Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

— М-м-м, кажется, одна птичка уже прошептала тебе на ушко о том, что здесь происходит, — с загадочной улыбкой посмотрев на Терренса, предполагает Ракель. — Или этот красавчик успел пожаловаться тебе намного раньше?

— Птичка не нашептала всех подробностей, — пожимает плечами Эдвард. — Только лишь то, что вы хоть и ругайтесь, но все равно старайтесь быть лучше и вовремя останавливаться, чтобы не довести все до желания расстаться.

— Правду сказала птичка… — Ракель слегка хлопает Терренса по колену. — Болтливая черноволосая птичка.

— Не я бы сказал, так ты не смогла бы промолчать, — невинно улыбается Терренс. — Так что считай, что я избавил тебя от нужды все объяснять моему братику.

— Я бы удивилась, если ты вообще ничего не сказал и захотел делать вид, что ничего не случилось.

— Эй, Ракель, а может, ты расскажешь мне, что у вас тут происходило до моего прихода? — хитро улыбается Эдвард, закинув руку на спинку дивана и слегка расставив ноги. — Конечно, Терренс уже признался, что у вас было что-то очень интересное, но в подробности меня не посвятил. Полагаю, ты серьезно занялась моим братцем, раз он пришел ко мне весь возбужденный.

— А тебе необязательно знать подробности, малой, — уверенно отвечает Терренс. — Но повторю еще раз, ты, мягко говоря, помешал нам с Ракель провести шикарное время вдвоем.

— Смотри, как бы тебя в вампира не превратили, — шутливо говорит Эдвард. — А то вдруг твоя метка от зубов заразна, и ты перекусаешь всех людей в темную ночь.

— Не бойся, Эдвард, твой братец останется человеком и не будет обращен в существо с клыками вместо зубов, — уверенно обещает Ракель, взяв Терренса за руку и на пару секунд положив голову ему на плечо. — Хотя не могу обещать, что я не буду кусать его…

— Беги, братик, пока она не обратила тебя, — скромно хихикает Терренс, приобняв Ракель за плечи. — Я задержу ее! А надо будет — и запросто свяжем эту красотку!

— Так, сейчас я тебя свяжу! — Ракель дает Терренс легкий хлопок по голове и еще больше взъерошивает ему волосы, пока тот скромно хихикает.

— Кстати, я смотрю, твой жених стал менее строгим в выборе одежды, — задумчиво отмечает Эдвард, рассматривая прическу и одежду Терренса. — А то раньше он не позволял себе даже легкой небрежности и всегда был буквально до блеска отполированный. Не могу поверить, что Терренс вышел ко мне с нечесаными волосами, торчащие в разные стороны.

— О, это еще превосходная прическа! — тихо хихикает Ракель. — Ты бы видел это чудо ранним утром! Скажу честно, я едва сдерживала свой смех, когда смотрела на воронье гнездо у него на голове.

— Серьезно?

— Да! И я с трудом уговорила его хотя бы немного привести себя в порядок. А иначе мой любимый жених крупно опозорился бы перед тобой. Ибо при виде такого зрелища ты бы очень долго смеялся.

— А что, братец, все было настолько плохо? — негромко смеется Эдвард, откинувшись на спинку дивана. — Хотел бы я посмотреть на это зрелище и сделать пару фоток, которым потом можно было выложить в Интернет на радость всем твоим поклонницам.

— Черт, вот я идиотка! — хлопает себя по лбу Ракель. — Надо было сфотографировать эту красоту и показать тебе! Уверена, ты бы был в восторге!

— Да, Терренс, надо совсем немного поговорить с Ракель, чтобы выведать у нее все, о чем ты умолчал в начале. Может, я даже потихоньку смогу узнать, что она такого с тобой сделала, раз ты был таким красным и едва мог дышать.

— Прошу тебя, Эдвард, не обращай на нее внимания, — с хитрой улыбкой машет рукой Терренс, закидывает руку вокруг шеи Ракель и прижимает ее к себе таким образом, что девушка полностью утыкается лицом в его плечо. — Она с утра немного говорливая. И если честно, эта болтушка уже утомила меня.

— Ха, это ты надоел мне тем, что постоянно лезешь обниматься и целоваться! — негромко усмехается Ракель и легонько пихает Терренса в бок. — Вот серьезно, Эдвард, я уже не знаю, куда деться от этого неугомонного павлина.

— Да, но ты сама напрашиваешься на неприятности. Разве я виноват в том, что ты делаешь все, чтобы их получить? Вот мне и приходиться немного остужать твой жаркий пыл.

— Лучше бы ты научился слушать меня и делать то, что я говорю. — Ракель отрывает голову от плеча Терренса. — Вот расскажи Эдварду, как ты убегал от меня, когда я пыталась причесать твои волосы. Ты наотрез отказывался привести себя в порядок и строил из себя плохого парня.

— Боже, Ракель, да чего ты мучилась! — по-доброму ухмыляется Эдвард. — Толкнула бы эту тушку на кровать, да привязала бы ее к ней. А если бы этот красавчик начал возмущаться, ты бы заткнула ему рот какой-нибудь тряпкой! Закончила бы дело, отпустила бы его и убежала, пока он не догнал тебя.

— Я обязательно привяжу его к кровати, но только ради кое-чего другого, — загадочно улыбается Ракель. — Того, что он никогда не забудет.

— Давай, дорогая моя, надери ему задницу!

— У меня очень много планов на этого красавчика.

— Ах, как же здорово, что ты у меня есть! — Эдвард с широкой улыбкой откидывается на спинку дивана. — Хоть я не один буду надирать зад своему братцу, которого надо время от времени спускать с небес на землю.

— Если он будет обижать тебя, то обращайся ко мне. Я немедленно разберусь с ним и заставлю быть с тобой милым и кротким.

— Эй, хватит устраивать заговор против меня! — восклицает Терренс, запускает руку в волосы Ракель и сильно взъерошивает их, также начав тихонько щекотать ее бока. — Вот так, бунтарка, получай!

— Нет, не надо! — заливается смехом Ракель, безуспешно пытаясь убрать руку Терренса из своих волос и нанося ему несильные удары по рукам и груди. — Испортишь же прическу! Хватит, придурок, мне щекотно! Эй! Щекотно говорю!

— О боже мой… — со смешком произносит Эдвард, откинувшись на спинку дивана и наблюдая за Терренсом и Ракель, которые начинают в шутку бороться друг с другом. — Вижу, что вы еще не успели наиграться.

— Все вопросы к этому придурку! — сквозь негромкий смех восклицает Ракель, указывая на Терренса, немного тяжело дыша и пытаясь заставить его перестать щекотать ее. — Да хватит уже щекотать меня, черт возьми! Я сейчас умру от смеха!

— Ну ладно-ладно, все, я перестал, — тараторит Терренс, перестает щекотать Ракель, обеими руками прижимает ее к себе и гладит по голове, пока она немного тяжело дышит. — Я пере…

Тут Ракель сама начинает лохматить Терренсу волосы, легонько бить где только можно и щекотать так, что