'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

о том, что я всех вас бросил. Но я без колебаний скажу, что ценю свой народ больше, чем когда-либо ценил Вас».

Глава 28

Ожидалось, что императорский флот достигнет Красных утесов через сорок восемь часов. В Арлонге кипела лихорадочная активность – республиканская армия спешила за два дня закончить приготовления к обороне. Горны в кузницах горели круглосуточно, днем и ночью, выдавая груды мечей, щитов и копий. Красные утесы стали топкой для горнила войны.

Вечером кузнец послал за Рин.

– Металл – просто чудо, – сказал он, вручая ей меч прекрасной работы – тонкий и прямой клинок с алой кисточкой на рукояти. – Больше у тебя такого нет?

– Пришлось бы плыть обратно на остров, – прошептала Рин, поворачивая меч в руках. – И покопаться там в скелетах, тогда, может, и найдешь.

– Понятно. – Кузнец вытащил второй меч, идентичный первому. – К счастью, металла оказалось в избытке. Вот, на случай, если потеряешь первый.

– Пригодится. Спасибо тебе.

Рин выпрямила руку с мечом, чтобы оценить его вес. Рукоять идеально лежала в ладони. Клинок был чуть длиннее, чем она привыкла, но легче, чем казался. Рин взмахнула им над головой по дуге.

Кузнец отпрыгнул подальше.

– Я решил, что тебе понравится меч подлиннее, так он достает дальше.

Рин перебросила меч из одной руки в другую. Она опасалась, что из-за длины с мечом будет труднее управляться, но, учитывая небольшой вес, он был как будто создан для нее.

– Ты что, называешь меня коротышкой?

Кузнец хмыкнул.

– Я лишь говорю, что руки у тебя не слишком длинные. Ну, как тебе?

Рин прочертила острием по воздуху и протанцевала знакомую Третью фигуру Сээцзиня. И удивилась, насколько легко вышло. Нэчжа был прав – с мечом она управляется куда лучше. В своем первом сражении она дралась с мечом. И убила им первого врага.

Почему она так долго дралась трезубцем? Теперь это казалось глупостью. Рин несколько лет практиковалась с мечом в Синегарде и чувствовала его как естественное продолжение руки. Вновь обрести меч – это как сменить церемониальное платье на удобную одежду для тренировок.

Рин с воплем бросила меч в противоположную стену. Клинок вонзился в дерево точно в том месте, куда она и целилась, под идеальным углом, рукоять слегка покачивалась.

– И как тебе? – спросил кузнец.

– Превосходно.

К дьяволу Алтана, его наследие и его трезубец. Пора взять в руки оружие, которое сохранит ей жизнь.

К тому времени как Рин вернулась в казармы, уже зашло солнце. Она быстро пробиралась между каналами, руки до сих пор ныли после нескольких часов перетаскивания мешков с песком в пустые дома.

Стоило ей подойти к двери, как из-за угла появилась тощая фигура.

– Рин?

Она дернулась и замерла. Новые клинки клацнули по полу.

– Это всего лишь я.

Фигура вышла на свет.

– Кесеги? – Рин подняла мечи с пола. – Как тебе удалось проникнуть за заграждение?

– Ты должна пойти со мной. – Он схватил Рин за руку. – Быстрее.

– Зачем? Что случилось?

– Не могу сказать здесь. – Он кусал губы, с опаской озираясь. – Но я в беде. Ты идешь?

– Я… – Рин бросила рассеянный взгляд на казармы.

Это могло плохо кончиться. Ей приказали не иметь дела с беженцами, когда она не в карауле, и, учитывая текущие настроения в Арлонге, вряд ли ее за такое похвалят. А если кто-то увидит?

– Пожалуйста, – взмолился Кесеги. – Дело плохо.

Рин нервно сглотнула. О чем она только думает? Это же Кесеги! Кесеги – ее семья, единственный родной человек.

– Конечно. Показывай дорогу.

Кесеги бросился бежать. Рин не отставала.

Она решила, что за забором что-то случилось. Какая-то заварушка, стычка между охранниками и беженцами. Наверняка за всем стоит тетушка Фан, как и всегда. Но Кесеги не повел ее обратно в лагерь. Он обогнул казармы и пробежал мимо шумных верфей к пустому пакгаузу в дальнем конце гавани.

За пакгаузом стояли три темные фигуры.

Рин остановилась. Среди них явно не было тетушки Фан – силуэты были слишком высокие.

– В чем дело, Кесеги?

Но Кесеги потащил ее к пакгаузу.

– Я ее привел, – громко объявил он.

Когда глаза Рин привыкли к полумраку, она узнала лица. И охнула. Это были не беженцы.

Она повернулась к Кесеги.

– Что это значит?

Он отвернулся.

– Мне нужно было как-то выманить тебя сюда.

– Ты мне наврал.

Он стиснул челюсти.

– Но иначе ты бы не пришла.

– Просто выслушай нас, – сказал Таха. – Прошу тебя, не уходи. Больше у нас не будет возможности поговорить.

Рин скрестила руки на груди.

– Теперь мы прячемся от Вайшры за пакгаузом?

– Вайшра достаточно натворил, чтобы нас погубить, – сказал Гужубай. – Это очевидно. Республика бросила юг на произвол судьбы. Союз должен быть расторгнут.

Рин поборола порыв закатить глаза.

– И какова альтернатива?

– Наша собственная революция, – тут же ответил он. – Мы не будем поддерживать Вайшру, наши войска покинут армию Дракона и вернутся в свои провинции.

– Это самоубийство. Только Вайшра способен вас защитить.

– Ты даже не можешь этого произнести, не покривившись, – сказал Чажоук. – Защита? Нас обдурили с самого начала. Пора перестать надеяться на крошки со стола Вайшры. Мы должны вернуться домой и драться с мугенцами. С самого начала следовало поступить именно так.

– С какой армией? – холодно поинтересовалась Рин.

Весь этот разговор не имел ничего общего с действительностью. Вайшра еще несколько месяцев назад назвал подобные заявления блефом. Наместники южных провинций не могли уйти домой. Без поддержки Федерация разобьет их армии.

– Мы должны создать армию, – признал Гужубай. – Это будет непросто. Но людей достаточно. Ты же видела лагерь беженцев. И знаешь, сколько там человек.

– А еще знаю, что они не подготовлены, не вооружены и голодают. Думаете, они способны драться с войсками Федерации? Республика – ваш единственный шанс на спасение.

– Спасение? – фыркнул Чажоук. – Через неделю мы все умрем. Вайшра поставил на гесперианцев, а они не придут.

Рин молчала. Ей нечего было на это ответить. Как и они, она понимала, что гесперианцы вряд ли когда-либо сочтут никанцев достойными помощи.

Но пока генерал Таркет не объявил со всей определенностью, что Альянс отказывает в помощи, у Республики еще есть шанс выстоять. Примкнуть к наместникам-южанам – очевидное самоубийство, особенно учитывая, что, если Рин покинет Вайшру, больше некому будет защитить ее от Серой гильдии. Она могла бы сбежать из Арлонга и спрятаться. И довольно долго избегать встречи с гесперианцами, если будет действовать по-умному, но они все равно когда-нибудь ее выследят. Они не остановятся. Рин понимала, что люди вроде Петры никогда не позволят ускользнуть тому, кто