Двойная метка. Право на невинность - Анна Сафина

– Н-но как… А договор? – спросил у законников.

– Всё по закону. Нам был прислан экземпляр с подписью двух сторон, – показали документ, вот только Самир не пошел его смотреть, только дядя, который сразу же побледнел и отошел к стене, пряча за пазуху свои бумаги.

Видимо, ему стало плохо от увиденного.

– Вот только второй секретарь, не располагая данной информацией, в это же время зарегистрировал брак госпожи Алайны с уважаемым бетой Самиром Волкодавом. Договор, подписанный вашим братом в момент вашей недееспособности. Имеет ли место быть умышленный сговор? Желаете ли подать жалобу на брата, господин Аргус? Если да, то брак с бетой будет аннулирован, а ваш брат заключен под стражу, – холодно отрапортовал, уведомив о последствиях, главный из триады.

Двое остальных стояли с такими же каменными лицами. Не знаю, были ли они в сговоре с Майреном или Самиром, но сейчас этого было не понять. Перед нами стояли истинные законники – хладнокровные и невозмутимые, механически выполняющие свою работу.

– Если не подам жалобу, каким образом развернется ситуация с моей дочерью? – прокашлявшись, спросил папа.

Дядя умоляющим взглядом смотрел на брата, и мне стало так мерзко от того, что он не способен быть мужчиной, не может отвечать за свои поступки, прячась за чужими спинами.

– На данный момент ситуация с вашею дочерью – это прецедент. Первый случай в нашей стране, когда официально у женщины два мужа. В случае, если у вас, как отца, ответственного за дочь, нет претензий, юридически этот вопрос нерешаем. По договору с господином Волковым, он не имеет права продавать вашу дочь, только вернуть ее вам. Если же вы на тот момент будете мертвы, он должен будет просто отказаться и развестись с госпожой Алайной, и тогда единственным мужем будет Самир Волкодав. По его договору с господином Майреном, такой оговорки нет, однако если он пожелает отказаться от брака, имеет право продать ее только господину Ранилю, – равнодушно проинформировал нас законник. – В случае, если оба мужа откажутся, ваша дочь вернется в лоно семьи.

Сглотнула, с ужасом представив момент, когда я попаду к нечистому на руку дяде.

– Замкнутый круг, – пересохшими губами попытался улыбнуться папа. – Как же мне поступить, если я не подаю жалобу на брата? Я не желаю, чтобы когда-нибудь судьбой моей дочери распоряжался Майрен Волчек.

Заметила, как вскинул в надежде голову его брат. Перед ним перестали маячить решетки тюрьмы.

– В связи с двоякостью ситуации, вы можете составить новый договор с господином Волкодавом, если он не желает отказываться от брака, – все взгляды сконцентрировались на бете, но он лишь отрицательно покачал головой. – Либо написать завещание, по которому решите судьбу вашей дочери. Поскольку это частично вина триады, мы берем на себя ответственность за соблюдение вашей воли.

Я прикусила губу, чуть не ахнув. Это действительно прецедент, которых не видел свет волчьего общества. Вопиющий случай.

– Я не доживу до прихода нотариуса, – улыбнулся печально папа и погладил меня по руке, когда она дрогнула от его слов. – Хочу, чтобы вы зафиксировали мои слова.

– Как вам будет угодно, господин Волчек, – склонила голову в знак уважения триада.

А затем папа заставил всех нас замереть от шока.

– В случае, если моя дочь не окажется ильдиной одного из мужей, я хочу завещать ей часть своего имущества, включая счет в банке и дом в столице, – начал говорить отец, а я прикусила губу, ведь даже не знала, что у отца были такие активы, он никогда этого не говорил.

– При всем уважении, но это невозможно, – подал голос один из троицы, тот, что в прошлый раз кинул на меня и Раниля странный взгляд. – Ваша дочь – полукровка. Единственное, что вы можете сделать на случай ее двойного развода – отправить ее в монастырь Святого Иваруса.

Да, законник прав. Это то место, куда попадала каждая полукровка, которая так и не стала ильдиной. Но обычно это было на старости лет. Редко, когда отцы отправляли туда молодых дочерей, ведь это потеря золота.

– Есть что-то, что мы должны знать? – не был так скептичен главный.

И папа хитро улыбнулся, словно у него был козырь в рукаве.

– Мать моей Алайны была гражданкой Дименовых островов, Независимого княжества Дьёрн.

В этот момент тот мужчина со странным взглядом напрягся и посмотрел на меня уже по-другому, словно какая-то догадка в его голове подтвердилась.

Я же усиленно пыталась думать, каким образом это влияет на завещание отца, и почему так благосклонно кивнули законники. Насколько я помню из книг, Независимое княжество Дьёрн располагалось на севере, его жители не вели с волчьими уделами торговли, оттого и известно о них было мало. Вот только волки уважали их, граждане островов единственные могли владеть у нас имуществом и иметь равные права. Так сложилось еще со времен прошлой династии правителей волков, и так было до сих пор.

– По закону островов Алайна может запросить гражданство в любое время, и просьба будет положительно удовлетворена. Что ж, продолжайте, – пояснил всем и в то же время согласился с доводами моего отца главный законник.

– Таким образом, после моей смерти ни один из мужей не может продать другому волку мою дочь. Она должна будет принять гражданство матери, – продолжил папа. – В случае же, если кто-то окажется ее истинной парой, то завещаю перечисленное первому внуку, который будет иметь волчью ипостась.

Прокашлялся, чуть отдохнул, не имея силы так долго и беспрерывно говорить. Никто его не перебивал. Даже дядя находился в прострации, только прижимался к углу, словно надеясь, что его никто не заметит.

– Этот дом завещаю брату Майрену, но только при условии, что в нем до конца жизни будет проживать его человеческая женщина Даяна, – взглянул на родственника отец, и тот заторможенно кивнул, всё еще не придя в себя.

– Свою компанию отдаю на благотворительность судебной гильдии под шефство триады, как только моя воля будет выполнена в точности по букве закона, – поставил окончательную точку в завещании папа и прикрыл глаза.

По губам главного из троицы скользнула улыбка, словно он был доволен. Я поняла посыл отца. Он хотел, чтобы завещание было исполнено, и даже компанию не пожалел, и всё это для моего счастья. Я не смогла сдержать слез, которые катились градом по щекам.

Триада ушла.

– Береги мою дочь, Волкодав, – прошептал папа, а Самир лишь молча кивнул.

Затем погладил мои плечи и увел Майрена, шепнув, что будет ждать внизу. И мы остались с отцом наедине. До меня только сейчас дошло. Я отныне – временная жена двух