Двойная метка. Право на невинность - Анна Сафина

и частыми, а затем я чувствую, как внутри выстреливает его горячая сперма.

– Дааа…

– Ссс…

Наши шепотки, стоны, искаженные усладой лица. И взгляды. В этот раз он не позволил мне выгнуться спиной и отвести глаза. А на самом пике оргазма поцеловал, играя с моим языком. Так что мой стон в момент высшего экстаза потонул внутри его рта.

– Нектар, – прошептал мне на ухо, когда сердце перестало биться моторчиком. – Слаще, чем я думал.

Я молча прикрыла глаза, ощущая, как в теле утихают гормональные всплески. Вся я сейчас, словно оголенный нерв, который погладили по шерсти, успокоили на время и подарили наслаждение. Дыхание Самира стало равномерным, и только после я позволила себе расслабиться, давая сознанию уплыть в сон. Одно мешало отпустить ситуацию.

Раниль и Самир. Оба не поставили мне метку. Сердце сжалось, ведь это означало, что я не их истинная пара, не ильдина. А значит, мое положение шаткое, в любой момент я могу остаться без защиты. Меня могут продать, как скот, решить мою судьбу без моего на то желания, не интересуясь моим мнением.

Глава 16. Приятные новости

Рука, стискивающая мое бедро, не желала исчезать. И тело, нагло прижимающееся сзади – тоже. Самир прикусил мой загривок, игриво утробно зарычал, посылая по моему телу мурашки. Мое собственное тело не желало просыпаться, но прижимающийся стоящий колом член мешал уплыть обратно в сновидение.

– Утренние процедуры выброса эндорфинов мне начинают нравиться, – толкнулся членом между моих ягодиц.

Я застонала, уткнув лицо в подушку, но до греха не дошло. В этот момент прозвучал стук в дверь.

– Чер-р-рт! – зарычал недовольно бета и поднялся, пошел к двери, не стесняясь своей наготы.

Мускулы на ягодицах приковывали мой взгляд, я на всякий случай приподнялась, оперевшись лопатками о спинку кровати, подтянула к себе простынь, прикрывая грудь и плечи.

– Вече Самир, – склонил в подчинении голову мужчина в черной форме и с нашивками рыжего волка в объятиях пламени на груди. Символ правящего рода Волк.

Меня так и тянуло спросить, что означает вече, но наши эмоционально далекие отношения с бетой не позволили мне открыть рот. Хотя любопытство съедало, заставляя прислушиваться к каждому слову.

– Что случилось? Это не может подождать? – холодно спросил Самир.

Его подчиненный поднял голову и кинул взгляд на меня. Но бета вдруг перегородил обзор, скрывая уязвимую меня от посторонних глаз.

– У ворот стоит женщина, – уточняет мужчина. – Даяна. Утверждает, что тетя вашей… Эм, жены.

Я подрываюсь, вставая на колени. Вытягиваю шею, но увидеть говорившего из-за широкой спины Самира не могу.

– Даяна – женщина дяди Майрена! – восклицаю, ощущая, как забарабанило внутри сердце.

– Проводи ее в гостиную, мы сейчас спустимся, – бета кивает мужчине и закрывает дверь.

Опускаю глаза и понимаю, что всё это время он стоял перед мужчиной в чем мать родила, совершенно не беспокоясь о собственной наготе.

– Больше никогда не вмешивайся в мои разговоры, Алайна, – подошел и сверкнул глазами. – Особенно с подчиненными.

– Но это же… – всплеснула руками.

Простынь от моих движений сползла, и взгляд Самира тут же спустился к вершинкам моих грудей. Ойкнув, натянула ткань выше, практически под самый подбородок.

– Я знаю всех твоих родственников и знакомых, – улыбнувшись, поднял глаза и обвел ими мои пухлые губы. – Одевайся, узнаем, что ей нужно.

И отвернулся, отходя к шкафу. Я осмотрелась по сторонам, выискивая свое платье. Неприятно надевать вчерашнее, но выбора нет.

– Выбирай, всё новое, – голос Самира звучал удовлетворенно, словно он урчал, наблюдая за мной довольным взглядом.

Подняла на него взгляд, замечая открытые створки шкафа. Внутри действительно было много ярких и красивых платьев. Только все наглухо закрытые, не позволяющие оголить ни локти, ни колени. М-да уж, вот это домострой. Сглотнула и посмотрела на мужчину. Интересно, для кого он заказал гардероб? Изначально ведь он пришел выкупать Найду, а с ней у нас одинаковый размер. Как-то неприятно касаться чужого.

– Что насчет Раниля? – желала подтверждения выполнения нашего уговора.

– Спустимся, и я дам распоряжение его отпустить, – процедил, стискивая челюсти.

Недоволен моим интересом, злой ушел в ванную. Я же выбрала первое попавшееся платье, умылась после Самира, и мы вместе спустились вниз, где меня уже ждала тетя Даяна. Подорвалась, увидев меня на лестнице. Глаза блестят, на мокром месте. Хотела броситься ко мне, но осталась на месте, замерла, увидев за моей спиной внушительную фигуру беты. Опустила голову, сделала книксен, боясь поднять взгляда.

– Что случилось, тетя? Что-то с отцом?

Страх обуял обручем сердце, мешая дышать и трезво мыслить. Этого я боялась больше всего.

– Он пришел в себя, милая, – всхлипнула тетя и со страхом глянула на бету снова.

Я выдохнула, чувствуя прилив сил и слабость в ногах одновременно. Но если всё так, то почему дядя Майрен сам не сообщил эту новость, ведь он единственный мужчина семьи? Догадка мелькнула в голове. Он не хотел, чтобы я была в курсе. Но почему?

Я хотела сразу же броситься с тетей в дом отца. Не терпелось увидеть его в сознании. Вот только Самир запретил бежать, сначала заставил одеться, так как на улице похолодало, пришлось еще ждать, когда подвезут обувь. Хотя я была готова бежать и босиком, и плевать на последствия в виде болей в почках, бронхита. Болезни можно вылечить, а вот предугадать, как долго папа будет жив – невозможно.

– Всё? – уже более раздраженно спросила у Волкодава, который поправлял на мне кофту.

– Мобиль подъехал, – поджал губы Самир и повел меня на выход.

Моему взору предстал серебристый электромобиль. Еле сдержала вздох восхищения, почувствовала, как от моего взгляда бете стало приятно. Так, будто я восторгалась непосредственно им.

Внутри городов нашей страны запрещены передвижные устройства с двигателем внутреннего сгорания. Помню, как однажды дядю оштрафовали за такой, привезенный с соседнего человеческого государства. Дед тогда еще был жив и орал как не в себя за его потребительское отношение и несоблюдение законов.

Мы сели внутрь, я не удержалась и погладила панель, пока бета не видел. В памяти тут же воскресила мотоцикл Раниля. Никак не могла вспомнить, был ли он электрическим или бензиновым. Дыма вроде не было, да и наверняка нас бы остановили, будь он нарушителем.

– Идем, Алайна, не хочу оставлять тебя наедине с Майреном одну, – припарковался у двери моего старого дома.

– Глава семьи – мой отец. Он не посмеет что-то мне сделать, – бурчу и выхожу из салона.

Да и вряд ли дядя так осмелел, чтобы трогать ту, на которую претендовал сам бета Самир.

– По решению триады