'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

твои способности. Ты ведь как лампа. Я пытаюсь понять, как сделать так, чтобы ты горела ярче.

Рин ткнула в нацарапанный неровный круг.

– Это что, я?

– Да. Источник пламени. Я пытаюсь разобраться, как именно это происходит. Ты можешь вызвать огонь в любом месте? – Катай махнул рукой в сторону реки. – К примеру, можешь поджечь тот тростник?

– Нет. – Рин знала ответ, даже не попробовав это сделать. – Огонь исходит изнутри, прямо из меня.

Да, именно так. Когда она вызывает огонь, он зарождается где-то внутри и выплескивается наружу.

– Он выходит через руки и рот, – сказала она. – Я могу вызвать его и из других частей тела, но так проще всего.

– Так значит, это ты источник пламени?

– Не столько источник, сколько… Скорее мост. Или ворота.

– Ворота, – повторил он, потирая подбородок. – Не те ли врата охранял Страж? Которые открывают путь ко всем богам?

– Вряд ли. Цзян… Цзян открывал врата к определенным существам. Сам видел, что нам показывала Сорган Шира. Думаю, он мог вызвать только этих тварей. Всех чудовищ императорского зверинца. Ведь об этом говорится в легендах? Но остальные шаманы… Трудно объяснить. – Рин пыталась подобрать нужные слова. – Боги присутствуют в нашем мире, но при этом не покидают свой собственный, а когда Феникс входит в меня, он может повлиять на наш мир.

– Но не так, как ему того хочется, – заметил Катай. – Во всяком случае, не всегда.

– Потому что я ему не позволяю. Все дело в самоконтроле. Если хватает присутствия духа, ты перенаправляешь силу бога и используешь в своих целях.

– А если нет? Что произойдет, если ты просто распахнешь ворота?

– Тогда я проиграю. Превращусь в подобие Фейлена.

– Но что конкретно это значит? – напирал Катай. – Ты совсем утратишь контроль над своим телом?

– Точно не знаю. Несколько раз, совсем ненадолго, мне показалось, что Фейлен внутри, пытается отвоевать обратно свое тело. Но ты видел, что случилось.

Катай медленно кивнул.

– Наверное, непросто вести мысленную битву с богом.

Рин вспомнила о шаманах, замурованных в камне Чулуу-Кориха, навеки запертых в ловушке собственных мыслей и сожалений, получив в утешение лишь осознание, что это наименее кошмарный вариант. Она содрогнулась.

– Почти невозможно.

– Значит, нужно просто найти способ побороть ветер с помощью огня. – Катай дернул отросшие спутанные локоны. – Интересная головоломка.

На плоту больше нечем было заняться, и потому они начали экспериментировать с огнем. День за днем Рин вызывала пламя, чтобы посмотреть, насколько далеко может зайти, насколько способна его контролировать.

Раньше Рин вызывала огонь инстинктивно. Все ее усилия были направлены на то, чтобы Феникс не захватил ее разум полностью, она и не задумывалась о том, как именно вызывает пламя. Но после каверзных вопросов Катая и осторожных экспериментов досконально разобралась в своих способностях.

Она не может захватить контроль над уже существующем огнем. И не может контролировать уже покинувшее ее тело пламя. Но способна придать ему форму и выпустить в воздух, однако огонь исчезнет за несколько секунд, если нечему будет гореть.

– А ты что при этом ощущаешь? – спросила она Катая.

Он чуть помедлил с ответом.

– Мне не больно. Ну, уж точно не так, как в первый раз. Это как будто… я совершил открытие. Какой-то шорох в затылке, но я не знаю его причину. А потом прилив адреналина – такой бывает, когда смотришь вниз с края утеса.

– Точно не больно?

– Даю слово.

– Чушь собачья, – сказала Рин. – Каждый раз, когда я вызываю огонь чуть больше обычного костра, у тебя такое лицо… Как будто ты при смерти.

– Правда? – заморгал Катай. – Наверное, просто рефлекс. Не волнуйся.

Он лгал. Рин это нравилось – Катай беспокоился о ней, а потому лгал. Но нельзя с ним так поступать. Она не может причинять Катаю боль и не волноваться об этом.

А если сможет – значит, все кончено.

– Ты должен говорить мне, когда уже слишком, – сказала она.

– Все совсем не так плохо.

– Хватит нести чушь, Катай…

– Самое главное – это желание. Не боль. Мне хочется еще и еще. Ты ведь понимаешь, каково это?

– Естественно. Это главное желание Феникса. Спалить все вокруг, еще и еще.

– И это так приятно. – Катай показал на нависшую ветку. – Попробуй еще раз.

За несколько дней Рин научилась нескольким трюкам. Она создавала огненные шары и метала их в цель, находящуюся в двадцати шагах. Придавала пламени сложные формы, могла бы даже устроить из него целый спектакль с марионетками. Или вскипятить воду под руками, поднеся их к реке, так что ручей превращался в пар, а рыба всплывала вверх брюхом.

Но самое главное, она могла создать в пламени безопасное пространство рядом с собой, чтобы Катай не обжегся, а все остальные вокруг сгорели.

– А как насчет массового убийства? – спросил он через несколько дней экспериментов с разными мелкими трюками.

Рин окаменела.

– Ты о чем?

– К примеру, о том, что ты сделала с Федерацией. – Его тон был подчеркнуто нейтральным, чисто академическим. – Можно это повторить? Сколько огня ты способна вызвать?

– Это другое. Я была на острове. В храме. И я… Я только что видела смерть Алтана. – Она проглотила комок в горле. – Я была в ярости. В страшной ярости.

В тот момент, в гневе, она была способна на бесчеловечные, кошмарные поступки. Но не знала, сумеет ли это повторить, потому что тогда искрой послужила смерть Алтана, а сейчас при мысли об Алтане ее охватывает печаль, а не гнев.

Печаль и гнев – совсем разные вещи. Ярость наделяет силой сжигать дотла целые страны. Печаль лишь истощает.

– А если ты вернешься в тот храм? – напирал Катай. – Вернешься и вызовешь Феникса?

– Я не вернусь в тот храм, – тут же ответила Рин. Она не понимала почему, но напор Катая ее нервировал – он смотрел с тем же напряженным любопытством во взгляде, с каким смотрели на нее Широ и Петра.

– Но если вернешься? Если бы у нас остался только один выход, если бы иначе мы все потеряли?

– Мы не будем рассматривать такой вариант.

– Я и не утверждаю, что должны рассматривать. Лишь хочу знать, есть ли такой вариант. Ты должна хотя бы попытаться.

– Хочешь, чтобы я занялась геноцидом? – медленно выговорила она. – Просто уточняю для ясности.

– Начни потихоньку, – предложил он. – Потом распалишь огонь посильнее. Посмотрим, как у тебя получится вне храма.

– Это уничтожит все в округе.

– Мы уже много дней не видели ни следа человека. Если здесь кто и живет, они ушли. Земля пустынна.

– А как насчет животных?

Катай закатил глаза.

– Мы оба знаем, что меньше