Дьявол. Ставка на любовь - Екатерина Белая

У него пацаны — психи отмороженные! Они рвут друг за друга и…

— Заткнись! — зло обрывает второй, со свистом срывая машину с места. — Без тебя знаю, что рискуем! Но ничего, ща по-быстрому отвезём девку Артуру, дальше пусть сам решает…

Разговор этих двоих вселяет в меня ужас. В отчаянии я готова выпрыгнуть из машины на ходу, лишь бы не попасть к человеку по имени Артур.

Судорожно дергаю ручку, но она не поддаётся, и я всхлипываю от беспомощности, понимая, что время уходит, а бандиты увозят меня всё дальше от знакомых улиц.

Сморгнув слёзы и прочистив горло, пытаюсь заговорить с похитителями, как вдруг машина резко тормозит, и меня кидает на спинку водительского сиденья. И я даже не успеваю вернуться в исходное положение, как все четыре дверцы распахиваются, и головорезов буквально выдёргивают из салона. Меня тоже вытягивают наружу.

Это окончательно срывает мою нервную систему.

Словно вынырнув из глубокого ступора, кричу и извиваюсь, борясь с человеком, который меня удерживает.

Пелена из слёз затягивает глаза. Вслепую машу руками, отбиваясь. Но железный захват лишает возможности шевелиться. Мои руки оказываются зафиксированы вдоль тела, щека прижата к каменной груди, и я замираю, когда слышу голос того, кто меня держит:

— К Макару везите обоих.

Знакомый командный тон вызывает неимоверное облегчение и дарит ощущение безопасности.

— Не поедешь с нами? — спрашивает один из присутствующих парней.

— Ему сейчас не до нас. Сам не видишь?

— Нормально так-то, — гогочет другой парень. — Максу благодарность, а нам?

— А нам слушать маты Макара, как обычно. Ладно, погнали.

Хлопки дверей выводят из оцепенения. Взглянув через плечо, вижу два отъезжающих черных джипа, и меня снова трясёт.

Произошедшее никак не укладывается в голове. Я не верю, что в наше время возможен такой беспредел. Но ещё больше меня поражает, что ко всему этому причастен Высоцкий.

Вскинув голову, смотрю на парня и не могу выдавить из себя ни слова — язык словно онемел.

— Это что такое? — мрачно интересуется Макс, кивая на мою руку.

Проследив за его потемневшим взглядом, замечаю на коже кровоподтеки от пятерни лысого и зачем-то прикрываю их ладонью.

Мне стыдно за свой истерзанный вид. Стыдно за ситуацию, в которой я вела себя, как последняя размазня. И за то, что втянула во всё это Высоцкого.

Всхлипнув, мотаю головой, осознавая собственную никчемность. Пытаюсь остановить подкатывающую истерику, но не получается. Горло перехватывает, и я начинаю задыхаться от слёз.

Не помню, как снова оказываюсь в объятиях бойца. Его успокаивающий голос что-то шепчет мне на ухо, широкие ладони глядят спину, прогоняя страхи. И когда я немного прихожу в себя, то замечаю, что вцепилась в парня мертвой хваткой. Так сильно, что сводит пальцы.

— Извини… — виновато выдавливаю. — Я не хотела создавать тебе проблем… Эти люди пришли к папе, и они…

— Ш-ш-ш… Не думай об этом сейчас.

Послушно киваю и жмусь к Высоцкому всем телом, боясь, что он внезапно исчезнет.

Понимаю, что это глупо, но ничего не могу с собой поделать. Рядом с ним страхи отступают и я чувствую себя в безопасности.

— Ты замёрзла, — спустя какое-то время слышу хриплый голос возле уха. — Пошли в машину.

Макс медленно отстраняется и, сняв с себя толстовку, накидывает её на мои плечи. Затем помогает мне забраться на кресло рядом с водителем, а сам садится за руль и настраивает подачу горячего воздуха в салоне.

Поджав под себя ноги, кутаюсь в огромную кофту. Она всё ещё хранит тепло Высоцкого и его запах, который я всю дорогу глубоко вдыхаю, уткнувшись в воротник.

— Папы до сих пор нет, — тревожно смотрю в темные окна квартиры, когда въезжаем во двор.

— Он не приедет, Лисён, — сообщает Макс, наблюдая за моей реакцией. — То, что случилось с тобой сегодня, не должно повториться. Палыч сейчас занимается этим вопросом.

— С ним всё в порядке?

— Если не считать того, что он в бешенстве, то да, с ним всё в порядке.

Такой ответ меня совсем не успокаивает. Я планировала увидеть отца дома, рассказать обо всём и потребовать объяснений. Но оказывается, папа в курсе всех дел и уже успел пообщаться с Высоцким.

А мне что остаётся?

Снова смотрю в тёмные окна квартиры, испытывая ужас от мысли, что ночь мне предстоит провести в абсолютном одиночестве.

— Я боюсь туда возвращаться, — озвучиваю свои страхи. — Вдруг снова…

— Исключено, — перебивает парень. — Никто к вам больше не заявится.

— Я тоже так думала до сегодняшнего дня.

— Поехали тогда ко мне, какие проблемы?

— К тебе я точно не поеду! — заявляю категорично.

— Твои предложения?

Взволновано кусаю губы, глядя на Макса. И не решаюсь озвучить то, что стучит в моей голове. Это немыслимо, но других вариантов я не вижу.

Глава 15

Макс

У меня была чертовски паршивая неделя.

Это особенно хорошо прочувствовали мои пацаны, с которых я жёстко спрашивал за все косяки. И которые охренели бы, увидев, как спокойно и терпеливо я сейчас общаюсь с Лисовец.

Уставший, злой и голодный, я не испытываю даже малейшего желания нарычать на Вику и не стремлюсь побыстрее от неё отделаться. Наоборот, хочется подольше побыть рядом, потому что её присутствие меня расслабляет.

Хреново, что поводом нашей встречи стали оборзевшие шавки Артурчика, напугавшие малышку до такой степени, что она теперь боится возвращаться домой. И ко мне ехать тоже отказывается.

В гостиницу её, что ли, отвезти?..

— Ты можешь… остаться со мной на ночь? — звучит вопрос, и моя бровь непроизвольно выгибается.

На практике такие предложения обычно заканчиваются сексом. Но это не тот случай.

По чистому и открытому взгляду Лисёны видно, что её вопрос скорее про доверие. И это гораздо сексуальнее, чем похоть случайных девок.

— Надо тогда еду заказать, — тянусь к мобильнику, чтобы оформить доставку.

— Зачем? У меня дома есть еда.

— Ты про ПП-шный салат? — усмехаюсь. — Или что там обычно девчонки жуют после шести? Без обид, Лисён, но я не считаю траву едой.

— Салат я не успела сделать, — Вика жмёт плечами. — Но зато пожарила котлеты и запекла картошку. Ещё суп куриный с вермишелью есть. Или ты такое не любишь?

Сглотнув слюну, с подозрением смотрю на Лисовец.

— Ты умеешь готовить?

— Почему тебя это удивляет? — смущается она. — Папа признаёт только домашнюю еду, поэтому…

— Ясно, — перебиваю, резко распахивая дверь. — К чёрту доставку. Пошли.

Не могу вспомнить, когда последний раз ел домашнюю еду. Мать никогда не увлекалась готовкой, у неё карьера была в приоритете. Сестра младшая тоже не проявляла к этому интереса. А девки, с