Король (СИ) - Татьяна Шульгина

— О каких узорах речь? - княжна осмотрела мужчину с ног до головы, будто надеялась увидеть их на нем.

— О рунах, - ответил Виктор. Вспоминать, а тем более рассказывать о плене было очень неприятно, но уйти от ответа теперь было бы малодушием.

— Я знакома с ними, - Бьянка улыбнулась победно. Виктор снял непроницаемую маску безразличия и одарил ее взглядом не менее презрительным, чем она его.

— Вам повезло больше чем мне, - ответил он.

— И что же, - допытывалась она. - Что там было? Раз уж начали, рассказывайте.

— С вашего разрешения я опущу подробности, - ответил Виктор. - О том, что было все это в глухом заброшенном месте, а я был закован в цепи, предназначенные, судя по весу, для медведей, не меньше.

— Зачем им медведи? - не поняла девушка, оставив иронию. История стала не такой веселой, а ее собственный тон казался излишне издевательским.

— Предполагаю, чтобы делать из этих несчастных животных оборотней, - ответил король.

Бьянка помнила ужасных человекоподобных существ, заполонивших Уайтпорт перед тем, как он был сожжен. Темные могли любого крупного зверя очеловечить настолько, что он мог держать оружие и носить латы, а иные даже вести собратьев по несчастью за собой.

— Я послужил хозяевам первым блюдом, - продолжал Виктор, не сводя с нее взгляда. Он видел, что ей уж не хочется знать, но она была слишком гордой, чтоб остановить его. - Слухи не врут, темные любят свежую теплую кровь, предпочтительно человеческую.

Он расстегнул рукав, продемонстрировав длинный шрам на внутренней стороне предплечья.

— Если желаете, я покажу вам и руны, - произнес он. - Они, к вашему счастью, еще не сошли.

— Нет, я удовлетворена, - княжна теперь сама прилагала все усилия, чтобы сохранять хладнокровие. Ужасная картина, нарисованная ее воображением, заставила содрогнуться.

— Думаю, рассказывать, какую боль причиняет раскаленный металл, нет смысла, - король вернул рукав на место, застегивая его твердой рукой. - Ну еще и руны сами по себе доставляют некоторый дискомфорт. Должно быть, они получили свое название “руны смерти” потому, что когда их получаешь, не думаешь ни о чем кроме этой самой смерти и никогда она так не желанна как в этот момент.

— Достаточно, я удовлетворила свое любопытство, - произнесла Бьянка, заметив, что из одной двери позади короля бесшумно появились их пропавшие спутники. Николь надела костюм, в котором ее доставили в замок, и собрала волосы.

— Мы спешили, как могли, - сказал граф, приближаясь к собеседникам. По обрывкам фраз, долетевшим до них с Николь, пока они шли к залу, и лицам молодых людей, Кристиан догадался, о чем речь.

— Николь не сразу вспомнила, в какой из комнат осталась ее одежда, - он отпустил руку девушки, и она встала около мужа. Тот улыбнулся ей, как ни в чем не бывало, но она поняла, что Бьянка все же выместила свою злость на нем.

— Ты уже не плачешь? - спросил граф, одарив подругу недобрым взглядом. - Отвлеклась от мыслей о Бенедикте?

Бьянка смутилась. Кристиан пошел прочь, качая головой.

Вскоре замок вновь опустел, оставшись одиноко чернеть среди зеленых лугов, став склепом последнего короля старого Холоу.

Стоунхолд.

Маги осторожно приближались к центру завала. Вопреки их ожиданиям там оказалась глубокая воронка. В центре стоял высокий трон из черного камня, украшенный гербом Кальтбэргов. На нем лежал молодой человек в белой мантии с длинными светлыми волосами. Рядом среди обломков лежала книга Солнца. Черная кожа отражала свет факелов в руках литиатов, изображение солнца отливало золотом. Около трона лежал мальчик в изорванной одежде и сильно побитый. Оба были без сознания. Маги осторожно спустились по обваливающимся под ногами камням и приблизились к ним.

— Это полукровка, - произнес Андор, коснувшись Бенедикта. - Он жив.

— Это сын Велиамора, Бенедикт, - Аллель присел около ребенка и откинул волосы с его лица.

— А второй? - Кайна разглядывал блондина на троне. - Это литиат, но он не белый.

— И не темный, - Даан коснулся его руки, сжимавшей кинжал. Черты лица и одежда не оставляли сомнений, что это маг или полукровка.

— Он очень сильный, гораздо старше нас, - Андор отошел от незнакомца.

— Я отнесу ребенка к людям. Ему нужна помощь, - Аллель поднял Бенедикта на руки и пошел к солдатам, дожидавшимся у края завала.

— Мы возьмем книгу и этого парня, кто бы он ни был, - Даан поднял книгу с земли, не чувствуя никакой магической силы, которая должна была исходить от нее. Кайна взял на руки незнакомца. Андор нес факелы, освещая груды камней вокруг. Больше никого возле трона не было.

Маги с легкостью перенесли найденных пострадавших к людям. Те уложили их на телеги и отправили в лагерь, где о них должны были позаботиться лекари. Аллель стоял около края площади, закрыв глаза и прислушиваясь.

— Там много мертвых тел, но они глубоко. Возможно, там и тело брата, - произнес он, указав на небольшой завал недалеко от воронки.

— Там есть еще живой темный, - ответил Кайна. - Прежде освободим его из-под камней.

Маги смотрели перед собой, обмениваясь фразами мысленно. Со стороны казалось, что они просто обдумывают сложившееся положение.

— Если это Лоакинор или кто-то из его прислужников? Не могли же они исчезнуть? - предположил Даан.

— Мы не должны помогать ему, после всего, - произнес Аллель сурово.

— Но он жив, - Кайна положил ему руку на плечо. - Я чувствую, что жизнь его скоро угаснет, если мы не поможем.

— Разве не это было нашей целью? - с упреком спросил его Аллель. Братья стояли молча, тоже ощущая присутствие темного.

— Прежде найдем тело брата, - не уступал Аллель. - Потом будем решать, что делать с Лоакинором.

— Я помогу ему, - ответил Кайна, не глядя на друга. - Я не могу стоять и наблюдать за его медленной смертью.

— Если ты сделаешь шаг вперед, я больше никогда не заговорю с тобой, - произнес Аллель холодно. Кайна посмотрел на него, изумленно раскрыв глаза. - Он убил моего брата, а ты хочешь помочь ему?

— Кайна прав, - вмешался Даан. - Мы не можем идти против себя. Добивать умирающего, зовущего на помощь, значит быть темным.

— Я сказал свое слово, - молодой литиат был непреклонен, сурово взирая на друзей.

— Ты хочешь, чтобы я выбирал между тобой и собой? - спросил Кайна, опустив голову и не глядя больше на друга.

— Разве мы недостаточно убивали сегодня, чтобы уже привыкнуть? - Аллель пожалел о своем условии, понимая, что Кайна выберет правильный путь. Он был самым старшим из них и остался в землях людей только из-за друга, который теперь ставил ему нечестные условия.