позволил бы невинным людям погибнуть, но она знала, что это не так. Ведь Вайшра с радостью готов был стереть с лица земли целые провинции, лишь бы сохранить Республику.

Лишь бы сохранить этот город. О боги!

А значит, пассивность гесперианцев во время Второй опиумной войны – не политическая ошибка, не задержка в переговорах, так и было задумано. То есть Вайшра знал, что Федерация убьет сотни, тысячи, десятки тысяч, и позволил этому случиться.

Сейчас, когда Рин об этом размышляла, так легко было понять, что никанцами манипулировали. Они были пешками в геополитических шахматах, и игра длилась годы, а то и десятилетия.

И ее не просто обвели вокруг пальца. Она сама была слепа и не видела намеков, она все это допустила.

Она была просто дурой, все проспала. Столько усилий потратила на сражения за Республику Вайшры, что даже не задумывалась о том, что будет после.

Какую цену запросят за помощь гесперианцы в случае победы? Ужесточатся ли эксперименты Петры, когда Рин больше не нужна будет Вайшре на поле боя?

Так глупо было воображать, что, если Вайшра за нее заступился, аркебузы гесперианцев ей не грозят. Теперь Рин это понимала. Несколько месяцев назад она была в смятении и напугана, отчаянно искала, за что зацепиться, и оттого доверилась ему. Но она неоднократно убеждалась, как легко Вайшра манипулирует людьми, словно марионетками в театре теней.

Сколько пройдет времени, прежде чем он ее продаст?

– Ох, Катай, – медленно выдохнула она. И внезапно ее обуял страх. – Что нам теперь делать?

Он покачал головой.

– Не знаю.

Рин начала вслух размышлять над вариантами:

– Хороших вариантов нет. Если переметнемся на сторону наместников-южан, мы покойники.

– А если ты покинешь Арлонг, гесперианцы объявят на тебя охоту.

– Но если мы останемся верны Республике, то сами выстроим себе клетку.

– И все это не имеет значения, если послезавтра мы не выживем.

Они уставились друг на друга. Рин услышала в тишине эхо сердцебиения – не то своего, не то Катая.

– Тигриная задница! – воскликнула она. – Мы все равно погибнем. Ведь Фейлен погребет нас под Красными утесами, так что все мы умрем.

– Необязательно. – Катай резко встал. – Идем со мной.

Рин оторопело уставилась на него.

– В чем дело?

– Сама увидишь. Я хотел тебе кое-что показать с тех самых пор, как ты вернулась. – Он схватил Рин за руки и поднял на ноги. – Просто не представлялось случая. Идем.

В конце концов они оказались в арсенале. Рин не была уверена, что они имеют право здесь находиться, потому что Катай сбил с двери замок, но сейчас ей было уже все равно.

Катай повел ее на дальний склад, вытащил из угла сверток и бросил его на стол.

– Это тебе.

Рин развернула парусину.

– Кожа? Спасибо. Мне нравится.

– А ты разверни.

Рин развернула странную конструкцию, состоящую из путаной комбинации постромок, железных прутьев и длинных кожаных полос. Рин смотрела и так и сяк, но так и не поняла, что перед ней.

– Что это?

– Знаешь, почему никто не мог победить Фейлена? – спросил Катай.

– Потому что он швыряет людей о скалы? Да, Катай, я помню.

– Ну, так вот. – В его глазах мелькнул огонек одержимости. – А если он не сможет? Что, если ты сумеешь сразиться с ним на его территории? Территория – не совсем верное слово, но ты поняла, о чем я.

Рин непонимающе уставилась на него.

– Я и понятия не имею, о чем ты говоришь.

– Теперь ты лучше контролируешь пламя, верно? И можешь вызвать его не задумываясь?

– Конечно, – медленно произнесла она. Теперь огонь стал словно продолжением ее тела, она могла сделать его выше и горячее. Но Рин все равно ничего не понимала. – Это ты и так уже знаешь. Какое это имеет отношение к Фейлену?

– И насколько раскаленным ты можешь сделать огонь? – напирал он.

Рин нахмурилась.

– А разве огонь бывает разной температуры?

– Вообще-то да. Можно получить разный огонь, в зависимости от типа поверхности. К примеру, есть разница между пламенем свечи и огнем в кузнечном горне. Я не эксперт, но…

– Да какая разница? – прервала его Рин. – Я все равно не смогу подобраться к Фейлену достаточно близко, чтобы его подпалить.

Катай нетерпеливо покачал головой.

– А если сможешь?

– Не все так гениальны, как ты, – огрызнулась Рин. – Скажи уже, что у тебя на уме.

Он ухмыльнулся.

– Помнишь фонари у Бояна? Те, которые должны были взорваться?

– Конечно, но…

– Хочешь узнать, как они устроены?

Рин вздохнула и решила дать ему высказаться.

– Нет, но, похоже, ты все равно расскажешь.

– Горячий воздух поднимается вверх, – с ликованием начал Катай. – А холодный опускается. В фонари накачивается горячий воздух, и он поднимает их.

Рин задумалась. Она начинала понимать, куда он клонит, но не была уверена, что ей понравится вывод.

– Я вешу гораздо больше бумажного фонарика.

– Все дело в пропорциях, – не унимался Катай. – К примеру, тяжелым птицам нужны крылья побольше.

– Но даже большая птица выглядит крохотной по сравнению…

– Значит, тебе понадобятся очень большие крылья. И огонь погорячее. Но в твоем распоряжении постоянный источник огня, так что нужно только посадить тебя в аппарат и наделить его способностью летать. Снабдить крыльями, так сказать.

Рин моргнула, а потом опустила взгляд на кипу кожи и металла.

– Да ты, верно, шутишь.

– Ни в малейшей степени, – радостно заявил Катай. – Хочешь попробовать?

Рин с опаской развернула аппарат. Он оказался на удивление легким, а кожа гладкой на ощупь. Рин гадала, где Катай раздобыл материалы. Она приподняла конструкцию, дивясь на аккуратные стежки.

– И ты соорудил все это за неделю?

– Ага. Но задумал еще раньше. На эту мысль меня натолкнул Рамса.

– Рамса?

Он кивнул.

– Половина