Колдовской камень - Лэйна Джеймс

Тронный зал был битком набит мужчинами, фермерами и горожанами, и все равно в открытые двери зала продолжали протискиваться все новые группы их. Джессмин заметила внизу Фейдира — высокую фигуру в темно-синих одеждах, — который стоял на ступенях тронного возвышения. Рослый посланник возвышался над всеми присутствующими чуть не на целую голову. Только король Рейс превосходил Фейдира ростом, но девочка нигде не видела его. Зато среди мужчин, сгрудившихся возле непривычно пустого трона, она узнала барона Грэйстоуна и еще нескольких придворных. Лица их были угрюмы.

Занавеска за троном шевельнулась, и из комнаты советников вышел человек в черном. Это был не король, а его председатель королевского Совета — Дассер. Он был бледен, словно какое-то известие потрясло его. Взмахнув рукой, он призвал собрание к тишине, однако зал затаил дыхание, лишь только Дассер показался из комнаты Совета. Переводя взгляд с одного застывшего в ожидании лица на другое, Дассер откашлялся.

— Дассер, это правда? — не выдержал кто-то в толпе.

— Да, — дрогнувшим голосом сообщил Дассер, наклонив голову.

Мужчины глухо застонали.

— Тела были обнаружены в руинах сгоревшего дома, они сильно обожжены, но мы уверены в том, что это король и его свита.

— А Госни? Правда ли то, что о нем говорят?

— Это похоже на правду. В его комнатах нашли письма, в которых ему предлагается щедрое вознаграждение за выполненную работу, а также немного ксенарских золотых монет.

— Убийца! — выкрикнул кто-то. — Он слишком долго прожил на юге.

— Что нам теперь делать? — раздался другой голос.

— Поисковые отряды прочесывают холмы вокруг охотничьего домика. Где бы ни объявился Госни, его тут же схватят, однако мы убеждены, что в этом замешан не только он один. В любом случае виновным от наказания не уйти?

— Дассер собрался с силами и выговорил следующие слова:

— Что касается преемника короля на троне, то мы послали за двоюродным братом короля, Чейсом Гринвудским. Он прибудет сюда через три дня.

Ропот прошелестел по толпе.

— Он же полоумный! — воскликнул кто-то совсем громко.

— У меня есть для тебя кое-что любопытное, Дассер, — это заговорил Фейдир, и его уверенный, ровный голос разом перекрыл взволнованный шум толпы.

Советник вздрогнул, словно от удара, но справился с собой, так что мало кто заметил его мгновенную слабость. Толпа напряженно прислушивалась к тому, что еще скажет посол.

— Тебя это не касается, Фейдир! — воскликнул барон Грэйстоун.

Толпа отозвалась одобрительным гулом.

— Хочешь хороший совет, посланник? — закричал кто-то еще. — Собирай-ка свои пожитки и уезжай из Виннамира, да захвати с собой это дьявольское отродье — своего племянника!

Фейдир не обратил на выкрики никакого внимания. Вынув из складок плаща пачку документов, перевязанных ленточкой, он вручил их Дассеру. На этот раз Дассер не смог справиться с собой и затрясся так сильно, что все это заметили.

— Что тут происходит? — прошептала Джессмин непослушными губами.

Предчувствие дурного в ней нарастало.

— Тише, — отозвался Люсьен. — Слушай!

— Мне необходимо созвать заседание Совета, — объявил Дассер, крепко сжимая в руках документы.

— Тогда вызови его членов немедленно, — потребовал Фейдир.

Его слова сопровождались недовольным ворчанием толпы. Дассер раздраженно прикрикнул на простолюдинов:

— Здесь больше ничего не будет объявлено, отправляйтесь по домам, все!

— громко обратился он к собравшимся.

Никто не сдвинулся с места, и он снова крикнул:

— Убирайтесь!

Несколько человек попятились к дверям, за ними неохотно последовали остальные.

Прошло удивительно мало времени, и тронный зал опустел. Остались только Фейдир и шесть членов Совета. Посол пошел было за ними к занавескам, отделяющим зал заседаний Совета от тронного зала, но Дассер остановил его, дерзко упершись ему в грудь рукой.

— Ты не член Совета, — сказал он строго.

— Пока? — отозвался Фейдир, остановившись на ступеньках тронного возвышения. — Оригиналы документов надежно спрятаны, Дассер! — крикнул он им вслед.

Ответом ему был стук закрывшейся двери.

Фейдир пошел к выходу, но остановился в середине зала и посмотрел вверх На галерею. Его взгляд остановился как раз в том месте, где укрылись за перилами наблюдатели.

— Люсьен! — звонко крикнул Фейдир.

Молодой лорд отпрянул назад, увлекая за собой Джессмин. Девочке почудилось, что в его глазах промелькнул страх.

— Люсьен!!! — еще громче позвал Фейдир своего племянника, и его голос разнесся по всему пустому пространству зала. — Что ты наделал!

Люсьен и не думал откликаться, и шаги Фейдира вскоре затихли в отдалении.

Когда Джессмин убедилась, что посол ушел, она немедленно повернулась к Люсьену:

— Что произошло?

Молодой человек глянул на нее. Лицо его, невыразительное и пресное сначала, слегка дрогнуло, и девочка увидела на нем то же самое выражение, которое не смогла распознать в момент, когда только увидела его на галерее. Теперь она поняла, что это было. Жалость. И еще боль.

— Как я могу рассказать тебе, малышка?

— Расскажи немедленно!

— Король и? Гэйлон — оба убиты.

Джессмин моргнула. Потом еще раз.

— Это Дэрин, — торопливо добавил Люсьен. — Это он убил обоих.

— Нет! — закричала Джессмин и изо всей силы ударила его в грудь маленьким кулачком, когда он потянулся, чтобы утешить ее.

— Это правда, маленькое верное сердечко. Мне так жаль? — начал Люсьен, но принцессы уже не было.

Джессмин мчалась по коридору, ничего не видя от слез и выбивая туфлями частую дробь по каменным плитам пола. В отчаянии она вбежала в ту самую комнату, где стояла обширная кровать под балдахином, надеясь, что на этой мягкой перине ей удастся вернуть сегодняшнее утро, вернуть первый момент пробуждения, и тогда, быть может, она сумеет начать этот день сначала, чтобы все пошло по-другому. Однако уже в коридоре она расслышала громкие рыдания. Остановившись в дверном проеме, она смотрела на леди Герру, которая бесформенной тушей скорчилась на измятых простынях. От ее плача сотрясалась вся массивная кровать.

— Перестань! — завизжала Джессмин, закрыв уши руками и топая ногой. От отчаяния она дрожала, как пойманный заяц. — Немедленно перестань, слышишь!!!

6

Солнце встало над горизонтом. Редкие слоистые облака на востоке превратились из лилово-синих в розовые, затем они стали золотистыми и наконец приобрели естественный белый цвет. В глубоких низинах по-прежнему лежал густой и холодный туман, так что вершины холмов напоминали темные островки в безбрежном призрачном океане. Где-то высоко в ветвях пихты завозилась и сипло чирикнула спросонок первая пташка.