'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Тигриная задница! – крикнул Рамса. Он стоял на вершине холма, прищурившись в подзорную трубу. – Вы это видите?

Рин встала.

– Что там?

Рамса яростно замахал руками, подзывая ее к себе. Он протянул Рин подзорную трубу и показал направление.

– Смотри туда. Точно между теми двумя деревьями.

Рин посмотрела в окуляр. Внутри у нее все перевернулось.

– Не может быть!

– Ну, это не твое воображение, – сказал Рамса.

– Да что там такое? – потребовал ответа Бацзы.

Рин беззвучно вручила ему подзорную трубу. Ей она теперь была без надобности. Сейчас, когда Рин знала, куда смотреть, даже невооруженным глазом она видела очертания императорского флота, медленно петляющего за лесом.

Казалось, будто она смотрит, как движется горный хребет.

– Это не корабль, – сказал Бацзы.

– Точно, – откликнулся Рамса. – Это крепость.

В центре императорского флота находилось чудовищное сооружение: квадратная трехпалубная крепость, похожая на стены Сяшана, которые отделились от земли и медленно движутся по реке.

Сколько солдат вмещает эта крепость? Тысячи? Десятки тысяч?

– Как эта штуковина держится на плаву? – удивился Бацзы. – Она наверняка неповоротливая.

– Тут и не нужно проворство, – сказала Рин. – Корабль под охраной всего остального флота. Крепость просто нужно подвести как можно ближе к городу. И тогда они возьмут его штурмом.

Рамса озвучил то, о чем все думали:

– И мы умрем, да?

– Выше голову, – сказал Бацзы. – Может, они берут пленных.

Их невозможно победить. В груди Рин расползался резкий и удушающий страх. Вся миссия бессмысленна. Бревна и дамбы могут задержать ополчение на пару часов, но флот такой мощи пробьет себе путь в любом случае.

– У меня вопрос, – сказал Рамса и снова всмотрелся через подзорную трубу. – Как выглядит флаг Тсолиня?

– Что-что?

– На нем зеленые змеи?

– Да…

Ее пронзило чудовищное подозрение. Рин выхватила у Рамсы подзорную трубу, но уже знала, что увидит. В арьергарде шли корабли с безошибочно узнаваемыми флагами провинции Змея.

– Что происходит? – спросил Бацзы.

Рин потеряла дар речи.

Там была не просто пара кораблей Тсолиня. Она насчитала уже шесть. Что значило одно из двух – либо Тсолинь проиграл сражение с императорским флотом и его корабли конфискованы, либо он переметнулся.

– Надо полагать, твое молчание означает самое худшее, – сказал Бацзы.

Капитан Далейн приказала немедленно отступать к Арлонгу. Солдаты снялись с места за несколько минут. Быстро сплавившись вниз по течению, они успеют предупредить Арлонг, но Рин не была уверена, что это сыграет какую-то роль. С кораблями Тсолиня императорский флот вырос вдвое. Теперь уже неважно, насколько крепка оборона Арлонга. Они не сумеют отбиться от такого огромного флота.

Пушечная канонада в Шаяне продолжалась всю ночь, а незадолго до рассвета резко оборвалась. На заре они увидели в небе серию дымовых сигналов от солдат Нэчжи.

– Шаян пал, – прочитала Далейн. – «Лунь» затоплен, но выжившие идут обратно в Арлонг.

– Мы можем прийти им на помощь? – спросил какой-то солдат.

Далейн ответила не сразу.

– Нет. Налегай на весла.

Рин погрузила весло в мутную воду, пытаясь не думать о худшем. Нэчжа мог выжить. Задание в Шаяне не настолько гибельное – Нэчже велели удерживать форт, сколько сумеет, а потом уйти в лес. И если он не получил серьезного ранения, сам Муруй придет на помощь. Бог его не покинет. Рин хотелось в это верить.

Около полудня они снова услышали далекую канонаду.

– Наверняка тот корабль, – сказал Рамса. – Пытаются пробить себе путь.

– Вот и хорошо, – отозвалась Рин.

Наверное, лучшей идеей Катая было затопить военный корабль. Императорский флот не может его разбомбить, ведь он лежит на дне, пушки не достанут. Если взорвать верхние палубы, будет только труднее извлечь затопленный остов из Муруя.

Полчаса спустя канонада прекратилась. Видимо, ополчение посчитало это достаточным. Теперь они пошлют ныряльщиков, чтобы оттащить останки и очистить реку. Это займет дня два, самое большее три.

Но после этого флот возобновит неумолимое плавание к Арлонгу. А теперь, когда нет Тсолиня, его уже ничто не остановит.

– Мы уже знаем, – сказал Катай, когда Рин вернулась. Он выбежал на улицу, чтобы встретить ее в гавани. Его волосы торчали в беспорядке, словно уже несколько часов Катай расхаживал взад-вперед, дергая себя за локоны. – Выяснили два часа назад.

– Но почему? – воскликнула Рин. – И когда?

Катай беспомощно передернул плечами.

– Я знаю лишь, что мы в полной заднице. Пошли.

Она побежала вслед за Катаем во дворец. Эриден и группа офицеров толпились в главном зале заседаний вокруг далекой от действительности карты, потому что теперь с нее всего лишь стерли корабли Тсолиня.

Но Республика не просто потеряла корабли. Это не какая-то мелкая неурядица. Было бы лучше, если бы Тсолинь дезертировал или погиб. Но его предательство означало, что весь флот перешел на сторону все увеличивающегося флота Дацзы.

Капитан Эриден заменил фишки, обозначающие флот Тсолиня, на красные и отошел от стола.

– Вот с чем мы имеем дело.

Все молчали. Разница в численности была слишком вызывающей. Рин представила сверкающую змею, обвивающую мелкого грызуна, как она сжимает его тельце, пока не померкнет свет в глазах.

– Многовато красного, – пробурчала она.

– Да уж, – кивнул Катай.

– Где Вайшра? – спросила она.

Катай оттащил ее в сторонку и прошептал на ухо, чтобы не слышал Эриден:

– Заперся у себя в кабинете, наверное, швыряет вазы об стену. Просил его не беспокоить. – Он указал на свиток, лежащий на краю стола. – Утром пришло письмо от Тсолиня. Тогда-то мы и узнали.

Рин развернула свиток. Содержание она уже знала, но из-за какого-то болезненного любопытства хотела лично прочитать слова Тсолиня, в точности так же, как не могла не рассмотреть поближе расчлененные туши животных.

«Не такого будущего я для нас желал».

У Тсолиня был изящный мелкий почерк. Каждая линия выписана тщательно, до самого конца, каллиграфическим стилем, который кажется таким простым, но требует годы практики. Он писал не торопясь. Как человек, всегда уделяющий внимание внешним приличиям.

Но Рин заметила на листке иероглифы, написанные поверх других, смытых водой. Тсолинь переделал письмо.

«Вы знаете, что главные обязательства правителя – перед его народом. Я выбрал путь, который приведет к меньшему кровопролитию. Возможно, это помешает переходу к демократии. Я знаю, о каком будущем для страны Вы мечтаете, и понимаю, что я могу разрушить эти мечты. Но мои главные обязательства – не перед еще не рожденными людьми будущего, а перед теми, кто страдает сейчас, кто проводит дни в страхе из-за войны, которую Вы привели на их порог.

Я меняю сторону ради них. Так я их защищу. Я оплакиваю Вас, своего ученика. Оплакиваю Республику. Оплакиваю жену и детей. Вы умрете с мыслью