Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

воплощены преданность и воля к власти. Человек фанатичной энергии, любивший проповедовать два-три раза в неделю по два-три часа за раз и, кроме того, управлявший общественными делами и частной жизнью, - неудивительно, что "за двадцать четыре часа у меня не было и четырех свободных для естественного отдыха".20 Его мужество сменялось своевременной робостью; у него хватало здравого смысла бежать от неминуемой смерти; его обвиняли в том, что он подстрекал протестантов к опасной революции в Англии и Шотландии, сам оставаясь в Женеве или Дьеппе; и все же он столкнулся с сотней опасностей, осудил в лицо продажного Нортумберленда и позже провозгласил демократию перед королевой. Никакие деньги не могли его купить. Он считал или утверждал, что его голос - это голос Бога. Многие приняли его утверждение и приветствовали его как божественного оракула; поэтому, когда он говорил, сказал один английский посол, "он вселял в нас больше жизни, чем 500 труб, трубящих в наши уши".21

Кальвинистское вероучение было одним из источников его силы. Бог разделил всех людей на избранных и проклятых; Нокс и его сторонники принадлежали к избранным и поэтому были предназначены Богом для победы; их противники были отступниками, и рано или поздно ад станет их домом. "Мы убеждены, - писал он, - что все, что делают наши противники, - дьявольщина".22 К таким проклятым Богом противникам не должно быть христианской любви, ибо они - сыны сатаны, а не Бога; в них нет ничего хорошего, и их следовало бы полностью истребить с земли. Он радовался той "совершенной ненависти, которую Святой Дух зарождает в сердцах избранных Божьих против нарушителей Его святых уставов".23 В противостоянии с поганцами все методы были оправданы - ложь, предательство24,24 гибкие противоречия в политике.25 Цель освящает средства.

Однако моральная философия Нокса, на первый взгляд, была прямо противоположна философии Макиавелли. Он не признавал, что государственные деятели должны быть освобождены от морального кодекса, требуемого от граждан; он требовал, чтобы и правители, и управляемые подчинялись предписаниям Библии. Но Библия для него означала главным образом Ветхий Завет; громогласные пророки Иудеи были для него более значимы, чем человек на кресте. Он хотел склонить нацию к своей воле или сжечь ее пламенными пророчествами. Он претендовал на пророческую силу и верно предсказал раннюю смерть Марии Тюдор и падение Марии Стюарт - или эти желания по счастливой случайности исполнились? Он был непревзойденным судьей чужих характеров, а иногда и своих собственных. "По натуре я безжалостен", - мило признавался он; 26 а свое бегство из Шотландии он объяснял человеческой слабостью и "порочностью". 27 За его рычанием скрывался грубый юмор, и он мог быть как мягким, так и жестоким. Он с полнокровной искренностью отдавался своей задаче - установить власть очищенного и образованного священства над человечеством, начиная с шотландцев. Он утверждал, что добродетельное священство будет вдохновляться Богом, так что в обществе, управляемом таким образом, Бог и Христос будут царем. Он верил в теократию, но сделал для демократии больше, чем любой другой человек его времени.

Его труды не были литературными упражнениями; это были политические громовые раскаты. По силе ярости они соперничали с Лютером. Римская церковь была для него, как и для Лютера, "блудницей... полностью оскверненной всеми видами духовного блуда". 28 Католики были "язвенными папистами" и "массовиками-затейниками".29 а их священники были "кровавыми волками".30 Ни один человек того красноречивого века не был более красноречив. Когда Мария Тюдор вышла замуж за Филиппа II, Нокс разразился "Верным наставлением профессорам Божьей истины в Англии" (1554 г.): Разве Мария не показала себя

быть открытой любовницей императорской короны Англии... ввести чужеземца и сделать гордого испанца королем, к позору, бесчестию и разорению дворянства; к отнятию у них и у них самих их почестей, земель, владений, главных должностей и повышений; к полному упадку сокровищ, товаров, флота и укреплений королевства; к унижению йоменов, к рабству простолюдинов, к ниспровержению христианства и истинной религии Божьей, и, наконец, к полному ниспровержению всего общественного состояния и содружества Англии? .. . Бог, ради Своей великой милости, возбуди какого-нибудь Финееса, Илию или Иеху, чтобы кровь мерзких идолопоклонников утихомирила гнев Божий, чтобы он не поглотил весь народ! 31

Но время от времени, хотя и реже, он писал отрывки нежности и красоты, достойные святого Павла, который вдохновлял их, как, например, в "Письме... к братьям в Шотландии":

Я не буду прибегать к угрозам, ибо я надеюсь, что вы будете ходить, как сыны света среди этого злого рода; что вы будете, как звезды в ночное время, которые еще не изменились во тьме; что вы будете, как пшеница среди колосьев... чтобы вы были из числа благоразумных дев, ежедневно обновляющих светильники свои елеем, как те, которые терпеливо ожидают славного явления и пришествия Господа Иисуса, чей всемогущий дух управляет и наставляет, освещает и утешает ваши сердца и умы во всех напастях ныне и присно и во веки веков.32

Более характерным был "Первый трубный выстрел против чудовищного полка женщин", написанный в Дьеппе в 1558 году против того, что казалось Ноксу чумой женщин-правительниц в Европе - Марии Тюдор, Марии Лотарингской, Марии Стюарт и Екатерины де Медичи. Мы можем понять его ужас перед тем, как Мария Тюдор применяла его принципы. Но даже если бы Мария не преследовалась, Нокс считал бы ее чудовищем, политическим уродом, нарушающим обычное правило, согласно которому мужчины должны управлять государствами. Он начал:

Удивительно, что среди стольких беременных умов, которых произвел остров Великобритания, стольких благочестивых и ревностных проповедников, которых когда-то питала Англия, и среди стольких ученых и людей серьезных взглядов, которых ныне изгнала Иезавель [Мария Тюдор], не нашлось ни одного столь стойкого мужества, столь верного Богу....что они осмеливаются увещевать жителей того острова, насколько отвратительна перед Богом империя или правление нечестивой женщины, да, предательницы и бастарда; и что может сделать народ или нация, лишенная законного главы, во власти Слова Божьего при избрании и назначении общих правителей и магистратов..... . Мы слышим, как жестоко проливается кровь наших братьев, членов Христа Иисуса, а чудовищная империя жестокой женщины... как мы знаем, является единственной причиной всех этих несчастий.....

Выдвижение женщины в качестве носителя власти, превосходства, господства или империи над каким-либо царством, народом или городом противно природе, оскорбительно для Бога, противоречит Его явленной воле и утвержденному постановлению; и, наконец, это подрыв доброго порядка, всякого равенства и справедливости..... . Ибо кто может отрицать, что противно природе, чтобы слепые были назначены руководить и управлять теми, кто видит? Чтобы слабые, больные и