'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

когда над твоей головой раскинулся космос, приходится строить юрту, чтобы хотя бы на время уцепиться за что-то материальное. А иначе под натиском божественной сущности ты решишь, что ничего в мире не значишь.

Глава 24

Пока они спали, на землю легло свежее покрывало снега. Из-за этого и солнце, казалось, светило ярче, и воздух стал холоднее. Рин поковыляла наружу и потянула занемевшие мышцы, прищурившись от резкого света.

Кетрейды завтракали посменно. Шестеро всадников садились к костру и набрасывались на пищу, а остальные стояли на страже по периметру лагеря.

– Вот, ешьте. – Сорган Шира наполнила две миски дымящейся похлебкой и протянула их Рин и Катаю. – Вам предстоит долгий путь. Мы дадим вам с собой мешок вяленого мяса и немного молока яка, но сейчас лучше наесться до отвала.

Рин взяла миску. Похлебка пахла восхитительно. Рин уселась на землю и прижалась к Катаю, чтобы согреться, коснувшись костлявыми локтями его костлявых бедер. Теперь все в нем, любая мелочь, казалось таким родным. Прежде она не замечала, какие у него длинные и тонкие пальцы, как от него пахнет чернилами и пылью, как завиваются на кончиках кудряшки.

Рин знала Катая больше четырех лет, но сейчас при каждом взгляде открывала что-то новое.

– Так вы нас отпускаете? – спросил у Сорган Ширы Катай. – И не будете дергать за ниточки?

– Мы определили условия, – ответила та. – У нас больше нет причин вас калечить.

– И кто я для вас? – поинтересовалась Рин. – Собачонка на поводке?

– Ты – моя ставка в игре. Выпущенный на волю дрессированный волк.

– И он должен убить врага, с которым ты не справишься.

Сорган Шира улыбнулась во все зубы.

– Радуйся тому, что мы нашли тебе применение.

Рин не понравилась эта фраза.

– А что будет, если у меня все получится, а после этого ты уже не найдешь для меня применение?

– Тогда мы сохраним вам жизнь в качестве благодарности.

– А если ты снова решишь, что я представляю угрозу?

– Тогда мы тебя найдем. – Сорган Шира кивнула на Катая. – И в этот раз на чаше весов и его жизнь.

Рин не сомневалась, что Сорган Шира без колебаний всадит стрелу Катаю в сердце.

– Ты по-прежнему мне не доверяешь, – сказала Рин. – Используешь нас в своей игре, а якорь стал твоей страховкой.

Сорган Шира вздохнула.

– Я боюсь, дитя. И имею на это право. В прошлый раз, когда мы научили никанских шаманов, как связать друг друга якорем, они обратились против нас.

– Но я на них не похожа.

– Ты слишком на них похожа. Те же глаза. И ярость. И отчаяние. Ты слишком много видела. И слишком сильно ненавидишь. Те трое были моложе, чем ты сейчас, более робкими и напуганными, и все же убили тысячи невинных. Ты уже старше и успела натворить кошмаров.

– Это совсем не то же самое, – возразила Рин. – Федерация…

– Получила по заслугам? Каждый ее житель? Даже женщины? И дети?

Рин вспыхнула.

– Но я не… Я поступила так не ради собственного удовольствия. Я не такая, как они.

Не как тот юный Цзян, который убивал, смеясь, с восторгом купался в крови. Не как Дацзы.

– Они в точности так же думают о себе, – сказала Сорган Шира. – Но боги их развратили, как развратят и тебя. Боги выявляют худшие и самые жестокие проявления. Ты считаешь, что контролируешь их, но с каждой секундой они разъедают твой разум. Призывать богов – все равно что заигрывать с безумием.

– Уж лучше так, чем сидеть сложа руки. – Рин понимала, что ходит по натянутому канату и следует держать рот на замке, но ее раздражали постоянные высокомерные поучения кетрейдов в духе пацифизма. – Я уж лучше сойду с ума, чем буду прятаться с пустыне Бахра и делать вид, будто ничего страшного не происходит, хотя могла бы предотвратить резню.

Сорган Шира только хмыкнула.

– Ты считаешь, что мы сидим сложа руки? Так тебе рассказывали?

– Я знаю, что во время первых двух Опиумных войн погибли миллионы. И знаю, что никто из вас не пришел на юг, чтобы этому помешать.

– И сколько человек, по-твоему, убил Вайшра?

– Меньше, чем погибло бы, если бы он не вмешался.

Сорган Шира не ответила, лишь продолжала тянуть паузу, пока слова Рин не стали казаться глупыми.

Рин ковырялась в миске, есть ей уже не хотелось.

– А как вы поступите с иностранцами? – поинтересовался Катай.

Рин уже и забыла про гесперианцев, пока Катай не спросил. Она оглядела лагерь, но нигде их не заметила. А потом увидела юрту размером побольше, стоящую на краю поляны. Ее охраняли Бектер и еще два всадника.

– Может, убьем, – повела плечами Сорган Шира. – Они же святоши, а от религии гесперианцев ничего хорошего не жди.

– Почему это? – спросил Катай.

– Они верят в единственного и всемогущего бога, а значит, не способны принять истину – существование других богов. А когда государство считает чужие верования греховными, насилие неизбежно. – Сорган Шира вздернула голову. – Как считаешь, нам их пристрелить? Это милосерднее, чем оставить здесь на верную гибель.

– Не убивайте их, – попросила Рин. В обществе Таркета она чувствовала себя неуютно, а сестра Петра ждала, что она начнет пробивать кулаком стены, но Аугус всегда казался ей наивным и доброжелательным. – Они же миссионеры, а не солдаты. Совершенно безобидны.

– Их оружие отнюдь не безобидно, – сказала Сорган Шира.

– Да, – согласился Катай. – Оно быстрее и смертоноснее арбалетов, особенно в опытных руках. Оружие им возвращать не следует.

– Но добраться домой им будет трудно. Мы можем дать вам только одного коня на двоих. А им придется пробираться через вражескую территорию.

– Вы можете обеспечить их всем необходимым для постройки плота? – спросила Рин.

Сорган Шира нахмурилась, размышляя.

– А они самостоятельно найдут путь по рекам?

Рин задумалась. Ее альтруизм так далеко не простирался. Ей не хотелось смерти Аугуса, но она не собиралась терять время, пестуя их как детей, хотя им вообще не следовало сюда приезжать.

Она повернулась к Катаю.

– Если они доберутся до Западного Муруя, то справятся, верно?

Он пожал плечами.

– Более или менее. Там много каналов. Можно заблудиться и оказаться в Хурдалейне.

На такой риск она готова была пойти. Это облегчит совесть. Если Аугусу и его товарищам не хватит ума, чтобы добраться до Арлонга, виноваты будут они сами. Аугус когда-то был к ней добр. Она позаботится о том, чтобы кетрейды не пустили стрелу ему в голову. Больше она ничего ему не должна.

Когда Рин подошла к Чахану, он сидел в одиночестве на берегу